22 цитаты Владимира Дудинцева про любовь, время и выбор

Ниже 22 цитаты Владимира Дудинцева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Ревность это такая страсть, которая со рвением ищет то, что причиняет страдания.

   Ревность это такая страсть, которая со рвением ищет то, что причиняет страдания.

   — Вера Лукинишна · книга
2. «

   Ночь должна быть убежищем не только злу, но и добру. Член уравнения, перенесённый на другую сторону, меняет свой знак на противоположный.

   Ночь должна быть убежищем не только злу, но и добру. Член уравнения, перенесённый на другую сторону, меняет свой знак на противоположный.

   — Белые одежды · книга
3. «

   Счастье! Оно никогда не бывает сладким и не похоже на плакаты по страхованию имущества. Оно подкрашено горечью...

   Счастье! Оно никогда не бывает сладким и не похоже на плакаты по страхованию имущества. Оно подкрашено горечью...

   — Не хлебом единым · книга
4. «

   Равенство — явление абиологическое. В природе равенства нет. Если бы оно было, то не было бы в природе развития.

   Равенство — явление абиологическое. В природе равенства нет. Если бы оно было, то не было бы в природе развития.

   — Белые одежды · книга
5. «

   Желание смерти — не есть желание смерти. Это только поиск лучшего состояния. Что в конечном счете является крайним выражением желания жить.

   Желание смерти — не есть желание смерти. Это только поиск лучшего состояния. Что в конечном счете является крайним выражением желания жить.

   — Белые одежды · книга
6. «

   Если к тебе в кастрюлю забралась кошка, а ты её бъешь, то не можешь ты быть ни начальником, ни судьёй. Но это еще не зло. Это нервы. Зло — это когда кошку сразу в мешок.

   Если к тебе в кастрюлю забралась кошка, а ты её бъешь, то не можешь ты быть ни начальником, ни судьёй. Но это еще не зло. Это нервы. Зло — это когда кошку сразу в мешок.

   — Белые одежды · книга
7. «

   — Нравится тебе эта девочка? — спросил Кондаков, жуя, и глядя на фото над столом. — Н-не могу сказать. Она снимается голая и не краснеет, не прячет лица. Нормальная женщина в такой ситуации сгорит от стыда. Как мне кажется, Кеша, без любви нельзя бросить на наготу даже косой взгляд. Любящему можно. Любовь очищает взгляд...

   — Нравится тебе эта девочка? — спросил Кондаков, жуя, и глядя на фото над столом. — Н-не могу сказать. Она снимается голая и не краснеет, не прячет лица. Нормальная женщина в такой ситуации сгорит от стыда. Как мне кажется, Кеша, без любви нельзя бросить на наготу даже косой взгляд. Любящему можно. Любовь очищает взгляд...

   — Иннокентий Кондаков · книга
8. «

   — Дурачок, ты всё ещё думаешь, что я тебе изменяю? — Измена — выдуманное слово, — сказал он с кривоватой тоскливой ужимкой. — Измены в любви не может быть. Любовь имеет начало и конец. Когда конец наступил и любви не стало, не всё ли равно, куда пойдёт, что будет делать тот, кто не любит. Если бы любил — никуда бы не пошёл. Она закрыла ему рот рукой. Он отнял её руку. - Кроме того, любовь неповторима. Со мной ты одна, а с другим будешь другая. Измена была бы, если бы можно было повторить одну и ту же любовь, но с другим человеком. То, что было моё, останется со мной и не повторится.

   — Дурачок, ты всё ещё думаешь, что я тебе изменяю? — Измена — выдуманное слово, — сказал он с кривоватой тоскливой ужимкой. — Измены в любви не может быть. Любовь имеет начало и конец. Когда конец наступил и любви не стало, не всё ли равно, куда пойдёт, что будет делать тот, кто не любит. Если бы любил — никуда бы не пошёл. Она закрыла ему рот рукой. Он отнял её руку. - Кроме того, любовь неповторима. Со мной ты одна, а с другим будешь другая. Измена была бы, если бы можно было повторить одну и ту же любовь, но с другим человеком. То, что было моё, останется со мной и не повторится.

   — Лена Блажко · книга
9. «

   Доброго человека не заставишь быть плохим. Страх наказания и нравственные чувства — разные вещи. Страх — это область физиологии, а трусость — область нравственности.

   Доброго человека не заставишь быть плохим. Страх наказания и нравственные чувства — разные вещи. Страх — это область физиологии, а трусость — область нравственности.

   — Белые одежды · книга
10. «

    Когда ранненый джейран идет по степи и спотыкается, хищники уже кружат. Чуют... Так и у людей. Если женщина интересная, а муж у нее дерьмо, пьяница или тварь какая-то, и, если у женщины от этого во взорах лихорадка такая, то сразу появляются чуткие друзья. Это закон природы.

    Когда ранненый джейран идет по степи и спотыкается, хищники уже кружат. Чуют... Так и у людей. Если женщина интересная, а муж у нее дерьмо, пьяница или тварь какая-то, и, если у женщины от этого во взорах лихорадка такая, то сразу появляются чуткие друзья. Это закон природы.

    — Белые одежды · книга
11. «

    Если женщина по мне не тоскует, то моя тоска по ней — это вроде как если чешется отрезанная нога. Ужасно чешется, инвалиды в госпитале говорили. Чешется, а ноги нет!

    Если женщина по мне не тоскует, то моя тоска по ней — это вроде как если чешется отрезанная нога. Ужасно чешется, инвалиды в госпитале говорили. Чешется, а ноги нет!

    — Белые одежды · книга
12. «

    В этот миг кривая их отношений, вся состоящая из замысловатых зигзагов, вдруг ринулась вверх по лихорадочной восходящнй к какому-то ужасному обрыву. Она ведь не может восходить всё время, так не бывает.

    В этот миг кривая их отношений, вся состоящая из замысловатых зигзагов, вдруг ринулась вверх по лихорадочной восходящнй к какому-то ужасному обрыву. Она ведь не может восходить всё время, так не бывает.

    — Белые одежды · книга
13. «

    Тому, кто прав, нет нужды бить себя кулаком в грудь. У него есть простые доказательства.

    Тому, кто прав, нет нужды бить себя кулаком в грудь. У него есть простые доказательства.

    — Борис Николаевич Порай · книга
14. «

    Добро маскирует себя под небольшое зло, а зло себя — под величайшее добро. …Светлое мужество говорит: какое я светлое, на мне много темных пятен. А темное кричит: я все из серебра и солнечных лучей, враг тот, кто заподозрит во мне изъян

    Добро маскирует себя под небольшое зло, а зло себя — под величайшее добро. …Светлое мужество говорит: какое я светлое, на мне много темных пятен. А темное кричит: я все из серебра и солнечных лучей, враг тот, кто заподозрит во мне изъян

    — Белые одежды · книга
15. «

    Человек рождён не для того, чтобы во имя жирной еды и благополучия терпеть унижение, лгать и предавать. Радость червей, пригретых солнцем, — не его удел. Для такой радости не стоит родиться человеком.

    Человек рождён не для того, чтобы во имя жирной еды и благополучия терпеть унижение, лгать и предавать. Радость червей, пригретых солнцем, — не его удел. Для такой радости не стоит родиться человеком.

    — Не хлебом единым · книга
16. «

    Пожилая бездарь и молодая глупость жгут классические учебники.

    Пожилая бездарь и молодая глупость жгут классические учебники.

    — Белые одежды · книга
17. «

    Ты можешь прожить долгую жизнь и даже отойти в лучшие миры, так и не узнав, кто ты — подлец или герой. А всё потому, что твоя жизнь так складывается — не посылает она испытаний, которые загнали бы тебя в железную трубу, где есть только два выхода — вперёд или назад.

    Ты можешь прожить долгую жизнь и даже отойти в лучшие миры, так и не узнав, кто ты — подлец или герой. А всё потому, что твоя жизнь так складывается — не посылает она испытаний, которые загнали бы тебя в железную трубу, где есть только два выхода — вперёд или назад.

    — Белые одежды · книга
18. «

    — Почему многие добрые люди не видят своих качеств? — Добро — это страдание. Сие, обличённые в белые одежды, — они от страдания. А когда страдаешь, тут не до анализа своих качеств. Страдающего не тянет к зеркалу.

    — Почему многие добрые люди не видят своих качеств? — Добро — это страдание. Сие, обличённые в белые одежды, — они от страдания. А когда страдаешь, тут не до анализа своих качеств. Страдающего не тянет к зеркалу.

    — Белые одежды · книга
19. «

    Добро застенчиво и оно часто маскируется под малое зла, или подо что-то нейтральное... Добру тягостно слушать когда его благодарят. Зло же обязательно дает доброе обоснование своих пакостей.

    Добро застенчиво и оно часто маскируется под малое зла, или подо что-то нейтральное... Добру тягостно слушать когда его благодарят. Зло же обязательно дает доброе обоснование своих пакостей.

    — Белые одежды · книга
20. «

    ...главная причина — необоснованная уверенность в стопроцентной правоте. Почему старуха на костер под ноги Яну Гусу принесла вязанку хворосту? Потому что была уверена без достаточного основания. Я права, я чиста, а он дружит с сатаной.

    ...главная причина — необоснованная уверенность в стопроцентной правоте. Почему старуха на костер под ноги Яну Гусу принесла вязанку хворосту? Потому что была уверена без достаточного основания. Я права, я чиста, а он дружит с сатаной.

    — Фёдор Иванович Дежкин · книга