Виссарион Григорьевич Белинский: 97 фраз, которые разошлись на цитаты

Ниже 97 цитат Виссариона Григорьевича Белинского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как грубо ошибаются многие, даже лучшие из отцов, которые почитают необходимым разделять себя с детьми строгостью, суровостью, недоступной важностью! Они думают этим возбудить к себе уважение, и в самом деле возбуждают его, но уважение холодное, боязливое, тре­петное, и тем отвращают от себя их и невольно приучают к скрытности и лживости.

   Как грубо ошибаются многие, даже лучшие из отцов, которые почитают необходимым разделять себя с детьми строгостью, суровостью, недоступной важностью! Они думают этим возбудить к себе уважение, и в самом деле возбуждают его, но уважение холодное, боязливое, тре­петное, и тем отвращают от себя их и невольно приучают к скрытности и лживости.
2. «

   ... Не годится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его; он даже не знает, что ему надо, чего ему хочется; но он знает, и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность.

   ... Не годится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его; он даже не знает, что ему надо, чего ему хочется; но он знает, и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность.
3. «

   Страсть есть источник всякой живой плодотворной деятельности.

   Страсть есть источник всякой живой плодотворной деятельности.
4. «

   Жена не любовница, но друг и спутник нашей жизни, и мы заранее должны приучаться к мысли любить её и тогда, как она будет пожилою женщиною, и тогда, как она будет старушкою.

   Жена не любовница, но друг и спутник нашей жизни, и мы заранее должны приучаться к мысли любить её и тогда, как она будет пожилою женщиною, и тогда, как она будет старушкою.
5. «

   Истинная нравственность растет из сердца при плодотворном содействии светлых лучей разума. Ее мерило — не слова. а практическая деятельность.

   Истинная нравственность растет из сердца при плодотворном содействии светлых лучей разума. Ее мерило — не слова. а практическая деятельность.
6. «

   Исходный пункт нравственого совершенства есть прежде всего материальная потребность.

   Исходный пункт нравственого совершенства есть прежде всего материальная потребность.
7. «

   Любовь, как одна из сильнейших страстей, увлекающих человека во все крайности больше, чем всякая другая страсть, — может служить пробным камнем нравственности.

   Любовь, как одна из сильнейших страстей, увлекающих человека во все крайности больше, чем всякая другая страсть, — может служить пробным камнем нравственности.
8. «

   Поприще женщины — возбуждать в мужчине энергию души, пыл благородных страстей, поддерживать чувство долга и стремление к высокому и великому — вот её назначение, и оно велико и священно.

   Поприще женщины — возбуждать в мужчине энергию души, пыл благородных страстей, поддерживать чувство долга и стремление к высокому и великому — вот её назначение, и оно велико и священно.
9. «

   Природа создает человека, а формирует его общество.

   Природа создает человека, а формирует его общество.
10. «

    Найти свою дорогу, узнать свое место — в этом все для человека, это для него значит сделаться самим собой.

    Найти свою дорогу, узнать свое место — в этом все для человека, это для него значит сделаться самим собой.
11. «

    Во всякую пору человека сердце его само знает, как надо любить ему и какой любви должно оно отозваться. И с каждым возрастом, с каждою ступенью сознания в человеке изменяется его сердце. Изменение это совершается с болью и страданием. Сердце вдруг охладевает к тому, что так горячо любило прежде, и это охлаждение повергает его во все муки пустоты, которой нечем ему наполнить, раскаяния, которое все-таки не обратит его к оставленному предмету, — стремления, которого оно уже боится и которому оно уже не верит.

    Во всякую пору человека сердце его само знает, как надо любить ему и какой любви должно оно отозваться. И с каждым возрастом, с каждою ступенью сознания в человеке изменяется его сердце. Изменение это совершается с болью и страданием. Сердце вдруг охладевает к тому, что так горячо любило прежде, и это охлаждение повергает его во все муки пустоты, которой нечем ему наполнить, раскаяния, которое все-таки не обратит его к оставленному предмету, — стремления, которого оно уже боится и которому оно уже не верит.
12. «

    Патриотизм состоит не в пышных возгласах и общих местах, но в горячем чувстве любви к родине, которое умеет высказываться без восклицаний и обнаруживается не в одном восторге от хорошего, но в болезненной враждебности к дурному, неизбежно бывающему во всякой земле, следовательно, во всяком отечестве.

    Патриотизм состоит не в пышных возгласах и общих местах, но в горячем чувстве любви к родине, которое умеет высказываться без восклицаний и обнаруживается не в одном восторге от хорошего, но в болезненной враждебности к дурному, неизбежно бывающему во всякой земле, следовательно, во всяком отечестве.
13. «

    Мещане-собственники — люди прозаически положительные. Их любимое правило: вский у себя и для себя. Они хотят быть правы по закону гражданскому и не хотят слышать о законах человечества и нравственности.

    Мещане-собственники — люди прозаически положительные. Их любимое правило: вский у себя и для себя. Они хотят быть правы по закону гражданскому и не хотят слышать о законах человечества и нравственности.
14. «

    Его страсть — род помешательства при здравом состоянии рассудка.

    Его страсть — род помешательства при здравом состоянии рассудка.
15. «

    Чтение поэтов, чтение истории, углубление в самого себя, печали, радости, восторг, равнодушие, волнение страстей, порыв к чему-то неопределённому, тоска по чём-то неведомом, размышление о человеке, о непонятной смеси доброго и злого, высокого и низкого, составляющей существо его, мысль о другом, таинственном мире родят тысячи вопросов безответных, волнуют юный, неопытный ум, как неразрешимая, но слабо понимаемая каким-то темным чувством загадка.

    Чтение поэтов, чтение истории, углубление в самого себя, печали, радости, восторг, равнодушие, волнение страстей, порыв к чему-то неопределённому, тоска по чём-то неведомом, размышление о человеке, о непонятной смеси доброго и злого, высокого и низкого, составляющей существо его, мысль о другом, таинственном мире родят тысячи вопросов безответных, волнуют юный, неопытный ум, как неразрешимая, но слабо понимаемая каким-то темным чувством загадка.

    — Дмитрий Калинин · книга
16. «

    Человек не зверь и не ангел; он должен любить не животно и не платонически, а человечески.

    Человек не зверь и не ангел; он должен любить не животно и не платонически, а человечески.
17. «

    Без цели нет деятельности, без интересов нет цели, а без деятельности нет жизни.

    Без цели нет деятельности, без интересов нет цели, а без деятельности нет жизни.
18. «

    Пьют и едят все люди, но пьянствуют и обжираются только дикари.

    Пьют и едят все люди, но пьянствуют и обжираются только дикари.
19. «

    Когда любовь с которой-нибудь стороны кончилась, вместе жить нельзя: ибо тот не понимает любви и ее требований и за любовь принимает грубую, животную чувственность, кто способен пользоваться ее правами от предмета, хотя бы и любимого, но уже не любящего. Такая «любовь» бывает только в браках, потому что брак есть обязательство, – и, может быть, оно так там и нужно; но в любви такие отношения суть оскорбление и профанация не только любви, но и человеческого достоинства. Все такие случаи невозможны для человека нравственно развитого.

    Когда любовь с которой-нибудь стороны кончилась, вместе жить нельзя: ибо тот не понимает любви и ее требований и за любовь принимает грубую, животную чувственность, кто способен пользоваться ее правами от предмета, хотя бы и любимого, но уже не любящего. Такая «любовь» бывает только в браках, потому что брак есть обязательство, – и, может быть, оно так там и нужно; но в любви такие отношения суть оскорбление и профанация не только любви, но и человеческого достоинства. Все такие случаи невозможны для человека нравственно развитого.
20. «

    Теперь я понимаю, что поэту совсем не нужно влюбляться, чтобы хорошо писать о любви. Теперь я понял, что мы лучше всего умеем говорить о том, чего бы нам хо­телось, но чего у нас нет, и что мы совсем не умеем говорить о том, чем мы полны.

    Теперь я понимаю, что поэту совсем не нужно влюбляться, чтобы хорошо писать о любви. Теперь я понял, что мы лучше всего умеем говорить о том, чего бы нам хо­телось, но чего у нас нет, и что мы совсем не умеем говорить о том, чем мы полны.