32 цитаты, которые говорил Владимир Набоков

Ниже 32 цитаты Владимира Набокова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя. Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по нёбу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та.

   Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя. Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по нёбу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та.

   — Гумберт Гумберт · книга
2. «

   Балуйте детей, господа! Никто не знает, что их ожидает в будущем.

   Балуйте детей, господа! Никто не знает, что их ожидает в будущем.
3. «

   Они говорили мало, говорить было слишком темно.

   Они говорили мало, говорить было слишком темно.

   — Машенька · книга
4. «

   Если мне бы сказали, что за это меня завтра казнят — я всё равно бы на неё смотрел.

   Если мне бы сказали, что за это меня завтра казнят — я всё равно бы на неё смотрел.

   — Камера Обскура · книга
5. «

   То, что не названо, — не существует. К сожалению, все было названо.

   То, что не названо, — не существует. К сожалению, все было названо.

   — Приглашение на казнь · книга
6. «

   Счастье, за которое он уцепился, остановилось; апрельский этот день замер навеки, и где-то, в другой плоскости, продолжалось движение дней, городская весна, деревенское лето — смутные потоки, едва касавшиеся его.

   Счастье, за которое он уцепился, остановилось; апрельский этот день замер навеки, и где-то, в другой плоскости, продолжалось движение дней, городская весна, деревенское лето — смутные потоки, едва касавшиеся его.

   — Защита Лужина · книга
7. «

   Вероятно, я все-таки принимаю тебя за кого-то другого, — думая, что ты поймешь меня, — как сумасшедший принимает зашедших родственников за звезды, за логарифмы, за вислозадых гиен, — но еще есть безумцы — те неуязвимы! — которые принимают сами себя за безумцев, — и тут замыкается круг.

   Вероятно, я все-таки принимаю тебя за кого-то другого, — думая, что ты поймешь меня, — как сумасшедший принимает зашедших родственников за звезды, за логарифмы, за вислозадых гиен, — но еще есть безумцы — те неуязвимы! — которые принимают сами себя за безумцев, — и тут замыкается круг.

   — Цинциннат · книга
8. «

   Он продолжал молчать, и она замолчала тоже, и стала рыться в сумке, мучительно ища в ней тему для разговора.

   Он продолжал молчать, и она замолчала тоже, и стала рыться в сумке, мучительно ища в ней тему для разговора.

   — Защита Лужина · книга
9. «

   ... Многоточие изображает, должно быть, следы на цыпочках ушедших слов.

   ... Многоточие изображает, должно быть, следы на цыпочках ушедших слов.
10. «

    Я люблю в тебе эту твою чудесную понятливость, словно у тебя в душе есть заранее уготовленное место для каждой моей мысли.

    Я люблю в тебе эту твою чудесную понятливость, словно у тебя в душе есть заранее уготовленное место для каждой моей мысли.
11. «

    И после, — может быть, больше всего именно после, — буду тебя любить, — и когда-нибудь состоится между нами истинное, исчерпывающее объяснение, — и тогда уж как-нибудь мы сложимся с тобой, приставим себя друг к дружке, решим головоломку: провести из такой-то точки в такую-то... чтобы ни разу... или — не отнимая карандаша... или еще как-нибудь... соединим, проведем, и получится из меня и тебя тот единственный наш узор, по которому я тоскую.

    И после, — может быть, больше всего именно после, — буду тебя любить, — и когда-нибудь состоится между нами истинное, исчерпывающее объяснение, — и тогда уж как-нибудь мы сложимся с тобой, приставим себя друг к дружке, решим головоломку: провести из такой-то точки в такую-то... чтобы ни разу... или — не отнимая карандаша... или еще как-нибудь... соединим, проведем, и получится из меня и тебя тот единственный наш узор, по которому я тоскую.

    — Цинциннат · книга
12. «

    Она моя, моя, ключ в кулаке, кулак в кармане, она моя.

    Она моя, моя, ключ в кулаке, кулак в кармане, она моя.

    — Гумберт Гумберт · книга
13. «

    Книги, которые вы любите, нужно читать, вздрагивая и задыхаясь от восторга.

    Книги, которые вы любите, нужно читать, вздрагивая и задыхаясь от восторга.

    — Лекции по русской литературе · книга
14. «

    Он был из породы тех людей, которые спрашивают, как вы живёте, только для того, чтобы обстоятельно рассказать, как они сами живут.

    Он был из породы тех людей, которые спрашивают, как вы живёте, только для того, чтобы обстоятельно рассказать, как они сами живут.

    — Возвращение Чорба · книга
15. «

    Жизнь — большой сюрприз. Возможно, смерть окажется ещё большим сюрпризом.

    Жизнь — большой сюрприз. Возможно, смерть окажется ещё большим сюрпризом.
16. «

    Она была Ло, просто Ло, по утрам, ростом в пять футов (без двух вершков и в одном носке). Она была Лола в длинных штанах. Она была Долли в школе. Она была Долорес на пунктире бланков. Но в моих объятиях она была всегда: Лолита.

    Она была Ло, просто Ло, по утрам, ростом в пять футов (без двух вершков и в одном носке). Она была Лола в длинных штанах. Она была Долли в школе. Она была Долорес на пунктире бланков. Но в моих объятиях она была всегда: Лолита.

    — Гумберт Гумберт · книга
17. «

    На всякий случай держу все окна и все двери жизни настежь открытыми, хотя чувствую, что ты не снизойдешь до старинных приемов привидений. Страшнее всего мысль, что, поскольку ты отныне сияешь во мне, я должен беречь свою жизнь.

    На всякий случай держу все окна и все двери жизни настежь открытыми, хотя чувствую, что ты не снизойдешь до старинных приемов привидений. Страшнее всего мысль, что, поскольку ты отныне сияешь во мне, я должен беречь свою жизнь.

    — Ultima Thule · книга
18. «

    Что ж, пей эту бурду надежды, мутную, сладкую жижу, надежды мои не сбылись, я ведь думал, что хоть теперь, хоть тут, где одиночество в таком почете, оно распадется лишь надвое, на тебя и на меня, а не размножится, как оно размножилось — шумно, мелко, нелепо.

    Что ж, пей эту бурду надежды, мутную, сладкую жижу, надежды мои не сбылись, я ведь думал, что хоть теперь, хоть тут, где одиночество в таком почете, оно распадется лишь надвое, на тебя и на меня, а не размножится, как оно размножилось — шумно, мелко, нелепо.

    — Цинциннат · книга
19. «

    Я знаю больше, чем могу выразить словами, и то немногое, что я могу выразить, не было бы выражено, не знай я большего.

    Я знаю больше, чем могу выразить словами, и то немногое, что я могу выразить, не было бы выражено, не знай я большего.
20. «

    Он был из тех впечатлительных людей, которые краснеют до слез от чужой неловкости.

    Он был из тех впечатлительных людей, которые краснеют до слез от чужой неловкости.

    — Камера Обскура · книга