41 цитата Ясунари Кавабаты для тех, кто любит думать

Ясунари Кавабата — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 41 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Лицо у нее стало алым — стыд, поначалу незаметный, как бутон, теперь был в полном цветении.

   Лицо у нее стало алым — стыд, поначалу незаметный, как бутон, теперь был в полном цветении.

   — Тысячекрылый журавль · книга
2. «

   Нельзя без конца вспоминать умерших. Тогда начинает казаться, что ты тоже мертв.

   Нельзя без конца вспоминать умерших. Тогда начинает казаться, что ты тоже мертв.

   — Тысячекрылый журавль · книга
3. «

   Если хочешь, чтобы тебя любили, люби и ты. А если в тебе одна злоба — злобой же и вернётся.

   Если хочешь, чтобы тебя любили, люби и ты. А если в тебе одна злоба — злобой же и вернётся.

   — Рассказы на ладони · книга
4. «

   Но ведь то, что называют семейной жизнью — это мрачная трясина, неизменно поглощающая зло, чинимое друг другу супругами.

   Но ведь то, что называют семейной жизнью — это мрачная трясина, неизменно поглощающая зло, чинимое друг другу супругами.

   — Стон горы · книга
5. «

   Что-то в последнее время жизнь и смерть стали для меня похожими. Прошлое и настоящее тоже перепутались. Я так благодарен, что твоя любовь не разбирает, где жизнь, а где — смерть. Парит где-то надо мной, несчастным.

   Что-то в последнее время жизнь и смерть стали для меня похожими. Прошлое и настоящее тоже перепутались. Я так благодарен, что твоя любовь не разбирает, где жизнь, а где — смерть. Парит где-то надо мной, несчастным.

   — Рассказы на ладони · книга
6. «

   Мотив одиночества — «сквозной» в творчестве Кавабата. Писатель признаёт одиночество фундаментальным условием самого человеческого существования. И есть только одно по-настоящему способное растворить это одиночество. Это красота. Именно сопричастность красоте соединяет прошлое, настоящее и будущее. Именно прорастание её в жизнь отменяет ужас перед трагедией жизни. Кавабата любил цитировать искусствоведа Ясиро Юкио: «Когда видишь снег, луну, цветы, более всего думаешь о друге». Этот мотив душевной потребности поделиться прекрасным — очень древний. Он есть и в китайской поэзии, и в средневековой японской прозе. Автор «Записок от скуки» Кэнко-хоси говорил: «Когда сильнее ощущаешь очарование мира, людская любовь становится совершеннее».

   Мотив одиночества — «сквозной» в творчестве Кавабата. Писатель признаёт одиночество фундаментальным условием самого человеческого существования. И есть только одно по-настоящему способное растворить это одиночество. Это красота. Именно сопричастность красоте соединяет прошлое, настоящее и будущее. Именно прорастание её в жизнь отменяет ужас перед трагедией жизни. Кавабата любил цитировать искусствоведа Ясиро Юкио: «Когда видишь снег, луну, цветы, более всего думаешь о друге». Этот мотив душевной потребности поделиться прекрасным — очень древний. Он есть и в китайской поэзии, и в средневековой японской прозе. Автор «Записок от скуки» Кэнко-хоси говорил: «Когда сильнее ощущаешь очарование мира, людская любовь становится совершеннее».

   — Рассказы на ладони · книга
7. «

   Потом раздался страшный удар грома — будто лето задумало покончить жизнь самоубийством.

   Потом раздался страшный удар грома — будто лето задумало покончить жизнь самоубийством.

   — Рассказы на ладони · книга
8. «

   Он был ее мучителем, он был ее отрадой, и сейчас эта женщина передавала свою муку ему и одновременно заглушала ее нежностью.

   Он был ее мучителем, он был ее отрадой, и сейчас эта женщина передавала свою муку ему и одновременно заглушала ее нежностью.

   — Тысячекрылый журавль · книга
9. «

   Прекрасная и совершенная в своей красоте чашка сама по себе не может вызывать горьких мыслей и нездоровых чувств, и, если у кого-либо возникает нечто подобное при взгляде на эту чашку, виновата не она, а наши воспоминания. Мы смотрим на неё нехорошо, тяжёлым взглядом.

   Прекрасная и совершенная в своей красоте чашка сама по себе не может вызывать горьких мыслей и нездоровых чувств, и, если у кого-либо возникает нечто подобное при взгляде на эту чашку, виновата не она, а наши воспоминания. Мы смотрим на неё нехорошо, тяжёлым взглядом.

   — Кикудзи-сан · книга
10. «

    — Ты не понимаешь. Все люди — калеки. По шагам слышно, что у каждого чего-то не хватает. — Да, может быть. Может, и так. Наверное, оттого, что сердце у нас только с одной стороны. — Звуки шагов такие болезненные не только из-за ног. Если прислушаться, поймёшь — это тяжесть на душе. Тело клонится к земле и горюет, потому что обещает похороны души.

    — Ты не понимаешь. Все люди — калеки. По шагам слышно, что у каждого чего-то не хватает. — Да, может быть. Может, и так. Наверное, оттого, что сердце у нас только с одной стороны. — Звуки шагов такие болезненные не только из-за ног. Если прислушаться, поймёшь — это тяжесть на душе. Тело клонится к земле и горюет, потому что обещает похороны души.

    — Рассказы на ладони · книга
11. «

    Умершие таковы, какими делает их наше сердце. Будем бережно обращаться с их памятью.

    Умершие таковы, какими делает их наше сердце. Будем бережно обращаться с их памятью.

    — Тысячекрылый журавль · книга
12. «

    Может, это горное солнце влило свой блеск в детские глаза?

    Может, это горное солнце влило свой блеск в детские глаза?

    — Тысячекрылый журавль · книга
13. «

    Иногда мы очень страдаем, но проходит время, и прошлое со всеми его страданиями становится нам дорого...

    Иногда мы очень страдаем, но проходит время, и прошлое со всеми его страданиями становится нам дорого...

    — госпожа Оота · книга
14. «

    Он вдруг оценил по достоинству красоту жертвенного акта, когда преподносишь всего себя кому-то другому. И это был он, он, который уже так привык к уютному одиночеству. Он уяснил, что в жертвенности заключено благородство. Он почувствовал удовлетворение от того, что является всего лишь зёрнышком, предназначение которого — передать из прошлого в будущее жизнь того, кого мы называем человеком. Он был полностью согласен с тем, что принадлежность к человечеству мало в чём по своей сути отличается от принадлежности к минералам и растениям в том смысле, что ты — лишь сучок в борту корабля Жизни, который обречён на плавание в океане Космоса, и твоё бытие ничуть не ценнее бытия других животных и растений.

    Он вдруг оценил по достоинству красоту жертвенного акта, когда преподносишь всего себя кому-то другому. И это был он, он, который уже так привык к уютному одиночеству. Он уяснил, что в жертвенности заключено благородство. Он почувствовал удовлетворение от того, что является всего лишь зёрнышком, предназначение которого — передать из прошлого в будущее жизнь того, кого мы называем человеком. Он был полностью согласен с тем, что принадлежность к человечеству мало в чём по своей сути отличается от принадлежности к минералам и растениям в том смысле, что ты — лишь сучок в борту корабля Жизни, который обречён на плавание в океане Космоса, и твоё бытие ничуть не ценнее бытия других животных и растений.

    — Рассказы на ладони · книга
15. «

    Чем выше взбирается карьерист по лестнице, тем большая опасность ему угрожает.

    Чем выше взбирается карьерист по лестнице, тем большая опасность ему угрожает.
16. «

    Разве страдания не оставляют душевных ран, если они даже проходят?

    Разве страдания не оставляют душевных ран, если они даже проходят?

    — Тысячекрылый журавль · книга
17. «

    Над сумасшедшим годы не властны.

    Над сумасшедшим годы не властны.

    — Синго · книга
18. «

    Встреча за чаем — та же «встреча чувств».

    Встреча за чаем — та же «встреча чувств».
19. «

    Мужчина, с которым женщина откровенна, для неё всё. Женщина сразу же перестает быть откровенна с мужем, стоит ей завести себе мужчину.

    Мужчина, с которым женщина откровенна, для неё всё. Женщина сразу же перестает быть откровенна с мужем, стоит ей завести себе мужчину.

    — Стон горы · книга
20. «

    «Так же и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с жёнами, как с немощнейшим сосудом...». В то время мне часто вспоминалась эта фраза из священного писания. Слова «немощный сосуд» всегда ассоциировались с чем-то, сделанным из фарфора. И ещё: таким немощным сосудом была для меня Она. Действительно, девушка — это нечто легкобьющееся. Что для неё любовь? Саморазрушение — можно ведь и так сказать.

    «Так же и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с жёнами, как с немощнейшим сосудом...». В то время мне часто вспоминалась эта фраза из священного писания. Слова «немощный сосуд» всегда ассоциировались с чем-то, сделанным из фарфора. И ещё: таким немощным сосудом была для меня Она. Действительно, девушка — это нечто легкобьющееся. Что для неё любовь? Саморазрушение — можно ведь и так сказать.

    — Рассказы на ладони · книга