31 июля 2026, пятница
Подборка · 296 цитат автора

296 цитат Владимира Рудольфовича Соловьева о жизни и людях

Ниже 296 цитат Владимира Рудольфовича Соловьева — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

  1. От себя лично, от моих прекрасных друзей, от единомышленников, вместе с которыми мы весь этот год работали для вас, хочу вас поздравить, еще раз, тихо-тихо: ура! Мы победим! Все вместе и каждый в отдельности. И жизнь у нас будет прекрасная, и здоровье крепкое. Важно просто верить и пахать. И тогда все сложится.
  2. Я, кстати, недоволен судом. Обычно такие дела — сколько? Полчаса? Час? 15 минут? Нарушили? Домой! Элеонора! Домой! Это уже стало мемом. А здесь — несколько часов, дают высказаться, Доходит до клоунады со стороны берлинского пациента. Чего рассюсюкивать.? У человека 60 нарушений.
  3. — Ты же знаешь свою личную историю. — Я не знаю свою личную историю даже близко. Я про себя так много читаю, что мне кажется, я не знаю свою историю.
  4. — О морали Европы. Не надо искать того, чего там нет. В дополнение к словам Владимира Рудольфовича о Франции. Давайте помнить главный элемент французской де-нацификации. Это когда французские мужчины сдались Гитлеру и пошли ему служить, или сбежали, потом своим женщинам, которые недостаточно боролись с фашизмом, и жили с фашистами разнообразной жизнью, обрили головы. Вот это и есть моральный критерий. А когда наши солдаты освобождали территорию, они приходили и у тех женщин, которые находились на оккупированной территории, просили прощение. И говорили: женщины наши дорогие, матери, дочери, простите нас, мы не смогли вас защитить. — О чем мы помним. Ненавистный либералам приказ «ни шагу назад» включал в себя как раз именно эти слова. Что мы не имеем право идти назад. Потому что там остались наши женщины. И что мы не можем позволить себе, чтобы наш народ жил под оккупацией.
  5. Вся история и есть мифы. Всегда прошлое рисуется либо довольно идеалистически, либо слишком пессимистически. Никогда прошлое не имеет ничего общего с воспоминанием о нем.
  6. Информационное поле зачастую напоминает море. И — барашки, барашки, барашки... Разные мнения, взгляды. А дальше, представьте, что взошла луна, и выхватывает лунную дорожку. И тебе начинает казаться, что есть некая упорядоченность, и ты ей следуешь. В том информационном поле, которое сейчас есть, при желании можно найти подтверждение практически любой точке зрения. И можно выстроить свою концепцию и найти подтверждение своим взглядам в самых разных СМИ. Ну например те, кто ненавидят Россию, могут найти после выступления Путина на Валдае определенное количество откликов, где будет сказано, что все не так. Другие скажут наоборот. И когда мы говорим, что так или иначе отреагировала та или иная пресса, это всегда некая условность. Т.е. тяжело называть прессу американской, австралийской... Это зачастую очень разные политические взгляды. Это показывает, насколько фрагментарно устроен мир. И насколько тяжело в этом фрагментарно устроенном мире людям не то чтобы найти ориентиры, но найти единомышленников. Мало того, современные информационные технологии создают индивидуальный рай и ад для каждого. Очень легко окружить человека таким новостным полем, чтобы ему казалось, что все чувствуют так, как он. Одна дама сказала: открываешь фейсбук — революция есть. Закрываешь фейсбук — революции нет. Когда есть друзья, формируются какие-то круги, кажется, что все «за». Или — «против». Но мир гораздо богаче. Но когда от этого многообразия, постепенно разгребая все эти эмоциональные наслоения, доходить до сути, вот здесь начинается самое интересное. И в конечном итоге здесь определяется, что информированность наивно воспринимают как истинное знание. Наивно думая, что если они знают где посмотреть, это означает, что они смогут и проанализировать. И возможность получить любую информацию не означает возможность сделать правильные выводы. И само понятие правильность выводов очень сложно подтвердить, потому что на протяжении одного года тебе кажется, что выводы правильные, а вдруг через 15 лет выясняется, что это привело тебя к трагическим последствиям. Да, действительно в Америке есть те, которые придерживаются традиционалистских, консервативных взглядов, и они нашли много созвучного в том, что говорил Путин на Валдае. И в США многие согласны. Потому что видят, как новая идеология уничтожает те ценности, которые для них были основополагающими. На которых, как они считали, строилась Америка. С другой стороны, есть понимание в той же Америке, что этот бронепоезд можно остановить.
  7. — У меня вопросы возникают. Первое. А почему они вмешиваются в наши внутренние дела? — Потому что мы позволяем... — Нет. Мы как раз не позволяем. Они считают, что у нас нет наших внутренних дел. Потому что аналогичные демарши от нас они не признают. Второе. А они поддерживают кого? Они знают политическую программу навального? И вообще кто-нибудь в мире знает? Они знают его взгляды, убеждения? Один раз немецкая пресса написала о его националистических убеждениях. И то вскользь. Они понимают, кого они поддерживают? Нет. — Они поддерживают инструмент разрушения России. — Совершенно верно.
  8. — Я лично не стал бы романтизировать наше представление о том, какой замечательной была советская пропаганда. <...> Я начал работать... свою карьеру начал на московском радиовещании на Соединённые Штаты на английском языке и для меня было потрясающим открытием — к тому моменту, когда я впервые попал в Соединённые Штаты, это был 1979 год, мы вещали на Америку уже пятьдесят лет. Это были колоссальные ресурсы. Мы вещали на коротких волнах, ну потому что длинные волны не доходят, средние, понятно, — тоже не работают. И вот я приезжаю в Соединённые Штаты, и что я вижу? Я вижу, что в Америке нет коротковолновых приёмников, ну не производятся они... Значит, пятьдесят лет мы вещали на рыб в океане. Это к вопросу об эффективности. — Ну они [рыбы] хотя бы стали коммунистами? Вот отсюда и появилась красная рыба! [ведущий В. Р. Соловьёв]
  9. — Выясняется, что американцы проходят с дикой скоростью все. — Причем они проходят с дикой скоростью в короткий промежуток времени первую русскую революцию, этот рык молодой голодной буржуазии, вторую русскую революцию, Октябрьскую, а сейчас начинается гражданская война. Я хочу дожить, когда они коллективизацию начнут проходить. Если они будут продолжать этим же темпом, коллективизация у них будет года через два. Когда бумеранг начнет возвращаться.
  10. Что-то меняется. Вдруг так неожиданно меняется. Смотришь — и вместо привычного — они нам пальчиком погрозили, а мы не ответили, и сказали, что мы хорошо воспитаны... Вдруг мы как-то по-другому начинаем вести себя с Западом. Можно сказать грудь распрямили, спину выпрямили, и чувствуем себя совсем иначе. Взяли и выслали дипломатов...
  11. Гибридная война Америки против России переходит в новую фазу. Они готовятся к настоящему горячему конфликту. Предстоящие учения НАТО называют отработкой войны с Россией. Западные политики пытаются переформатировать мировой порядок и заменить его неким порядком, основанным на правилах. Они уверены, что эти правила пишут они сами, и об этом впрямую заявляют. Эта неделя показалась мне крайне неприятной. Во многом из-за того, что стало ясно, что мы говорим на совершенно другом языке. Это не лучше и не хуже, но Запад и мы говорим на разных языках. Мы вкладываем разные смыслы в одни и те же слова.
  12. (ответ Игорию Минтусову) То забавное определение демократии, которое вы дали, посмотрев в безумных энциклопедических словарях, в нем, как всегда, нет сути. Потому что когда вы начнете внимательно смотреть на термин что такое демократия, вы поймете, что давным-давно это слово не значит ничего. <...>Я давно за то, чтобы конституция была написана профессиональными умными людьми, любящими свою родину, а не теми, которые в какой-то момент времени, в 1993 году, вдруг решили, что им доверено. Вот поправки были хороши. Я давно считаю, что в нашей конституции должно звучать слово не демократия, а народовластие. Народ выбирает президента. И народ доверяет президенту. А не той узкой когорте, которую вы, И. М., пытаетесь защитить. И это называется власть народа. Потому что если бы никто не избирал президента, а его избирают напрямую, поэтому именно президент наделен всей полнотой власти. И президент каждый раз, выходя на выборы, получает подтверждение своего мандата. И это называется народовластие. А то, что вы, И. М., пытаетесь предложить, это хитрая система элитарных договоренностей. А главное, что в своем определении демократии вы уходите от главного вопроса: демократия — это цель или средство? А если вы не ответите на этот вопрос, вы никогда не придете к истине. И будете волочиться в обозе западной политической мысли.
  13. У вас очень содержательные, по смыслу содержательные выступления. Как вы успеваете наработать эту содержательность, откуда вы берете это время? — Вот нашли в деревне Кукуево мужика — вылитый Карл Маркс. Ну вылитый! Но тракторист. Приезжают, говорят: вы, конечно, извините, но нехорошо. Ну такая узнаваемость... Ну давайте хоть усы и бороду сбрейте. — Усы-то и бороду я сбрею, а умище-то куда девать? Понимаете, я занимаюсь любимым делом. Я же просто в этом живу. Я общаюсь с теми людьми, которые являются носителями информации. Я знаю Д. О. Рогозина с 1986 года. Я помню Чубайса худым, скромным ленинградским экономистом. Я когда-то пытался печататься в журнале «Коммунист», где заместителем гл. ред. был Гайдар. Я был аспирантом у Е. М. Примакова. Я с таким количеством людей на таком протяжении времени нахожусь рядом, что им тяжело мне врать. Могу рассказать следующий анекдот на эту тему. Когда Рабинович в 36 году 57-й раз никак не может вступить в партию. И жена говорит ему: Изя, ну что, ну почему опять? — Я прихожу, они спрашивают: Рабинович? — Я. — Вы играли на свадьбе у батьки Махно на баяне? — Ну сидят уважаемые люди, ну не могу врать, глядя в глаза райкому партии, говорю: да, играл. — Изя, ну скажи, что не играл! — А как я им совру, они же все на той свадьбе гуляли! Поэтому... у меня абсолютно такая ситуация. Ну что они мне будут рассказывать, если они знают, что я там был и все это видел и слышал.
  14. В традиции России воспринимать писателей больше чем авторов текстов, а скорее как производителей смыслов. В нашей стране писатель скорее философ.
  15. — В 12-15 лет пассионарии — все. Так работают гормоны. — Гормон не делает их пассионарием, а делает их нервным, истериком. Вся оппозиционная тусовка — не пассионарна. Она воспроизводит умирающую культуру, дряхлеющую. А народ, как раз, очень пассионарен. И поэтому народ говорит: да, Донбасс, да, бессмертный полк, да, выйдем на улицу, да, Сирия. А эти (оппозиция), говорит: как вы можете, сердечко, котика прислать... И вот здесь гигантский разрыв. Мы — на подъеме, а они умирают.
20 из 296
Смотрите также