Всеволод Рождественский: 59 фраз, которые разошлись на цитаты

Всеволод Рождественский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 59 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Пламенеющие клены У овального пруда, Палисадник, дом зеленый Не забудешь никогда!

   Пламенеющие клены У овального пруда, Палисадник, дом зеленый Не забудешь никогда!
2. «

   Подробно бы мог рассказать я, Какой ты в тот вечер была; Твое шелестевшее платье Луна ослепительно жгла.

   Подробно бы мог рассказать я, Какой ты в тот вечер была; Твое шелестевшее платье Луна ослепительно жгла.
3. «

   А тишь такая, точно не бывало Ни взрывов орудийных, ни ракет... Откуда он? Из Вологды, с Урала, Рязанец, белорус? — Ответа нет.

   А тишь такая, точно не бывало Ни взрывов орудийных, ни ракет... Откуда он? Из Вологды, с Урала, Рязанец, белорус? — Ответа нет.
4. «

   «О царевна! Узких щек багрянец - Как шиповник родины моей. Сядь ко мне. Я только чужестранец, Потерявший дом свой, Одиссей.

   «О царевна! Узких щек багрянец - Как шиповник родины моей. Сядь ко мне. Я только чужестранец, Потерявший дом свой, Одиссей.
5. «

   Умнейшее создание природы, Всегда растущее из рода в роды - В земле корнями, в небе — головой, В дожде, и солнце, и в лесу, и в поле, - Встает как воплощенье доброй воли И бесконечной щедрости земной.

   Умнейшее создание природы, Всегда растущее из рода в роды - В земле корнями, в небе — головой, В дожде, и солнце, и в лесу, и в поле, - Встает как воплощенье доброй воли И бесконечной щедрости земной.
6. «

   Долго в жилах музыка бродила, Поднимая темное вино... Но скажи мне, где все это было, Где все это было, так давно?

   Долго в жилах музыка бродила, Поднимая темное вино... Но скажи мне, где все это было, Где все это было, так давно?
7. «

   Под зеленым абажуром Он всю ночь скрипел пером, Но, скучая по Гонкурам, Скоро бросил сад и дом,

   Под зеленым абажуром Он всю ночь скрипел пером, Но, скучая по Гонкурам, Скоро бросил сад и дом,
8. «

   Певучим, медленным овалом Пленительно обведена, Встает виденьем небывалым Белее лилии — она.

   Певучим, медленным овалом Пленительно обведена, Встает виденьем небывалым Белее лилии — она.
9. «

   Так и жил он: легче водопада, Злей костра. Кончая снежный век, Как ружье приподнятого взгляда Не опустит этот человек!

   Так и жил он: легче водопада, Злей костра. Кончая снежный век, Как ружье приподнятого взгляда Не опустит этот человек!
10. «

    Она ни петь, ни плакать не умела, Она как птица легкая жила, И, словно птица, маленькое тело, Вздохнув, моим объятьям отдала.

    Она ни петь, ни плакать не умела, Она как птица легкая жила, И, словно птица, маленькое тело, Вздохнув, моим объятьям отдала.
11. «

    «Далеко разрушенная Троя, Сорван парус, сломана ладья. Из когда-то славного героя Стал скитальцем бесприютным я.

    «Далеко разрушенная Троя, Сорван парус, сломана ладья. Из когда-то славного героя Стал скитальцем бесприютным я.
12. «

    Мне снилось... Сказать не умею, Что снилось мне в душной ночи. Я видел все ту же аллею, Где гнезда качают грачи.

    Мне снилось... Сказать не умею, Что снилось мне в душной ночи. Я видел все ту же аллею, Где гнезда качают грачи.
13. «

    Сух и прям, в изодранном бешмете, С серым лопухом на голове, Он стоит, как сосны на рассвете, В ледяной сверкающей траве. Верному клинку не надо точки. Что за старость — восемьдесят лет! Турий рог на кованой цепочке Подарил ему когда-то дед, Чтоб с тех пор не сакли — там, над кручей, Не кизячный, слишком душный дым, А в клочки разодранные тучи Он любил над лесом снеговым! Чтобы верил сердцем только глазу, Чуял тура, знал олений след, Бил орла, медведя и ни разу Не нарушил дедовский завет.

    Сух и прям, в изодранном бешмете, С серым лопухом на голове, Он стоит, как сосны на рассвете, В ледяной сверкающей траве. Верному клинку не надо точки. Что за старость — восемьдесят лет! Турий рог на кованой цепочке Подарил ему когда-то дед, Чтоб с тех пор не сакли — там, над кручей, Не кизячный, слишком душный дым, А в клочки разодранные тучи Он любил над лесом снеговым! Чтобы верил сердцем только глазу, Чуял тура, знал олений след, Бил орла, медведя и ни разу Не нарушил дедовский завет.
14. «

    Гляжусь в твоё лицо — и всё былое, Всё будущее вижу наяву, Тебя в нежданной буре и в покое, Как сердце материнское, зову.

    Гляжусь в твоё лицо — и всё былое, Всё будущее вижу наяву, Тебя в нежданной буре и в покое, Как сердце материнское, зову.
15. «

    Он очнулся. День идет к закату. Город скрыт за рощею олив. Бедный парус натянул заплату, Розовый морщинится залив.

    Он очнулся. День идет к закату. Город скрыт за рощею олив. Бедный парус натянул заплату, Розовый морщинится залив.
16. «

    Мы копали бережно, не скоро, Только грудь вздымалась горячо. Вот он! Под лопатою сапера Показалось смуглое плечо.

    Мы копали бережно, не скоро, Только грудь вздымалась горячо. Вот он! Под лопатою сапера Показалось смуглое плечо.
17. «

    Пока живу, пока дышу, Иного счастья не прошу. Все уходящее, живое Теперь ценнее стало вдвое.

    Пока живу, пока дышу, Иного счастья не прошу. Все уходящее, живое Теперь ценнее стало вдвое.
18. «

    И с этою песней пойдут поколенья По мерзлым этапам, под звон кандалов В якутскую вьюгу, в снега поселений, В остроги российских глухих городов.

    И с этою песней пойдут поколенья По мерзлым этапам, под звон кандалов В якутскую вьюгу, в снега поселений, В остроги российских глухих городов.
19. «

    Так об Октябре узнают дети. Мы расскажем каждому из них, Что на новом рубеже столетий Вдохновенней не было напева, Что в поэме горечи и гнева Этот стих — был самый лучший стих!

    Так об Октябре узнают дети. Мы расскажем каждому из них, Что на новом рубеже столетий Вдохновенней не было напева, Что в поэме горечи и гнева Этот стих — был самый лучший стих!
20. «

    А в Октябре на братский зов, Накинув мой бушлат, Ты шла с отрядом моряков В голодный Петроград. И там, у Зимнего дворца, Сквозь пушек торжество, Я не видал еще лица Прекрасней твоего! Я отдаю рукам твоим Штурвал простого дня. Простимся, милая! С другим Не позабудь меня. Во имя правды до конца, На вечные века Вошли, как жизнь, как свет, в сердца Слова с броневика. В судьбу вплелась отныне нить Сурового пути. Мне не тебя, а жизнь любить! Ты, легкая, прости...

    А в Октябре на братский зов, Накинув мой бушлат, Ты шла с отрядом моряков В голодный Петроград. И там, у Зимнего дворца, Сквозь пушек торжество, Я не видал еще лица Прекрасней твоего! Я отдаю рукам твоим Штурвал простого дня. Простимся, милая! С другим Не позабудь меня. Во имя правды до конца, На вечные века Вошли, как жизнь, как свет, в сердца Слова с броневика. В судьбу вплелась отныне нить Сурового пути. Мне не тебя, а жизнь любить! Ты, легкая, прости...