80 цитат, которые говорила Вирджиния Вулф

Ниже 80 цитат Вирджинии Вулфа — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Не спешите пугаться. Краснеть. Давайте признаемся в своем кругу, что случается и такое. Иногда женщинам нравятся женщины.

   Не спешите пугаться. Краснеть. Давайте признаемся в своем кругу, что случается и такое. Иногда женщинам нравятся женщины.

   — Своя комната · книга
2. «

   Мне незачем ненавидеть мужчин, они не могут задеть меня. Мне незачем им льстить, они ничего не могут дать мне.

   Мне незачем ненавидеть мужчин, они не могут задеть меня. Мне незачем им льстить, они ничего не могут дать мне.

   — Своя комната · книга
3. «

   Сочла, что нет никаких богов; винить некого; и отсюда эта ее атеистическая религия — делать добро ради самого добра.

   Сочла, что нет никаких богов; винить некого; и отсюда эта ее атеистическая религия — делать добро ради самого добра.

   — Питер Уолш · книга
4. «

   Моя профессия — литература; а в этой профессии трудностей для женщин меньше, чем во всех других, не считая только театра, — я имею в виду специфически женские трудности.

   Моя профессия — литература; а в этой профессии трудностей для женщин меньше, чем во всех других, не считая только театра, — я имею в виду специфически женские трудности.
5. «

   Все жизни, те, что впереди, те, что давно прошли, Как лес шумят, как листопад.

   Все жизни, те, что впереди, те, что давно прошли, Как лес шумят, как листопад.

   — Чарльз Элтон · книга
6. «

   Можно ли представить себе нечто более смехотворное, чем мнение того или иного человека? Человек думает, что он что-то знает, но на самом деле он не знает ничего.

   Можно ли представить себе нечто более смехотворное, чем мнение того или иного человека? Человек думает, что он что-то знает, но на самом деле он не знает ничего.

   — По морю прочь · книга
7. «

   Я убеждена — та безымянная, ничего не написавшая и похороненная на распутье женщина-поэт жива до сих пор. Она живет в вас, и во мне, и еще во многих женщинах, кого сегодня здесь нет, они моют посуду и укладывают детей спать. Она жива, ибо великие поэты не умирают, существование их бесконечно. Им только не хватает шанса предстать меж нами во плоти.

   Я убеждена — та безымянная, ничего не написавшая и похороненная на распутье женщина-поэт жива до сих пор. Она живет в вас, и во мне, и еще во многих женщинах, кого сегодня здесь нет, они моют посуду и укладывают детей спать. Она жива, ибо великие поэты не умирают, существование их бесконечно. Им только не хватает шанса предстать меж нами во плоти.

   — Своя комната · книга
8. «

   А может, в человеческом сознании тоже есть два пола и им тоже необходимо соединиться для полного удовлетворения и счастья? И я схематично представила себе, как в человеческой душе уживаются два начала, мужское и женское; в мужском сознании тон задает мужчина, а в женском женщина. Нормальное, спокойное состояние приходит, лишь когда эти двое живут в гармонии, духовно сотрудничая. Пусть ты мужчина, все равно женская половина твоего сознания должна иметь голос; так и женщина должна прислушиваться к своему напарнику. Не это ли имел в виду Колридж, когда говорил, что великий ум — всегда андрогин? Только при полном слиянии мужской и женской половин сознание зацветает и раскрывается во всех своих способностях. Видимо, чисто мужское сознание не способно к творческой деятельности, как, впрочем, и чисто женское.

   А может, в человеческом сознании тоже есть два пола и им тоже необходимо соединиться для полного удовлетворения и счастья? И я схематично представила себе, как в человеческой душе уживаются два начала, мужское и женское; в мужском сознании тон задает мужчина, а в женском женщина. Нормальное, спокойное состояние приходит, лишь когда эти двое живут в гармонии, духовно сотрудничая. Пусть ты мужчина, все равно женская половина твоего сознания должна иметь голос; так и женщина должна прислушиваться к своему напарнику. Не это ли имел в виду Колридж, когда говорил, что великий ум — всегда андрогин? Только при полном слиянии мужской и женской половин сознание зацветает и раскрывается во всех своих способностях. Видимо, чисто мужское сознание не способно к творческой деятельности, как, впрочем, и чисто женское.

   — Своя комната · книга
9. «

   Он ей не сказал: «Я тебя люблю»; но он держал ее за руку. Это счастье и есть, думал он.

   Он ей не сказал: «Я тебя люблю»; но он держал ее за руку. Это счастье и есть, думал он.

   — Миссис Дэллоуэй · книга
10. «

    Свет тут — требует тени там.

    Свет тут — требует тени там.

    — Лили Бриско · книга
11. «

    На протяжении большей части истории Анонимом была женщина.

    На протяжении большей части истории Анонимом была женщина.
12. «

    Но красота ведь — ещё не всё. С этой красотою морока — уж слишком готовно, слишком законченной она открывается взгляду. Она сковывает, она замораживает жизнь. И забываешь про трепет, вспышку румянца, внезапную бледность, свет, тень, незаметные такие подрагиванья, которые на миг до неузнаваемости меняют лицо, но что-то новое открывают в чертах, что навеки въедается в память. Куда как проще всё стереть и сравнять под паволокой красоты.

    Но красота ведь — ещё не всё. С этой красотою морока — уж слишком готовно, слишком законченной она открывается взгляду. Она сковывает, она замораживает жизнь. И забываешь про трепет, вспышку румянца, внезапную бледность, свет, тень, незаметные такие подрагиванья, которые на миг до неузнаваемости меняют лицо, но что-то новое открывают в чертах, что навеки въедается в память. Куда как проще всё стереть и сравнять под паволокой красоты.

    — На маяк · книга
13. «

    Ему не хочется умирать. Жизнь хороша. Солнце светит. Но люди…

    Ему не хочется умирать. Жизнь хороша. Солнце светит. Но люди…

    — Миссис Дэллоуэй · книга
14. «

    Иллюзия для души — как атмосфера для земного шара. Разбейте этот нежный воздух — и растения погибнут, померкнут краски... Правда обращает нас в ничто. Жизнь есть сон. Пробуждение убивает. Тот, кто нас лишает снов, нас лишает жизни.

    Иллюзия для души — как атмосфера для земного шара. Разбейте этот нежный воздух — и растения погибнут, померкнут краски... Правда обращает нас в ничто. Жизнь есть сон. Пробуждение убивает. Тот, кто нас лишает снов, нас лишает жизни.

    — Орландо · книга
15. «

    Смерть его была вызовом. Смерть – попытка приобщиться, потому что люди рвутся к заветной черте, а достигнуть ее нельзя, она ускользает и прячется в тайне; близость расползается в разлуку; потухает восторг; остается одиночество. В смерти – объятие.

    Смерть его была вызовом. Смерть – попытка приобщиться, потому что люди рвутся к заветной черте, а достигнуть ее нельзя, она ускользает и прячется в тайне; близость расползается в разлуку; потухает восторг; остается одиночество. В смерти – объятие.

    — Миссис Дэллоуэй · книга
16. «

    Она странным образом умела дергать человеку нервы, и притом они пели, как струны скрипки.

    Она странным образом умела дергать человеку нервы, и притом они пели, как струны скрипки.

    — Миссис Дэллоуэй · книга
17. «

    Все же по-настоящему волнующая жизнь — воображаемая.

    Все же по-настоящему волнующая жизнь — воображаемая.

    — Вирджиния Вулф · книга
18. «

    Она разглядывала свою жизнь, потому что та была тут как тут, рядом — подлинное, свое, чего не разделишь с детьми или мужем.

    Она разглядывала свою жизнь, потому что та была тут как тут, рядом — подлинное, свое, чего не разделишь с детьми или мужем.

    — На маяк · книга
19. «

    Да, душа человеческая, думал он, наше «я»; прячется словно рыба в пучине морской, снует там во мгле, огибая гигантские водоросли, промчится по солнечной высветленной полосе – и снова во тьму – пустую, густую, холодную; а то вдруг взметнется вверх, разрезвится на прохваченных ветром волнах; просто необходимость какая-то встрепенуться, встряхнуться, зажечься – поболтать, поболтать.

    Да, душа человеческая, думал он, наше «я»; прячется словно рыба в пучине морской, снует там во мгле, огибая гигантские водоросли, промчится по солнечной высветленной полосе – и снова во тьму – пустую, густую, холодную; а то вдруг взметнется вверх, разрезвится на прохваченных ветром волнах; просто необходимость какая-то встрепенуться, встряхнуться, зажечься – поболтать, поболтать.

    — Миссис Дэллоуэй · книга
20. «

    Как непонятно то, что с нами происходит, и как мало у нас слов для всех этих удивительных ощущений, этой смены боли и наслаждения.

    Как непонятно то, что с нами происходит, и как мало у нас слов для всех этих удивительных ощущений, этой смены боли и наслаждения.

    — миссис Аннинг · книга