32 цитат-размышлений Виктории Килеевы

Подборка из 32 цитаты Виктории Килеевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жизнь и так штука несладкая. А если я ещё сахар в чай перестану класть, то вообще хоть помирай.

   Жизнь и так штука несладкая. А если я ещё сахар в чай перестану класть, то вообще хоть помирай.

   — Хулиганка и бунтарь · книга
2. «

   Какая злая ирония — кошки умеют плакать, но не умеют смеяться.

   Какая злая ирония — кошки умеют плакать, но не умеют смеяться.

   — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
3. «

   Я думала, что, если я буду хорошей, меня будут любить. Это было моей самой большой ошибкой.

   Я думала, что, если я буду хорошей, меня будут любить. Это было моей самой большой ошибкой.

   — Хулиганка и бунтарь · книга
4. «

   Если люди не могут найти в себе силы отказаться от мяса, пусть хотя бы откажутся от натурального меха и кожи. Всё это давно научились делать искусственно, хоть и не преследуя цели кого-то спасти. Пусть прогресс хоть в чём-то поспособствует действительно доброму делу!

   Если люди не могут найти в себе силы отказаться от мяса, пусть хотя бы откажутся от натурального меха и кожи. Всё это давно научились делать искусственно, хоть и не преследуя цели кого-то спасти. Пусть прогресс хоть в чём-то поспособствует действительно доброму делу!

   — Надин · книга
5. «

   Я тебя ненавижу За то, что люблю.

   Я тебя ненавижу За то, что люблю.

   — Ирэн Ледуайен · книга
6. «

   И никого он, кроме себя, не любит и любить не будет, он любит только любовь в чужих глазах и питается ею, как вампир. Он соблазняет женщину не ради женщины, а ради самоутверждения — вот что и противно. Все мужчины, грубо говоря, делятся на геев и бабников, и Серж Сантон — худший представитель второй категории.

   И никого он, кроме себя, не любит и любить не будет, он любит только любовь в чужих глазах и питается ею, как вампир. Он соблазняет женщину не ради женщины, а ради самоутверждения — вот что и противно. Все мужчины, грубо говоря, делятся на геев и бабников, и Серж Сантон — худший представитель второй категории.

   — Ирэн Ледуайен · книга
7. «

   Я не пью, не курю, не принимаю наркотиков, ни с кем не сплю и пребываю в постоянном стрессе из-за невозможности побыть в одиночестве. Еда и книги — это всё, что мне осталось!

   Я не пью, не курю, не принимаю наркотиков, ни с кем не сплю и пребываю в постоянном стрессе из-за невозможности побыть в одиночестве. Еда и книги — это всё, что мне осталось!

   — Ирэн Ледуайен · книга
8. «

   — Ты же всё равно когда-нибудь выйдешь замуж? Я посмотрела на отца со вздохом усталого возмущения. — Ты даже точно не знаешь, наденешь ли сегодня штаны, почему я должна точно знать, выйду ли я когда-нибудь замуж?

   — Ты же всё равно когда-нибудь выйдешь замуж? Я посмотрела на отца со вздохом усталого возмущения. — Ты даже точно не знаешь, наденешь ли сегодня штаны, почему я должна точно знать, выйду ли я когда-нибудь замуж?

   — Отец · книга
9. «

   Я добрый — и в том моя беда. А ещё я дурак. Добрый наивный дурак. А это очень страшно. Злой дурак — тоже страшно, но для других. А быть добрым дураком значит вредить самому себе и оставаться неудачником.

   Я добрый — и в том моя беда. А ещё я дурак. Добрый наивный дурак. А это очень страшно. Злой дурак — тоже страшно, но для других. А быть добрым дураком значит вредить самому себе и оставаться неудачником.

   — Хулиганка и бунтарь · книга
10. «

    Обычно женщина больше всего ненавидит того мужчину, которого больше всего любила.

    Обычно женщина больше всего ненавидит того мужчину, которого больше всего любила.

    — Ирэн Ледуайен · книга
11. «

    — Я вообще не понимаю, в чём проблема! — С этой фразы обычно начинаются все наши проблемы.

    — Я вообще не понимаю, в чём проблема! — С этой фразы обычно начинаются все наши проблемы.

    — Матильда Баласко · книга
12. «

    Дай Бог, чтобы он запомнил наш урок, а то он слишком дорого нам дался.

    Дай Бог, чтобы он запомнил наш урок, а то он слишком дорого нам дался.

    — Марк Демарти · книга
13. «

    Зачем нас понимать? Это слишком сложно. Нас надо просто любить и заставлять в это верить…

    Зачем нас понимать? Это слишком сложно. Нас надо просто любить и заставлять в это верить…

    — Ирэн Ледуайен · книга
14. «

    То, что можно легко бросить, а потом так же легко вернуть, не ценится.

    То, что можно легко бросить, а потом так же легко вернуть, не ценится.

    — Хулиганка и бунтарь · книга
15. «

    Она читала книгу «Искусство соблазнять женщин, или Курс начинающего Казановы» и обливалась слезами от смеха.

    Она читала книгу «Искусство соблазнять женщин, или Курс начинающего Казановы» и обливалась слезами от смеха.

    — Ирэн Ледуайен · книга
16. «

    Все мои желания сбываются, но уже не делают меня счастливой. Они сбываются так поздно, что почти делают меня несчастной.

    Все мои желания сбываются, но уже не делают меня счастливой. Они сбываются так поздно, что почти делают меня несчастной.

    — Ирэн Ледуайен · книга
17. «

    Какое вам дело до моей ориентации? Вам-то всё равно ничего не светит.

    Какое вам дело до моей ориентации? Вам-то всё равно ничего не светит.

    — Ирэн Ледуайен · книга
18. «

    — Здравствуйте. Мой кот — гей. Что мне делать? — Что?! — У моего кота наличествуют признаки нетрадиционной ориентации. — Я понял, понял. А… разве вам это мешает? — Это мешает моему папе. Папа — гомофоб.

    — Здравствуйте. Мой кот — гей. Что мне делать? — Что?! — У моего кота наличествуют признаки нетрадиционной ориентации. — Я понял, понял. А… разве вам это мешает? — Это мешает моему папе. Папа — гомофоб.

    — Матильда Баласко · книга
19. «

    Умного человека видно не сразу. Чего не скажешь об идиоте.

    Умного человека видно не сразу. Чего не скажешь об идиоте.

    — Хулиганка и бунтарь · книга
20. «

    У меня такое чувство, что мир погружён во тьму, ты стоишь в светящемся квадрате окна и смотришь в сторону, отчаянно взывая: — Где ты, счастье? Я тебя не вижу! А я ворчливо рычу под окном: — Вот он я стою!

    У меня такое чувство, что мир погружён во тьму, ты стоишь в светящемся квадрате окна и смотришь в сторону, отчаянно взывая: — Где ты, счастье? Я тебя не вижу! А я ворчливо рычу под окном: — Вот он я стою!

    — Марк Демарти · книга