30 июля 2026, четверг
Подборка · 65 цитат автора

65 цитат Владимира Гакова: от иронии до философии

Подборка из 65 цитат Владимира Гакова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

  1. Использование этого варварского оружия против Хиросимы и Нагасаки не приносило нам никакого материального преимущества в войне с Японией. Японцы уже были разбиты и вот-вот капитулировали бы.
  2. Для мирового империализма война оказалась удачной пробой сил сразу по нескольким направлениям. Она раздразнила желания куда более острые, чем перераспределение колоний, политическое доминирование в Европе и отторжение спорных территорий. В минувшей войне империализм заявил о себе как о влиятельной, если не главной силе буржуазного мира.
    Ультиматум · книга
  3. Версия о неизбежности атомного удара по японским городам убедительно опровергнута, в том числе и высшими чинами американской армии.
    Ультиматум · книга
  4. В 8 часов 14 минут 15 секунд раскрылись створки бомбового люка на «Эноле Гэй». И уродливый «Малыш» начал свое медленное снижение на парашюте ( немногие, видимо, отдают себе отчет в том, что бомба не летела стремительно вниз, а спускалась целых 47 секунд на парашюте).
    Ультиматум · книга
  5. Национал-социалистическая государственная система предназначена для одной-единственной цели, и в этом весь ее смысл: не допуская, безжалостно подавляя и искореняя всяческое противление и помехи, подготовить немецкий народ к «грядущей войне», превратить его в беспредельно послушную, не зараженную ни одной критической мыслью, слепую и фанатически невежественную военную машину.
    Томас Манн · книга
  6. Япония капитулирует даже в случае неприменения атомной бомбы, даже если Россия не вступит в войну и даже если США откажутся от планов массированного вторжения на Японские острова.
    Эксперты · книга
  7. Даже ракетный залп пяти современных атомных подводных лодок может привести к установлению режима ядерной зимы на несколько месяцев, когда средняя температура устанавливается на уровне -20С.
    Ультиматум · книга
  8. До сих пор, худо ли, хорошо ли, всегда можно было уклониться от участия в истории. Тот, кто не одобрял, часто мог молчать или говорить о другом. Нынче все изменилось, и само молчание приобрело страшный смысл.
    Альбер Камю · книга
  9. В этой стране налаженный издательский конвейер действительно способен быстро откликнуться на любой спрос и выдавать промышленную продукцию сразу промышленными партиями. Причем в полноводном потоке обычно все перемешивается: паника, трезвый анализ, протест, циничный расчет на всегдашнюю любовь читателей к страшненькому и просто стихийная реакция на моду, которая, бог даст, продержится долго. Шум, ярость, страх, надежда, боль, недоумение...
    Ультиматум · книга
  10. Похоже, остается признать правоту скептиков, тех, кто считает идею мирного существования по меньшей мере наивной. Исторический опыт человечества как будто наглухо блокирует эту светлую идею — о мире без войн...
    Ультиматум · книга
  11. Случилось так, что решение американцев приступить к работам по созданию атомного оружия было принято в день начала контрнаступления советских войск под Москвой — 6 декабря. Через сутки японцы напали на крупнейшую американскую военную базу на Тихом океане — Пёрл-Харбор. Был уничтожен почти весь флот, стоявший на рейде, и Соединенным Штатам не оставалось ничего иного, как официально вступить в войну.
    Ультиматум · книга
  12. Решать политические вопросы посредством ядерных бомб все равно, что пользоваться динамитом, чтобы избавиться от мышей в доме.
    Чарлз Осгуд · книга
  13. Говорят о философии, что она служанка богословия... Но из этого еще не ясно, идет ли она с факелом впереди своей милостивой госпожи, или поддерживает позади нее ее шлейф.
    Иммануил Кант · книга
  14. Принимая решение об атомном жертвоприношении старейшего японского города, президент Трумэн менее всего думал о штурме островов. Не японцев стремился он наказать, а прежде всего «показать» этим русским! В жертву политической игре, откровенному шантажу были принесены сотни тысяч ничего не подозревавших жителей Хиросимы и Нагасаки.
    Ультиматум · книга
  15. Кто из историков не мечтал, подобно Улиссу, накормить тени кровью, чтобы они заговорили? Но у нас нет другой машины времени, чем та, что работает в нашем мозгу на сырье, доставляемым прошлыми поколениями.
    Марк Блок · книга
20 из 65
Смотрите также