145 мудрых мыслей Владимира Набокова

Ниже 145 цитат Владимира Набокова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Он продолжал молчать, и она замолчала тоже, и стала рыться в сумке, мучительно ища в ней тему для разговора.

   Он продолжал молчать, и она замолчала тоже, и стала рыться в сумке, мучительно ища в ней тему для разговора.

   — Защита Лужина · книга
2. «

   Но и красота тоже не служит критерием, между тем как вульгарность (или то хотя бы, что зовется вульгарностью в той или другой среде) не исключает непременно присутствия тех таинственных черт — той сказочно-странной грации, той неуловимой, переменчивой, душеубийственной, вкрадчивой прелести, — которые отличают нимфетку от сверстниц, несравненно более зависящих от пространственного мира единовременных явлений, чем от невесомого острова завороженного времени, где Лолита играет с ей подобными.

   Но и красота тоже не служит критерием, между тем как вульгарность (или то хотя бы, что зовется вульгарностью в той или другой среде) не исключает непременно присутствия тех таинственных черт — той сказочно-странной грации, той неуловимой, переменчивой, душеубийственной, вкрадчивой прелести, — которые отличают нимфетку от сверстниц, несравненно более зависящих от пространственного мира единовременных явлений, чем от невесомого острова завороженного времени, где Лолита играет с ей подобными.

   — Гумберт Гумберт · книга
3. «

   Всегда есть наслаждение в кружевной вуали, сквозь которую глаза, знакомые только тебе, избраннику, мимоходом улыбаются тебе одному...

   Всегда есть наслаждение в кружевной вуали, сквозь которую глаза, знакомые только тебе, избраннику, мимоходом улыбаются тебе одному...

   — Гумберт Гумберт · книга
4. «

   Мелодия, которую я слышал, составлялась из звуков играющих детей, только из них <…>. Стоя на высоком скате, я не мог наслушаться этой музыкальной вибрации, этих вспышек отдельных возгласов на фоне ровного рокотания, и тогда-то мне стало ясно, что пронзительно-безнадёжный ужас состоит не в том, что Лолиты нет рядом со мной, а в том, что голоса её нет в этом хоре.

   Мелодия, которую я слышал, составлялась из звуков играющих детей, только из них <…>. Стоя на высоком скате, я не мог наслушаться этой музыкальной вибрации, этих вспышек отдельных возгласов на фоне ровного рокотания, и тогда-то мне стало ясно, что пронзительно-безнадёжный ужас состоит не в том, что Лолиты нет рядом со мной, а в том, что голоса её нет в этом хоре.

   — Гумберт Гумберт · книга
5. «

   Всякий, конечно, предпочитает, чтобы сказали: он похож на вас, — а не наоборот: вы на него.

   Всякий, конечно, предпочитает, чтобы сказали: он похож на вас, — а не наоборот: вы на него.

   — Отчаяние · книга
6. «

   «Я умру, если тронешь меня», — сказал я. — «Ты совсем уверена, что не поедешь со мной? Нет ли отдаленной надежды, что поедешь? Только на это ответь мне». «Нет», — сказала она, — «нет, душка, нет». Первый раз в жизни она так ко мне обратилась. «Нет», — повторила она. — «Об этом не может быть и речи. Я бы, скорее, вернулась к Ку. Дело в том, что...» Ей не хватило, видимо, слов. Я мысленно снабдил ее ими — («...он разбил мое сердце, ты всего лишь разбил мою жизнь»).

   «Я умру, если тронешь меня», — сказал я. — «Ты совсем уверена, что не поедешь со мной? Нет ли отдаленной надежды, что поедешь? Только на это ответь мне». «Нет», — сказала она, — «нет, душка, нет». Первый раз в жизни она так ко мне обратилась. «Нет», — повторила она. — «Об этом не может быть и речи. Я бы, скорее, вернулась к Ку. Дело в том, что...» Ей не хватило, видимо, слов. Я мысленно снабдил ее ими — («...он разбил мое сердце, ты всего лишь разбил мою жизнь»).

   — Лолита · книга
7. «

   Я горжусь тем, что никогда не стремился к признанию в обществе.

   Я горжусь тем, что никогда не стремился к признанию в обществе.
8. «

   Блещи, пока блещется.

   Блещи, пока блещется.

   — Защита Лужина · книга
9. «

   Меня тошнит от мальчиков и скандальчиков.

   Меня тошнит от мальчиков и скандальчиков.

   — Лолита · книга
10. «

    В её бледно-серых глазах, за раскосыми стёклами незнакомых очков, наш бедненький роман был на мгновенье отражен, взвешен и отвергнут, как скучный вечер в гостях, как в пасмурный день пикник, на который явились только самые неинтересные люди, как надоевшее упражнение, как корка засохшей грязи, приставшей к её детству.

    В её бледно-серых глазах, за раскосыми стёклами незнакомых очков, наш бедненький роман был на мгновенье отражен, взвешен и отвергнут, как скучный вечер в гостях, как в пасмурный день пикник, на который явились только самые неинтересные люди, как надоевшее упражнение, как корка засохшей грязи, приставшей к её детству.

    — Гумберт Гумберт · книга
11. «

    Жизнь — серия комических номеров.

    Жизнь — серия комических номеров.

    — Лолита · книга
12. «

    И чем ярче человек, чем необычней, тем ближе он к плахе. Ибо на «странное» всегда откликается «страшное».

    И чем ярче человек, чем необычней, тем ближе он к плахе. Ибо на «странное» всегда откликается «страшное».

    — Лекции по зарубежной литературе · книга
13. «

    Мои книги, моё солнце – что мне ещё нужно?

    Мои книги, моё солнце – что мне ещё нужно?

    — Зегелькранц · книга
14. «

    «Неприличное» бывает зачастую равнозначаще «необычному».

    «Неприличное» бывает зачастую равнозначаще «необычному».

    — Гумберт Гумберт · книга
15. «

    Что за диковинная штука — жизнь! Мы норовим восстановить против себя как раз те силы рока, которые мы хотели бы задобрить.

    Что за диковинная штука — жизнь! Мы норовим восстановить против себя как раз те силы рока, которые мы хотели бы задобрить.

    — Гумберт Гумберт · книга
16. «

    Крылатые заседатели! Никакой загробной жизни не принимаю, если в ней не объявится Лолита в том виде, в каком она была тогда, на колорадском курорте...

    Крылатые заседатели! Никакой загробной жизни не принимаю, если в ней не объявится Лолита в том виде, в каком она была тогда, на колорадском курорте...

    — Гумберт Гумберт · книга
17. «

    Беда не в том, что нам снится слишком необычайный сон: а в том, что мы его не можем сделать достаточно невероятным.

    Беда не в том, что нам снится слишком необычайный сон: а в том, что мы его не можем сделать достаточно невероятным.

    — Бледный огонь · книга
18. «

    Меня у меня не отнимет никто.

    Меня у меня не отнимет никто.

    — Цинциннат · книга
19. «

    У меня сердце чешется, — ужасное ощущение.

    У меня сердце чешется, — ужасное ощущение.

    — Отчаяние · книга
20. «

    Я стал чертить тростью каракули на грунте. — Что вы хотите нарисовать? – спросила мадам Лесерф и слегка кашлянула. – Волны своих мыслей, — довольно глупо отвечал я.

    Я стал чертить тростью каракули на грунте. — Что вы хотите нарисовать? – спросила мадам Лесерф и слегка кашлянула. – Волны своих мыслей, — довольно глупо отвечал я.

    — Истинная жизнь Севастьяна Найта · книга