54 цитаты, которые говорила Юлия Друнина

Юлия Друнина — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 54 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мне мальчики эти, как братья, Хотя и годятся в сыны. Пусть я не бывала в Герате, Они не видали Десны, Где гибли десантные лодки И, словно в болезненном сне, Качались, качались пилотки На красной соленой волне…

   Мне мальчики эти, как братья, Хотя и годятся в сыны. Пусть я не бывала в Герате, Они не видали Десны, Где гибли десантные лодки И, словно в болезненном сне, Качались, качались пилотки На красной соленой волне…
2. «

   Полжизни мы теряем из-за спешки. Спеша, не замечаем мы подчас Ни лужицы на шляпке сыроежки, Ни боли в глубине любимых глаз... И лишь, как говорится, на закате, Средь суеты, в плену успеха, вдруг, Тебя безжалостно за горло схватит Холодными ручищами испуг. Жил на бегу, за призраком в погоне, В сетях забот и неотложных дел. А может главное — и проворонил... А может главное — проглядел...

   Полжизни мы теряем из-за спешки. Спеша, не замечаем мы подчас Ни лужицы на шляпке сыроежки, Ни боли в глубине любимых глаз... И лишь, как говорится, на закате, Средь суеты, в плену успеха, вдруг, Тебя безжалостно за горло схватит Холодными ручищами испуг. Жил на бегу, за призраком в погоне, В сетях забот и неотложных дел. А может главное — и проворонил... А может главное — проглядел...
3. «

   Порой мне хочется назад - В звон стрекозиных крыл. Но зимний ливень — снегопад Все тропки перекрыл.

   Порой мне хочется назад - В звон стрекозиных крыл. Но зимний ливень — снегопад Все тропки перекрыл.
4. «

   Теперь не умирают от любви — Насмешливая трезвая эпоха. Лишь падает гемоглобин в крови, Лишь без причины человеку плохо.

   Теперь не умирают от любви — Насмешливая трезвая эпоха. Лишь падает гемоглобин в крови, Лишь без причины человеку плохо.
5. «

   Мы легли у разбитой ели, Ждем, когда же начнет светлеть. Под шинелью вдвоем теплее На продрогшей, сырой земле. — Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет. Где-то в яблочном захолустье Мама, мамка моя живет. У тебя есть друзья, любимый, У меня лишь она одна. Пахнет в хате квашней и дымом, За порогом бурлит весна. Старой кажется: каждый кустик Беспокойную дочку ждет. Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет... Отогрелись мы еле-еле, Вдруг нежданный приказ: «Вперед!» Снова рядом в сырой шинели Светлокосый солдат идет.

   Мы легли у разбитой ели, Ждем, когда же начнет светлеть. Под шинелью вдвоем теплее На продрогшей, сырой земле. — Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет. Где-то в яблочном захолустье Мама, мамка моя живет. У тебя есть друзья, любимый, У меня лишь она одна. Пахнет в хате квашней и дымом, За порогом бурлит весна. Старой кажется: каждый кустик Беспокойную дочку ждет. Знаешь, Юлька, я против грусти, Но сегодня она не в счет... Отогрелись мы еле-еле, Вдруг нежданный приказ: «Вперед!» Снова рядом в сырой шинели Светлокосый солдат идет.
6. «

   Я принесла домой с фронтов России Веселое презрение к тряпью — Как норковую шубку, я носила Шинельку обгоревшую свою.

   Я принесла домой с фронтов России Веселое презрение к тряпью — Как норковую шубку, я носила Шинельку обгоревшую свою.
7. «

   Пожалуй, не так уже часто Друзья нас в беде предают. Но вот испытание счастьем — Сложней получается тут.

   Пожалуй, не так уже часто Друзья нас в беде предают. Но вот испытание счастьем — Сложней получается тут.
8. «

   Недостойно сражаться с тобою, Так любимым когда-то — Пойми!.. Я сдаюсь, Отступаю без боя. Мы должны Оставаться людьми. Пусть, доверив тебе свою душу, Я попала в большую беду. Кодекс чести И здесь не нарушу — Лишь себя упрекая, Уйду...

   Недостойно сражаться с тобою, Так любимым когда-то — Пойми!.. Я сдаюсь, Отступаю без боя. Мы должны Оставаться людьми. Пусть, доверив тебе свою душу, Я попала в большую беду. Кодекс чести И здесь не нарушу — Лишь себя упрекая, Уйду...
9. «

   Я не люблю Распутывать узлы. Я их рублю – Ведь боль Мгновенье длится. Терпения покорные волы – Не создана Быть вашею возницей.

   Я не люблю Распутывать узлы. Я их рублю – Ведь боль Мгновенье длится. Терпения покорные волы – Не создана Быть вашею возницей.
10. «

    С каждым днем становилось горше, Шли без митингов и знамен. В окруженье попал под Оршей Наш потрепанный батальон. Зинка нас повела в атаку, Мы пробились по черной ржи, По воронкам и буеракам, Через смертные рубежи. Мы не ждали посмертной славы, Мы хотели со славой жить. ... Почему же в бинтах кровавых Светлокосый солдат лежит? Ее тело своей шинелью Укрывала я, зубы сжав, Белорусские ветры пели О рязанских глухих садах.

    С каждым днем становилось горше, Шли без митингов и знамен. В окруженье попал под Оршей Наш потрепанный батальон. Зинка нас повела в атаку, Мы пробились по черной ржи, По воронкам и буеракам, Через смертные рубежи. Мы не ждали посмертной славы, Мы хотели со славой жить. ... Почему же в бинтах кровавых Светлокосый солдат лежит? Ее тело своей шинелью Укрывала я, зубы сжав, Белорусские ветры пели О рязанских глухих садах.
11. «

    Без ошибок не прожить на свете, Коль весь век не прозябать в тиши. Только б, дочка, шли ошибки эти Не от бедности – от щедрости души.

    Без ошибок не прожить на свете, Коль весь век не прозябать в тиши. Только б, дочка, шли ошибки эти Не от бедности – от щедрости души.
12. «

    Я не привыкла, Чтоб меня жалели, Я тем гордилась, что среди огня Мужчины в окровавленных шинелях На помощь звали девушку — Меня...

    Я не привыкла, Чтоб меня жалели, Я тем гордилась, что среди огня Мужчины в окровавленных шинелях На помощь звали девушку — Меня...
13. «

    Я только раз видала рукопашный. Раз — наяву. И сотни раз — во сне... Кто говорит, что на войне не страшно, Тот ничего не знает о войне.

    Я только раз видала рукопашный. Раз — наяву. И сотни раз — во сне... Кто говорит, что на войне не страшно, Тот ничего не знает о войне.
14. «

    Ржавые болота, Усталая пехота Да окоп у смерти на краю. Снова сердце рвется К вам, родные хлопцы, В молодость армейскую мою.

    Ржавые болота, Усталая пехота Да окоп у смерти на краю. Снова сердце рвется К вам, родные хлопцы, В молодость армейскую мою.
15. «

    Любовь проходит. Боль проходит. И ненависти вянут гроздья. Лишь равнодушье — Вот беда — Застыло, словно глыба льда.

    Любовь проходит. Боль проходит. И ненависти вянут гроздья. Лишь равнодушье — Вот беда — Застыло, словно глыба льда.
16. «

    Октябрь в Крыму - Как юности возврат. Прозрачен воздух, Небо густо-сине. Как будто в мае Дружный хор цикад, И только утром Их пугает иней.

    Октябрь в Крыму - Как юности возврат. Прозрачен воздух, Небо густо-сине. Как будто в мае Дружный хор цикад, И только утром Их пугает иней.
17. «

    Мы стояли у Москвы-реки, Теплый ветер платьем шелестел. Почему-то вдруг из-под руки На меня ты странно посмотрел Так порою на чужих глядят. Посмотрел и улыбнулся мне: Ну какой же из тебя Солдат? Как была ты, право, На войне? Неужель спала ты на снегу, Автомат пристроив в головах? Я тебя Представить не могу В стоптанных солдатских сапогах!. Я же вечер вспомнила другой: Минометы били, Падал снег. И сказал мне тихо Дорогой, На тебя похожий человек: Вот лежим и мерзнем на снегу Будто и не жили в городах... Я тебя представить не могу В туфлях на высоких каблуках...

    Мы стояли у Москвы-реки, Теплый ветер платьем шелестел. Почему-то вдруг из-под руки На меня ты странно посмотрел Так порою на чужих глядят. Посмотрел и улыбнулся мне: Ну какой же из тебя Солдат? Как была ты, право, На войне? Неужель спала ты на снегу, Автомат пристроив в головах? Я тебя Представить не могу В стоптанных солдатских сапогах!. Я же вечер вспомнила другой: Минометы били, Падал снег. И сказал мне тихо Дорогой, На тебя похожий человек: Вот лежим и мерзнем на снегу Будто и не жили в городах... Я тебя представить не могу В туфлях на высоких каблуках...
18. «

    Хорошо молодое лицо — Жизнь ещё не писала на нём, И своим не пахала резцом, И своим не дышала огнём. Больно время его обожжёт, Так же, как обжигало и нас. Пусть упрямым останется рот, Не погаснет сияние глаз, Но добавится что-то ещё — Станут тоньше, духовней черты. С этой грани начнётся отсчёт Настоящей мужской красоты. Да, тогда лишь придёт Красота, И теперь навсегда, до конца: Красота не пустого холста — Обожжённого жизнью лица.

    Хорошо молодое лицо — Жизнь ещё не писала на нём, И своим не пахала резцом, И своим не дышала огнём. Больно время его обожжёт, Так же, как обжигало и нас. Пусть упрямым останется рот, Не погаснет сияние глаз, Но добавится что-то ещё — Станут тоньше, духовней черты. С этой грани начнётся отсчёт Настоящей мужской красоты. Да, тогда лишь придёт Красота, И теперь навсегда, до конца: Красота не пустого холста — Обожжённого жизнью лица.
19. «

    Пахнет лето Земляникой спелой — Снова реки Повернули вспять... Снова сердце К сердцу прикипело — Только с кровью Можно оторвать.

    Пахнет лето Земляникой спелой — Снова реки Повернули вспять... Снова сердце К сердцу прикипело — Только с кровью Можно оторвать.
20. «

    Ко всему привыкают люди - Так заведено на земле. Уж не думаешь как о чуде О космическом корабле.

    Ко всему привыкают люди - Так заведено на земле. Уж не думаешь как о чуде О космическом корабле.