302 цитат Владимира Набокова, которые цепляют

Ниже 302 цитаты Владимира Набокова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Почти все одуванчики уже превратились из солнц в луны.

   Почти все одуванчики уже превратились из солнц в луны.

   — Лолита · книга
2. «

   Будь милосерден. Царств не требуй. Всем благодарно дорожи. Молись — безоблачному небу И василькам в волнистой ржи.

   Будь милосерден. Царств не требуй. Всем благодарно дорожи. Молись — безоблачному небу И василькам в волнистой ржи.
3. «

   Я счастлив, я счастлив, как мне еще доказать, как мне крикнуть, что я счастлив, — так, чтобы вы все наконец поверили, жестокие, самодовольные...

   Я счастлив, я счастлив, как мне еще доказать, как мне крикнуть, что я счастлив, — так, чтобы вы все наконец поверили, жестокие, самодовольные...

   — Смуров · книга
4. «

   Мы с тобой совсем особенные; таких чудес, какие знаем мы, никто не знает, и никто так не любит, как мы.

   Мы с тобой совсем особенные; таких чудес, какие знаем мы, никто не знает, и никто так не любит, как мы.

   — Письма к Вере · книга
5. «

   Мне так просто и радостно снилось: ты стояла одна на крыльце и рукой от зари заслонилась, а заря у тебя на лице.

   Мне так просто и радостно снилось: ты стояла одна на крыльце и рукой от зари заслонилась, а заря у тебя на лице.
6. «

   Притворяется, подумал я, притворяется верно, чтобы избежать моих ласк; меня сжигала страсть, но бедняжка принялась очень как-то нудно хныкать, когда я полез к ней.

   Притворяется, подумал я, притворяется верно, чтобы избежать моих ласк; меня сжигала страсть, но бедняжка принялась очень как-то нудно хныкать, когда я полез к ней.

   — Гумберт Гумберт · книга
7. «

   У зрительной памяти есть два подхода: при одном – удается искусно воссоздать образ в лаборатории мозга, не закрывая глаз (и тогда Аннабелла представляется мне в общих терминах, как-то: «медового оттенка кожа», «тоненькие руки», «подстриженные русые волосы», «длинные ресницы», «большой яркий рот»); при другом же – закрываешь глаза и мгновенно вызываешь на темной внутренней стороне век объективное, оптическое, предельно верное воспроизведение любимых черт: маленький призрак в естественных цветах (и вот так я вижу Лолиту).

   У зрительной памяти есть два подхода: при одном – удается искусно воссоздать образ в лаборатории мозга, не закрывая глаз (и тогда Аннабелла представляется мне в общих терминах, как-то: «медового оттенка кожа», «тоненькие руки», «подстриженные русые волосы», «длинные ресницы», «большой яркий рот»); при другом же – закрываешь глаза и мгновенно вызываешь на темной внутренней стороне век объективное, оптическое, предельно верное воспроизведение любимых черт: маленький призрак в естественных цветах (и вот так я вижу Лолиту).

   — Лолита · книга
8. «

   Я понял, что мир вовсе не борьба, не череда хищных случайностей, а мерцающая радость, благостное волнение, подарок, не оцененный нами.

   Я понял, что мир вовсе не борьба, не череда хищных случайностей, а мерцающая радость, благостное волнение, подарок, не оцененный нами.

   — Благость · книга
9. «

   Она одевала свою уязвимость в броню дешёвой наглости и нарочитой скуки, между тем как я, пользуясь для своих несчастных учёных комментариев искусственным тоном, от которого у меня самого ныли последние зубы, вызывал у своей аудитории такие взрывы грубости, что нельзя было продолжать, о, моя бедная, замученная девочка.

   Она одевала свою уязвимость в броню дешёвой наглости и нарочитой скуки, между тем как я, пользуясь для своих несчастных учёных комментариев искусственным тоном, от которого у меня самого ныли последние зубы, вызывал у своей аудитории такие взрывы грубости, что нельзя было продолжать, о, моя бедная, замученная девочка.

   — Гумберт Гумберт · книга
10. «

    Твои глаза — как ласточки под осень, когда кричат они: «На юг!..»

    Твои глаза — как ласточки под осень, когда кричат они: «На юг!..»

    — Трагедия господина Морна · книга
11. «

    ... душа есть только образ бытия — а не неизменное состояние — и что любая душа может быть твоей, если найти частоту ее колебаний и вписаться в нее.

    ... душа есть только образ бытия — а не неизменное состояние — и что любая душа может быть твоей, если найти частоту ее колебаний и вписаться в нее.

    — Истинная жизнь Севастьяна Найта · книга
12. «

    Трёхсложная формула человеческой жизни: невозвратность прошлого, ненасытность настоящего и непредсказуемость будущего.

    Трёхсложная формула человеческой жизни: невозвратность прошлого, ненасытность настоящего и непредсказуемость будущего.
13. «

    Помни, что добытое тобою знание – с тройным дном: повествователем сшито, слушателем перекроено и от обоих скрыто покойным героем повести.

    Помни, что добытое тобою знание – с тройным дном: повествователем сшито, слушателем перекроено и от обоих скрыто покойным героем повести.

    — Истинная жизнь Севастьяна Найта · книга
14. «

    ... Не будь чересчур доверчив, узнавая о прошлом из уст настоящего. Остерегайся и честнейшего из посредников. Помни, всё рассказанное тебе, в действительности трояко: скроено рассказчиком, перекроено слушателем и скрыто от обоих мёртвым героем рассказа.

    ... Не будь чересчур доверчив, узнавая о прошлом из уст настоящего. Остерегайся и честнейшего из посредников. Помни, всё рассказанное тебе, в действительности трояко: скроено рассказчиком, перекроено слушателем и скрыто от обоих мёртвым героем рассказа.

    — Истинная жизнь Севастьяна Найта · книга
15. «

    Дому приятен гость и нужен, как дыханье, но ежели вошедший воздух снова не выйдет — посинеешь и умрешь.

    Дому приятен гость и нужен, как дыханье, но ежели вошедший воздух снова не выйдет — посинеешь и умрешь.

    — Трагедия господина Морна · книга
16. «

    Как самодовольно дивился я тому, что она — моя, моя, моя...

    Как самодовольно дивился я тому, что она — моя, моя, моя...

    — Гумберт Гумберт · книга
17. «

    Газетные заголовки, политические теории, модные идеи значили для него ровно столько же, сколько словоизлияния инструкций, напечатанных на обертке мыла или зубной пасты.

    Газетные заголовки, политические теории, модные идеи значили для него ровно столько же, сколько словоизлияния инструкций, напечатанных на обертке мыла или зубной пасты.

    — Истинная жизнь Севастьяна Найта · книга
18. «

    Зеркала, слава Богу, в комнате нет, как нет и Бога, которого славлю.

    Зеркала, слава Богу, в комнате нет, как нет и Бога, которого славлю.

    — Отчаяние · книга
19. «

    Эти встречи на ветру, на морозе больше мучали его, чем ее. Он чувствовал, что от этих несовершенных встреч мельчает, протирается любовь. Всякая любовь требует уединения, прикрытия, приюта, а у них приюта не было.

    Эти встречи на ветру, на морозе больше мучали его, чем ее. Он чувствовал, что от этих несовершенных встреч мельчает, протирается любовь. Всякая любовь требует уединения, прикрытия, приюта, а у них приюта не было.

    — Машенька · книга
20. «

    Невольно уступая соблазну логического развития, невольно сковывая в цепь то, что было совершенно безопасно в виде отдельных, неизвестно куда относившихся звеньев, он придавал смысл бессмысленному и жизнь неживому.

    Невольно уступая соблазну логического развития, невольно сковывая в цепь то, что было совершенно безопасно в виде отдельных, неизвестно куда относившихся звеньев, он придавал смысл бессмысленному и жизнь неживому.

    — Приглашение на казнь · книга