182 цитаты Владимира Маяковского для поста и дневника

Владимир Маяковский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 182 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Если правда, что есть ты, боже, боже мой, если звезд ковер тобою выткан, если этой боли, ежедневно множимой, тобой ниспослана, господи, пытка, судейскую цепь надень. Жди моего визита.

   Если правда, что есть ты, боже, боже мой, если звезд ковер тобою выткан, если этой боли, ежедневно множимой, тобой ниспослана, господи, пытка, судейскую цепь надень. Жди моего визита.
2. «

   Знал и я, что значит «не есть», по бульварам валялся когда, - понял я, что великая честь за слова свои голодать.

   Знал и я, что значит «не есть», по бульварам валялся когда, - понял я, что великая честь за слова свои голодать.
3. «

   Юридически — куда хочешь идти можно, но фактически — сдвинуться никакой возможности.

   Юридически — куда хочешь идти можно, но фактически — сдвинуться никакой возможности.
4. «

   В наше время тот — поэт, тот — писатель, кто полезен.

   В наше время тот — поэт, тот — писатель, кто полезен.
5. «

   А тоска моя растет, непонятна и тревожна, как слеза на морде у плачущей собаки.

   А тоска моя растет, непонятна и тревожна, как слеза на морде у плачущей собаки.

   — Человек без уха · книга
6. «

   Мир опять цветами оброс, у мира весенний вид. И вновь встает нерешенный вопрос — о женщинах и о любви.

   Мир опять цветами оброс, у мира весенний вид. И вновь встает нерешенный вопрос — о женщинах и о любви.
7. «

   Мягко с лапы на лапу ступая, Грузная, как автобус, Тащит ночь к берегам Дуная Свою лунную грусть.

   Мягко с лапы на лапу ступая, Грузная, как автобус, Тащит ночь к берегам Дуная Свою лунную грусть.
8. «

   Всё меньше любится, всё меньше дерзается, и лоб мой время с разбега крушит. Приходит страшнейшая из амортизаций — амортизация сердца и души.

   Всё меньше любится, всё меньше дерзается, и лоб мой время с разбега крушит. Приходит страшнейшая из амортизаций — амортизация сердца и души.
9. «

   Всем известно, что мною дрянь воспета молодостью ранней. Но дрянь не переводится.

   Всем известно, что мною дрянь воспета молодостью ранней. Но дрянь не переводится.
10. «

    Улица провалилась, как нос сифилитика. Река — сладострастье, растёкшееся в слюни. Отбросив бельё до последнего листика, сады похабно развалились в июне.

    Улица провалилась, как нос сифилитика. Река — сладострастье, растёкшееся в слюни. Отбросив бельё до последнего листика, сады похабно развалились в июне.
11. «

    Я душу над пропастью натянул канатом, жонглируя словами, закачался на ней.

    Я душу над пропастью натянул канатом, жонглируя словами, закачался на ней.
12. «

    Мама! Ваш сын прекрасно болен! Мама! У него пожар сердца. Скажите сестрам, Люде и Оле, — ему уже некуда деться.

    Мама! Ваш сын прекрасно болен! Мама! У него пожар сердца. Скажите сестрам, Люде и Оле, — ему уже некуда деться.
13. «

    Я пролетарий, объясняться лишне. Жил, как мать произвела, родив. И вот мне квартиру дает жилищный, мой, рабочий, кооператив. Во — ширина! Высота — во! Проветрена, освещена и согрета. Все хорошо. Но больше всего мне понравилось — это: это белее лунного света, удобней, чем земля обетованная, это — да что говорить об это, это — ванная.

    Я пролетарий, объясняться лишне. Жил, как мать произвела, родив. И вот мне квартиру дает жилищный, мой, рабочий, кооператив. Во — ширина! Высота — во! Проветрена, освещена и согрета. Все хорошо. Но больше всего мне понравилось — это: это белее лунного света, удобней, чем земля обетованная, это — да что говорить об это, это — ванная.
14. «

    Да здравствует — снова! — моё сумасшествие!

    Да здравствует — снова! — моё сумасшествие!
15. «

    Не высидел дома. Анненский, Тютчев, Фет. Опять, тоскою к людям ведомый, иду в кинематографы, в трактиры, в кафе.

    Не высидел дома. Анненский, Тютчев, Фет. Опять, тоскою к людям ведомый, иду в кинематографы, в трактиры, в кафе.
16. «

    Был я весел — толк веселым есть ли, если горе наше непролазно? Нынче обнажают зубы если, только, чтоб хватить, чтоб лязгнуть.

    Был я весел — толк веселым есть ли, если горе наше непролазно? Нынче обнажают зубы если, только, чтоб хватить, чтоб лязгнуть.
17. «

    Пришла — деловито, за рыком, за ростом, взглянув, разглядела просто мальчика. Взяла, отобрала сердце и просто пошла играть — как девочка мячиком.

    Пришла — деловито, за рыком, за ростом, взглянув, разглядела просто мальчика. Взяла, отобрала сердце и просто пошла играть — как девочка мячиком.
18. «

    У меня из десяти стихов — пять хороших, три средних и два плохих. У Блока из десяти стихотворений — восемь плохих и два хороших, но таких хороших, мне, пожалуй, не написать.

    У меня из десяти стихов — пять хороших, три средних и два плохих. У Блока из десяти стихотворений — восемь плохих и два хороших, но таких хороших, мне, пожалуй, не написать.
19. «

    Ты посмотри какая в мире тишь Ночь обложила небо звёздной данью в такие вот часы встаешь и говоришь векам истории и мирозданию

    Ты посмотри какая в мире тишь Ночь обложила небо звёздной данью в такие вот часы встаешь и говоришь векам истории и мирозданию
20. «

    Грядущие люди! Кто вы? Вот — я, весь боль и ушиб. Вам завещаю я сад фруктовый моей великой души.

    Грядущие люди! Кто вы? Вот — я, весь боль и ушиб. Вам завещаю я сад фруктовый моей великой души.