126 фраз Владимира Маяковского для статуса

Владимир Маяковский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 126 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Пароход подошел, завыл, погудел – и скован, как каторжник беглый. На палубе 700 человек людей, остальные – негры.

   Пароход подошел, завыл, погудел – и скован, как каторжник беглый. На палубе 700 человек людей, остальные – негры.
2. «

   — Вот вы писали, что «среди грузинов я грузин, среди русских я русский», а среди дураков вы кто? — А среди дураков я впервые!

   — Вот вы писали, что «среди грузинов я грузин, среди русских я русский», а среди дураков вы кто? — А среди дураков я впервые!
3. «

   Сильным средством лечиться надо, наружу говор скрытненький! Примите против внутренних неполадок Внутреннее лекарство самокритики.

   Сильным средством лечиться надо, наружу говор скрытненький! Примите против внутренних неполадок Внутреннее лекарство самокритики.
4. «

   Мама! Ваш сын прекрасно болен! Мама! У него пожар сердца. Скажите сестрам, Люде и Оле, — ему уже некуда деться.

   Мама! Ваш сын прекрасно болен! Мама! У него пожар сердца. Скажите сестрам, Люде и Оле, — ему уже некуда деться.
5. «

   Любит? не любит? Я руки ломаю и пальцы разбрасываю разломавши так рвут загадав и пускают по маю венчики встречных ромашек

   Любит? не любит? Я руки ломаю и пальцы разбрасываю разломавши так рвут загадав и пускают по маю венчики встречных ромашек
6. «

   Халтура, конечно, всегда беспринципна. Она создает безразличное отношение к теме — избегает трудную.

   Халтура, конечно, всегда беспринципна. Она создает безразличное отношение к теме — избегает трудную.
7. «

   Значит — опять темно и понуро сердце возьму, слезами окапав, нести, как собака, которая в конуру несет перееханную поездом лапу.

   Значит — опять темно и понуро сердце возьму, слезами окапав, нести, как собака, которая в конуру несет перееханную поездом лапу.
8. «

   Любовь — это сердце всего.

   Любовь — это сердце всего.
9. «

   Борису Пастернаку: «Вы любите молнию в небе, а я — в электрическом утюге».

   Борису Пастернаку: «Вы любите молнию в небе, а я — в электрическом утюге».
10. «

    В ушах обрывки тёплого бала, а с севера — снега седей — туман, с кровожадным лицом каннибала, жевал невкусных людей.

    В ушах обрывки тёплого бала, а с севера — снега седей — туман, с кровожадным лицом каннибала, жевал невкусных людей.
11. «

    И в пролёт не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать. Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.

    И в пролёт не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать. Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.
12. «

    Ну, это совершенно невыносимо! Весь как есть искусан злобой. Злюсь не так, как могли бы вы: как собака лицо луны гололобой - взял бы и все обвыл.

    Ну, это совершенно невыносимо! Весь как есть искусан злобой. Злюсь не так, как могли бы вы: как собака лицо луны гололобой - взял бы и все обвыл.
13. «

    Любовь любому рожденному дадена, — но между служб, доходов и прочего со дня на день очерствевает сердечная почва.

    Любовь любому рожденному дадена, — но между служб, доходов и прочего со дня на день очерствевает сердечная почва.
14. «

    Лучше уж от водки умереть, чем от скуки!

    Лучше уж от водки умереть, чем от скуки!
15. «

    Помните? Вы говорили: «Джек Лондон, деньги, любовь, страсть», — а я одно видел: вы — Джоконда, которую надо украсть! И украли.

    Помните? Вы говорили: «Джек Лондон, деньги, любовь, страсть», — а я одно видел: вы — Джоконда, которую надо украсть! И украли.
16. «

    Слабосильные топчутся на месте и ждут, пока событие пройдет, чтоб его отразить; мощные забегают вперед, чтоб тащить понятое время.

    Слабосильные топчутся на месте и ждут, пока событие пройдет, чтоб его отразить; мощные забегают вперед, чтоб тащить понятое время.
17. «

    Если мальчик любит мыло и зубной порошок, этот мальчик очень милый, поступает хорошо.

    Если мальчик любит мыло и зубной порошок, этот мальчик очень милый, поступает хорошо.
18. «

    Да здравствует — снова! — моё сумасшествие!

    Да здравствует — снова! — моё сумасшествие!
19. «

    Мальчик шел, в закат глаза уставя. Был закат непревзойдимо желт. Даже снег желтел к тверской заставе. Ничего не видя, мальчик шел. Шел, Вдруг Встал. В шелк Рук Сталь. С час закат смотрел, глаза уставя, За мальчишкой легшую кайму. Снег, хрустя, разламывал суставы. Для чего? зачем? кому? Был вором-ветром мальчишка обыскан. Попала ветру мальчишки записка. Стал ветер петровскому парку звонить: Прощайте... Кончаю... Прошу не винить...

    Мальчик шел, в закат глаза уставя. Был закат непревзойдимо желт. Даже снег желтел к тверской заставе. Ничего не видя, мальчик шел. Шел, Вдруг Встал. В шелк Рук Сталь. С час закат смотрел, глаза уставя, За мальчишкой легшую кайму. Снег, хрустя, разламывал суставы. Для чего? зачем? кому? Был вором-ветром мальчишка обыскан. Попала ветру мальчишки записка. Стал ветер петровскому парку звонить: Прощайте... Кончаю... Прошу не винить...
20. «

    Лошадь сказала, взглянув на верблюда: «Какая гигантская лошадь-ублюдок».

    Лошадь сказала, взглянув на верблюда: «Какая гигантская лошадь-ублюдок».