195 цитат-размышлений Владимира Рудольфовича Соловьева

Ниже 195 цитат Владимира Рудольфовича Соловьева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Хочу напомнить. Венецианская комиссия нам что-то насоветовала? А была такая конференция во Франции. В городе Вьен. — Что Вы всё время про конференции? [Сергей Борисович Станкевич] — А я объясню. Потому что на той конференции были приняты решения, определившие судьбу немецких евреев. Когда милые страны сказали, что это вообще — «не наше дело». И пусть немцы делают со своими евреями что хотят. Интересно. Исходя из логики приоритета международного права мы должны были бы подписаться под решениями этой конференции? В которой мы не участвовали. Мюнхенский сговор. Там страны решили судьбу Чехословакии, разорвали её. Ведь именно они дали тогда Гитлеру ощущение полной безнаказанности, что всё можно. А мы должны были бы относиться к этому с той позиции, которой требует от нас Венецианская комиссия? Признать приоритет этого международного договора? Я вам так скажу, вежливо — а с чего решила Европа, что у неё есть моральное право нам давать советы? С чего они решили? Пока история нашего государства показывает, что уж точно не им нам читать лекции о морали, нравственности и о том, что хорошо и что плохо. Это они век за веком регулярно приносили нам неисчислимые бедствия. Это они называли нас унтерменшами и разрабатывали разные формы уничтожения нашего народа. Но мы никогда не опускались в своем отношении к европейцам до такого абсолютного ада, который они позволяли в отношении нас. Не им давать нам советы.

   — Хочу напомнить. Венецианская комиссия нам что-то насоветовала? А была такая конференция во Франции. В городе Вьен. — Что Вы всё время про конференции? [Сергей Борисович Станкевич] — А я объясню. Потому что на той конференции были приняты решения, определившие судьбу немецких евреев. Когда милые страны сказали, что это вообще — «не наше дело». И пусть немцы делают со своими евреями что хотят. Интересно. Исходя из логики приоритета международного права мы должны были бы подписаться под решениями этой конференции? В которой мы не участвовали. Мюнхенский сговор. Там страны решили судьбу Чехословакии, разорвали её. Ведь именно они дали тогда Гитлеру ощущение полной безнаказанности, что всё можно. А мы должны были бы относиться к этому с той позиции, которой требует от нас Венецианская комиссия? Признать приоритет этого международного договора? Я вам так скажу, вежливо — а с чего решила Европа, что у неё есть моральное право нам давать советы? С чего они решили? Пока история нашего государства показывает, что уж точно не им нам читать лекции о морали, нравственности и о том, что хорошо и что плохо. Это они век за веком регулярно приносили нам неисчислимые бедствия. Это они называли нас унтерменшами и разрабатывали разные формы уничтожения нашего народа. Но мы никогда не опускались в своем отношении к европейцам до такого абсолютного ада, который они позволяли в отношении нас. Не им давать нам советы.
2. «

   — Я не буду спорить. Я завершу свою мысль главным, на мой взгляд, выводом. Смысл ее в следующем. США в своей политике вынуждают и нас… — Конечно! — … и Китай занимать боксерскую стойку. Мы может быть и не хотели бы этого. — И это — ошибка. Это базовая ошибка настоящих боевых искусств. Если тебе предлагают с боксером боксировать, никогда на это не иди. Ты всегда проиграешь боксировать с боксером.

   — Я не буду спорить. Я завершу свою мысль главным, на мой взгляд, выводом. Смысл ее в следующем. США в своей политике вынуждают и нас… — Конечно! — … и Китай занимать боксерскую стойку. Мы может быть и не хотели бы этого. — И это — ошибка. Это базовая ошибка настоящих боевых искусств. Если тебе предлагают с боксером боксировать, никогда на это не иди. Ты всегда проиграешь боксировать с боксером.

   — Олег Викторович Морозов
3. «

   Волнительно задавать вопрос президенту? Меняется ли внутреннее ощущение? С одной стороны вы все время рядом сидите, и вдруг вам говорят: «Ваш вопрос». И время начинает течь по-другому. Возникает ощущение внутренней собранности?

   Волнительно задавать вопрос президенту? Меняется ли внутреннее ощущение? С одной стороны вы все время рядом сидите, и вдруг вам говорят: «Ваш вопрос». И время начинает течь по-другому. Возникает ощущение внутренней собранности?
4. «

   Критика без любви становится ложью.

   Критика без любви становится ложью.
5. «

   Россию страшат не потери, а поражения.

   Россию страшат не потери, а поражения.
6. «

   Нравится картина, не надо знакомиться с художником.

   Нравится картина, не надо знакомиться с художником.
7. «

   Но народ не может жить в ощущении постоянной собственной вины! Нет ни одного народа, который был бы чистенький перед Богом... <...> Человечество вообще, я вам скажу по секрету, — не очень! Совсем не очень! Каин таки убил Авеля, притом оба — из хорошей семьи! У них дедушка — Бог!

   Но народ не может жить в ощущении постоянной собственной вины! Нет ни одного народа, который был бы чистенький перед Богом... <...> Человечество вообще, я вам скажу по секрету, — не очень! Совсем не очень! Каин таки убил Авеля, притом оба — из хорошей семьи! У них дедушка — Бог!
8. «

   — Я лично не стал бы романтизировать наше представление о том, какой замечательной была советская пропаганда. <...> Я начал работать... свою карьеру начал на московском радиовещании на Соединённые Штаты на английском языке и для меня было потрясающим открытием — к тому моменту, когда я впервые попал в Соединённые Штаты, это был 1979 год, мы вещали на Америку уже пятьдесят лет. Это были колоссальные ресурсы. Мы вещали на коротких волнах, ну потому что длинные волны не доходят, средние, понятно, — тоже не работают. И вот я приезжаю в Соединённые Штаты, и что я вижу? Я вижу, что в Америке нет коротковолновых приёмников, ну не производятся они... Значит, пятьдесят лет мы вещали на рыб в океане. Это к вопросу об эффективности. — Ну они [рыбы] хотя бы стали коммунистами? Вот отсюда и появилась красная рыба! [ведущий В. Р. Соловьёв]

   — Я лично не стал бы романтизировать наше представление о том, какой замечательной была советская пропаганда. <...> Я начал работать... свою карьеру начал на московском радиовещании на Соединённые Штаты на английском языке и для меня было потрясающим открытием — к тому моменту, когда я впервые попал в Соединённые Штаты, это был 1979 год, мы вещали на Америку уже пятьдесят лет. Это были колоссальные ресурсы. Мы вещали на коротких волнах, ну потому что длинные волны не доходят, средние, понятно, — тоже не работают. И вот я приезжаю в Соединённые Штаты, и что я вижу? Я вижу, что в Америке нет коротковолновых приёмников, ну не производятся они... Значит, пятьдесят лет мы вещали на рыб в океане. Это к вопросу об эффективности. — Ну они [рыбы] хотя бы стали коммунистами? Вот отсюда и появилась красная рыба! [ведущий В. Р. Соловьёв]

   — Михаил Анатольевич Таратута
9. «

   Я не согласен, что раздел и линия фронта новой холодной войны будут именно такими (экономика, фейковая война, упыри). Мне кажется, что основной фронт, на котором развяжутся сражения, будет фронт науки и технологий. Потому что технологические прорывы, которые сейчас произойдут, качественно могут вывести ряд стран в совершенно новый способ воспроизводства. И тех, кто останется на другом уровне, не будет уже никаких шансов догнать, по крайней мере, в ближайшие 10-20-30 лет. Поэтому нам необходимо понять, что сейчас будущее страны зависит от науки, от ученых, от борьбы за молодое поколение ученых и за технологические и научные прорывы. Но этим должны заниматься не бухгалтеры и не псевдо-экономисты.

   Я не согласен, что раздел и линия фронта новой холодной войны будут именно такими (экономика, фейковая война, упыри). Мне кажется, что основной фронт, на котором развяжутся сражения, будет фронт науки и технологий. Потому что технологические прорывы, которые сейчас произойдут, качественно могут вывести ряд стран в совершенно новый способ воспроизводства. И тех, кто останется на другом уровне, не будет уже никаких шансов догнать, по крайней мере, в ближайшие 10-20-30 лет. Поэтому нам необходимо понять, что сейчас будущее страны зависит от науки, от ученых, от борьбы за молодое поколение ученых и за технологические и научные прорывы. Но этим должны заниматься не бухгалтеры и не псевдо-экономисты.
10. «

    В мире реально идет война ценностей. Нравится или нет, но ценности всегда восходят к понятию греха, и если мы говорим грех, то это всегда понятие религиозное. Прошло это через фильтр культуры или нет, но в основе всегда будет нечто. И вот определение этого нечто, определение ценностей, определение категорий добра и зла очень важно.

    В мире реально идет война ценностей. Нравится или нет, но ценности всегда восходят к понятию греха, и если мы говорим грех, то это всегда понятие религиозное. Прошло это через фильтр культуры или нет, но в основе всегда будет нечто. И вот определение этого нечто, определение ценностей, определение категорий добра и зла очень важно.
11. «

    Хорошим является человек, который слышит окружающих и минимально их раздражает.

    Хорошим является человек, который слышит окружающих и минимально их раздражает.

    — Мы и они · книга
12. «

    Государство не имеет право играть не по правилам. Единственная диктатура, которую я, как либерал, признаю — это диктатура закона.

    Государство не имеет право играть не по правилам. Единственная диктатура, которую я, как либерал, признаю — это диктатура закона.
13. «

    Блестящий философ Сергей Кургинян очень точно сформулировал один из постулатов проблемы отставания Советского Союза. Который начинался с формулировки: догнать и обогнать Америку. Если ты пытаешься кого-то по колее догнать, ты всегда проигрываешь. Если вы предлагаете вложиться в технологию, которая уже изначально отстает на два поколения, то вы тем самым отрицаете в себе возможность превзойти. Потому что Россия может выиграть только за счет того, что создаст уникальные условия, когда сюда со всего мира будут приезжать ученые, которые мыслят на несколько поколений вперед. А не стремятся воспроизвести то, что на момент внедрения уже устарело на пять лет.

    Блестящий философ Сергей Кургинян очень точно сформулировал один из постулатов проблемы отставания Советского Союза. Который начинался с формулировки: догнать и обогнать Америку. Если ты пытаешься кого-то по колее догнать, ты всегда проигрываешь. Если вы предлагаете вложиться в технологию, которая уже изначально отстает на два поколения, то вы тем самым отрицаете в себе возможность превзойти. Потому что Россия может выиграть только за счет того, что создаст уникальные условия, когда сюда со всего мира будут приезжать ученые, которые мыслят на несколько поколений вперед. А не стремятся воспроизвести то, что на момент внедрения уже устарело на пять лет.
14. «

    То, что говорил Путин в Давосе — очень любопытно. Это свидетельствует о том, что мы четко понимаем каким путем идем, каковы наши национальные интересы. И очень вежливо, очень спокойно мы дали понять, что мы вообще не согласны. И по-моему впервые прозвучало глубокое разочарование в базовых экономических теориях и воззрениях, которые навязываются. И стало ясно, что нет, все ваши шуточки с вашими советами тоже не проходят. И мы позиционируем себя как социальное государство. Что у нас записано в конституции.

    То, что говорил Путин в Давосе — очень любопытно. Это свидетельствует о том, что мы четко понимаем каким путем идем, каковы наши национальные интересы. И очень вежливо, очень спокойно мы дали понять, что мы вообще не согласны. И по-моему впервые прозвучало глубокое разочарование в базовых экономических теориях и воззрениях, которые навязываются. И стало ясно, что нет, все ваши шуточки с вашими советами тоже не проходят. И мы позиционируем себя как социальное государство. Что у нас записано в конституции.
15. «

    Самое страшное, что можно сделать для оппозиции — это ее показ. Я считаю, что когда ставишь этих людей и даешь им возможность говорить, они настолько ужасны, что как раз действуют против себя.

    Самое страшное, что можно сделать для оппозиции — это ее показ. Я считаю, что когда ставишь этих людей и даешь им возможность говорить, они настолько ужасны, что как раз действуют против себя.
16. «

    — Владимир Рудольфович, вот в вашей студии стоит страшный человек! — Ну-да, не красавец... [ведущий Владимир Соловьёв] — Он принципиальный лево-право-центрист, который имеет свою последовательную позицию. Я бы, вообще, политиков, вот как Слава Ковтун, объединил бы в одну партию и символом партии сделал бы валенки. Знаете, валенки — это хороший такой русский предмет. Он чем удобен? Его можно на левую ногу одеть, можно на правую ногу одеть, и ноги всегда в тепле. Понимаете? Вот это вся их политика.

    — Владимир Рудольфович, вот в вашей студии стоит страшный человек! — Ну-да, не красавец... [ведущий Владимир Соловьёв] — Он принципиальный лево-право-центрист, который имеет свою последовательную позицию. Я бы, вообще, политиков, вот как Слава Ковтун, объединил бы в одну партию и символом партии сделал бы валенки. Знаете, валенки — это хороший такой русский предмет. Он чем удобен? Его можно на левую ногу одеть, можно на правую ногу одеть, и ноги всегда в тепле. Понимаете? Вот это вся их политика.

    — Спиридон Килинкаров
17. «

    Трагедия состоит в том, что то, что вы называете диалогом (с Западом), является с их стороны ультиматумом. Так не ведут диалоги. Приехав на территорию великого государства, позволять себе ультимативные формулировки, это по крайней мере не дипломатично, уж не говоря о том, что совсем не вежливо. И к сожалению та манера, которую взяли — приезжать к нам и позволять себе такие формулировки, кстати, в нашей российской дипломатии такого нет. Мы очень корректны. Но Запад почему-то вечно путает, что медведь нападает без предварительных предупреждений, путает со слабостью.

    Трагедия состоит в том, что то, что вы называете диалогом (с Западом), является с их стороны ультиматумом. Так не ведут диалоги. Приехав на территорию великого государства, позволять себе ультимативные формулировки, это по крайней мере не дипломатично, уж не говоря о том, что совсем не вежливо. И к сожалению та манера, которую взяли — приезжать к нам и позволять себе такие формулировки, кстати, в нашей российской дипломатии такого нет. Мы очень корректны. Но Запад почему-то вечно путает, что медведь нападает без предварительных предупреждений, путает со слабостью.
18. «

    Что-то стало не только Москву снегом засыпать, но и отношения с Европой все более и более холодные. Видно, мы как-то обидели Борреля. Он заявил, что Россия не оправдала ожиданий Евросоюза, так и не став современной демократией. Я понимаю его возмущение. Мы же так кричали, что идол коммунизма повержен. И мы стали такие послушные... Но выяснилось, что время-то идет. И мы с годами поумнели. Мы-то думали, что вы с нами хотите по-честному, а вы так вежливо нам объясняли, что мы проиграли в войне, поэтому должны взять на себя позорные условия поражения. И Европа поняла, что Россия не собирается вечно извиняться, кланяться, и стремиться к их представлению о том, какие мы должны быть. Совсем. При этом нельзя сказать, что мы выиграли какую-то идеологическую войну. Мы просто устали от собственной безыдейности. Мы просто по факту поняли, что все, что нам предлагают, нам не нравится. Ну не приживается. Ну не налезает на наши медвежьи фигуры их европейского пошива фраки. Трещат по швам.

    Что-то стало не только Москву снегом засыпать, но и отношения с Европой все более и более холодные. Видно, мы как-то обидели Борреля. Он заявил, что Россия не оправдала ожиданий Евросоюза, так и не став современной демократией. Я понимаю его возмущение. Мы же так кричали, что идол коммунизма повержен. И мы стали такие послушные... Но выяснилось, что время-то идет. И мы с годами поумнели. Мы-то думали, что вы с нами хотите по-честному, а вы так вежливо нам объясняли, что мы проиграли в войне, поэтому должны взять на себя позорные условия поражения. И Европа поняла, что Россия не собирается вечно извиняться, кланяться, и стремиться к их представлению о том, какие мы должны быть. Совсем. При этом нельзя сказать, что мы выиграли какую-то идеологическую войну. Мы просто устали от собственной безыдейности. Мы просто по факту поняли, что все, что нам предлагают, нам не нравится. Ну не приживается. Ну не налезает на наши медвежьи фигуры их европейского пошива фраки. Трещат по швам.
19. «

    К сожалению, за многие годы в России абсолютно потеряно искусство дискуссии. Искусство дискуссии сводится к поиску виноватого и забиению его ногами.

    К сожалению, за многие годы в России абсолютно потеряно искусство дискуссии. Искусство дискуссии сводится к поиску виноватого и забиению его ногами.
20. «

    Сразу вспомнил анекдот времен вьетнамской войны. Когда вьетнамский истребитель завалил кучу американцев, ему говорят: как тебе это удалось? Он говорит: Я смотрю, у меня на хвосте совсем плохо, вспомнил, что есть красная кнопка, и надо ее нажать. Я ее нажимаю, открывается дверца, появляется здоровый русский мужик, и говорит: Сынок, сядь-ка пока в сторону...

    Сразу вспомнил анекдот времен вьетнамской войны. Когда вьетнамский истребитель завалил кучу американцев, ему говорят: как тебе это удалось? Он говорит: Я смотрю, у меня на хвосте совсем плохо, вспомнил, что есть красная кнопка, и надо ее нажать. Я ее нажимаю, открывается дверца, появляется здоровый русский мужик, и говорит: Сынок, сядь-ка пока в сторону...