131 цитата, которые говорил Юрий Поляков

Ниже 131 цитата Юрого Полякова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   России же – это я так считаю – ни одна дружба ещё не принесла ничего, кроме неприятностей.

   России же – это я так считаю – ни одна дружба ещё не принесла ничего, кроме неприятностей.

   — Павел Николаевич Шарманов · книга
2. «

   Странно, но именно «пять лет» примирили его со случившимся. В молодости пять лет кажутся необозримым, космическим сроком. <...> Гена подумал: смешно ревновать, беситься, если это случилось целых пять лет назад, в прошлой жизни. Как же глупа молодость! Потом понимаешь: большинство людей живет в прошлом, а в настоящем только едят, спят и сидят на унитазах. После Зои прошло двадцать пять лет, а он ничего не забыл. Ничего!

   Странно, но именно «пять лет» примирили его со случившимся. В молодости пять лет кажутся необозримым, космическим сроком. <...> Гена подумал: смешно ревновать, беситься, если это случилось целых пять лет назад, в прошлой жизни. Как же глупа молодость! Потом понимаешь: большинство людей живет в прошлом, а в настоящем только едят, спят и сидят на унитазах. После Зои прошло двадцать пять лет, а он ничего не забыл. Ничего!

   — Геннадий Павлович Скорятин · книга
3. «

   Инна рассказывала Саше о себе, о матери, о сестрёнке, о том, как в десятом классе в неё влюбился молодой учитель физики, а однажды очень подробно изложила и всю историю своих отношений с военным переводчиком. Спокойно, даже с иронией, она сообщила, что в больницу попала, потому что хотела покончить с собой. <...> Кстати, военный переводчик впутался потом в какие-то нехорошие махинации с военным имуществом за границей, вылетел из армии, развёлся, страшно запил и даже приползал к ней на коленях — умолял простить. — Знаешь, что я ему сказала? — Что? — Я его спросила: «Вова, что полагается в армии за предательство?» Он ответил: «Высшая мера». А я — ему: «В любви тоже...»

   Инна рассказывала Саше о себе, о матери, о сестрёнке, о том, как в десятом классе в неё влюбился молодой учитель физики, а однажды очень подробно изложила и всю историю своих отношений с военным переводчиком. Спокойно, даже с иронией, она сообщила, что в больницу попала, потому что хотела покончить с собой. <...> Кстати, военный переводчик впутался потом в какие-то нехорошие махинации с военным имуществом за границей, вылетел из армии, развёлся, страшно запил и даже приползал к ней на коленях — умолял простить. — Знаешь, что я ему сказала? — Что? — Я его спросила: «Вова, что полагается в армии за предательство?» Он ответил: «Высшая мера». А я — ему: «В любви тоже...»

   — Александр Михайлович Калязин · книга
4. «

   Смерть — это самый важный жизненный опыт, но воспользоваться им, увы, нельзя.

   Смерть — это самый важный жизненный опыт, но воспользоваться им, увы, нельзя.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
5. «

   Ребенок для женщины — это шанс прожить еще одну, новую жизнь, в которой все будет лучше, умнее, чище, достойнее, чем получилось у нее самой. Вот почему мать страдает от ошибок ребенка так, словно это она их совершила.

   Ребенок для женщины — это шанс прожить еще одну, новую жизнь, в которой все будет лучше, умнее, чище, достойнее, чем получилось у нее самой. Вот почему мать страдает от ошибок ребенка так, словно это она их совершила.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
6. «

   Ведь что такое враньё? Это — выгодная лгуну часть правды...

   Ведь что такое враньё? Это — выгодная лгуну часть правды...

   — Жарынин · книга
7. «

   Боже, откуда они только взялись, все эти гоп-стоп-менеджеры? Завелись точно моль в гардеробе. Неведомое семя, занесенное на Землю с инопланетных джунглей, где каждая былинка готова впиться и высосать через копчик твой спинной мозг. Какой-то новый класс-паразит... Паразитариат. Узнать паразитария легко: одет-обут модно и дорого, в руках новейший айфон, без него никуда, как монах без четок. В кабинете, за креслом, висят дипломы и сертификаты об окончании чуть ли не Кембриджа, а то и золотая дощечка «Человек года» по версии Всемирной академии управления (ВАУ). Паразитарий знает всё и не умеет ничего, может только контролировать финансовые потоки, что в переводе на обыкновенный язык означает: воровать заработанное другими. Но главный, отличительный признак: они никогда не признают своих ошибок, промахов, а то и просто глупостей.

   Боже, откуда они только взялись, все эти гоп-стоп-менеджеры? Завелись точно моль в гардеробе. Неведомое семя, занесенное на Землю с инопланетных джунглей, где каждая былинка готова впиться и высосать через копчик твой спинной мозг. Какой-то новый класс-паразит... Паразитариат. Узнать паразитария легко: одет-обут модно и дорого, в руках новейший айфон, без него никуда, как монах без четок. В кабинете, за креслом, висят дипломы и сертификаты об окончании чуть ли не Кембриджа, а то и золотая дощечка «Человек года» по версии Всемирной академии управления (ВАУ). Паразитарий знает всё и не умеет ничего, может только контролировать финансовые потоки, что в переводе на обыкновенный язык означает: воровать заработанное другими. Но главный, отличительный признак: они никогда не признают своих ошибок, промахов, а то и просто глупостей.

   — Геннадий Павлович Скорятин · книга
8. «

   С птицеведческой точки зрения, родина аистов — Африка, ведь именно там они проводят куда больше времени, чем в СССР. Фельетон имел успех и горячо обсуждался на бдительных московских кухнях. На планерке Танкист поискал глазами остряка и молвил: — Вроде с высшим образованием, а простой вещи не соображаешь: родина — там, где яйца. — Как вы сказали? — хихикнул автор. — А что смешного? Родина там, где тебя снесли. Понял?

   С птицеведческой точки зрения, родина аистов — Африка, ведь именно там они проводят куда больше времени, чем в СССР. Фельетон имел успех и горячо обсуждался на бдительных московских кухнях. На планерке Танкист поискал глазами остряка и молвил: — Вроде с высшим образованием, а простой вещи не соображаешь: родина — там, где яйца. — Как вы сказали? — хихикнул автор. — А что смешного? Родина там, где тебя снесли. Понял?

   — Бунтман · книга
9. «

   — А почему ты никогда не говоришь, что любишь меня? — спросил я однажды Катерину. — Тебе этого хочется? — Конечно. — Хорошо, буду теперь говорить. Кто платит, тот заказывает слова... Я тебя люблю! — Значит, за деньги можно купить любовь? — Нет, только слова и любострастие... — Любострастие? Странное слово. Не слышал раньше. А за что тогда можно купить любовь? — За любовь, если очень повезёт... Или за смерть, если не повезёт...

   — А почему ты никогда не говоришь, что любишь меня? — спросил я однажды Катерину. — Тебе этого хочется? — Конечно. — Хорошо, буду теперь говорить. Кто платит, тот заказывает слова... Я тебя люблю! — Значит, за деньги можно купить любовь? — Нет, только слова и любострастие... — Любострастие? Странное слово. Не слышал раньше. А за что тогда можно купить любовь? — За любовь, если очень повезёт... Или за смерть, если не повезёт...

   — Небо падших · книга
10. «

    Отправляя сына в пионерский лагерь, строгая Людмила Константиновна, кроме уставных коротких штанишек, дала ему с собой ещё и сатиновые шароварчики. Катастрофизм ситуации выяснился на первой же линейке. Оказалось, все мальчишки в отряде одеты в «техасы», недавно вошедшие в моду и только-только освоенные отечественной швейной промышленностью. В своих шароварчиках маленький Башмаков напоминал бандуриста, вставшего в ковбойский строй. Мальчишки хмыкали, девчонки прыскали, взглядывая на Башмакова. А тоненькая большеглазая девочка со стрижкой под «гаврош», понравившаяся Олегу ещё в автобусе, смотрела на него так, точно он только что на её глазах замучил и съел невинную кошечку. Всю ночь маленький Башмаков не смыкая глаз, лелея горестные планы побега. Жизнь в шароварах казалась жестокой и бессмысленной. <...> Родители сникнут, осознав всю чудовищность случившегося, и начнут спорить, кому из них двоих пришла в голову садистская мысль снарядить сына в пионерский лагерь этими чудовищными портками, которые ни за что не стал бы носить даже Тарас Бульба...

    Отправляя сына в пионерский лагерь, строгая Людмила Константиновна, кроме уставных коротких штанишек, дала ему с собой ещё и сатиновые шароварчики. Катастрофизм ситуации выяснился на первой же линейке. Оказалось, все мальчишки в отряде одеты в «техасы», недавно вошедшие в моду и только-только освоенные отечественной швейной промышленностью. В своих шароварчиках маленький Башмаков напоминал бандуриста, вставшего в ковбойский строй. Мальчишки хмыкали, девчонки прыскали, взглядывая на Башмакова. А тоненькая большеглазая девочка со стрижкой под «гаврош», понравившаяся Олегу ещё в автобусе, смотрела на него так, точно он только что на её глазах замучил и съел невинную кошечку. Всю ночь маленький Башмаков не смыкая глаз, лелея горестные планы побега. Жизнь в шароварах казалась жестокой и бессмысленной. <...> Родители сникнут, осознав всю чудовищность случившегося, и начнут спорить, кому из них двоих пришла в голову садистская мысль снарядить сына в пионерский лагерь этими чудовищными портками, которые ни за что не стал бы носить даже Тарас Бульба...

    — Замыслил я побег... · книга
11. «

    Без диплома чувствуешь себя как порядочная женщина, отправившаяся в театр без трусиков под юбкой.

    Без диплома чувствуешь себя как порядочная женщина, отправившаяся в театр без трусиков под юбкой.

    — Небо падших · книга
12. «

    Но Саша прекрасно знал: спрашивать такое у женщины недопустимо. Скорее всего, просто не ответит. А если и ответит? Куда потом, в какие глухие отстойники души затолкать её ответ?

    Но Саша прекрасно знал: спрашивать такое у женщины недопустимо. Скорее всего, просто не ответит. А если и ответит? Куда потом, в какие глухие отстойники души затолкать её ответ?

    — Александр Михайлович Калязин · книга
13. «

    В глазах его засветилась тоскливая ненависть, какая бывает только у поэтов, когда ругают их стихи.

    В глазах его засветилась тоскливая ненависть, какая бывает только у поэтов, когда ругают их стихи.

    — Козлёнок в молоке · книга
14. «

    Умный человек, кроме переднего стекла, еще зеркало заднего обзора имеет.

    Умный человек, кроме переднего стекла, еще зеркало заднего обзора имеет.

    — ЧП районного масштаба · книга
15. «

    От любви остается щемящая память о том, Как по темному лесу от шумного ливня бежали, Как смешную зверушку из снега лепили вдвоем И любовь, словно жизнь, бесконечною воображали... Как на всех одиноких поглядывали свысока, Как в уставшее сердце тихонько вползала усталость... А еще от любви остается такая тоска, Что уж лучше б совсем от нее ничего не осталось.

    От любви остается щемящая память о том, Как по темному лесу от шумного ливня бежали, Как смешную зверушку из снега лепили вдвоем И любовь, словно жизнь, бесконечною воображали... Как на всех одиноких поглядывали свысока, Как в уставшее сердце тихонько вползала усталость... А еще от любви остается такая тоска, Что уж лучше б совсем от нее ничего не осталось.
16. «

    Хотя под гитару можно спеть даже инструкцию по разведению кроликов. Если бы Нобель узнал, кому дают сейчас его премию в области литературы и сколько там теперь политики, он бы собрал свой динамит, запалил и рванул, как шахид, вместе с Нобелевским комитетом.

    Хотя под гитару можно спеть даже инструкцию по разведению кроликов. Если бы Нобель узнал, кому дают сейчас его премию в области литературы и сколько там теперь политики, он бы собрал свой динамит, запалил и рванул, как шахид, вместе с Нобелевским комитетом.

    — Перелетная элита · книга
17. «

    «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

    «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

    — Замыслил я побег... · книга
18. «

    Мой психоаналитик, член-корреспондент Академии педагогических наук и лауреат премии имени Ушинского, уверяет, что воспитание – это процесс нанесения зарубок на психику. Без соответствующей зарубки изменить поведение невозможно. Чем сильнее недостаток – тем глубже должна быть зарубка.

    Мой психоаналитик, член-корреспондент Академии педагогических наук и лауреат премии имени Ушинского, уверяет, что воспитание – это процесс нанесения зарубок на психику. Без соответствующей зарубки изменить поведение невозможно. Чем сильнее недостаток – тем глубже должна быть зарубка.

    — Павел Николаевич Шарманов · книга
19. «

    Расспрашивать Гена не решился, помня завет тестя: «С женщинами как с бабочками: главное — не спугнуть»

    Расспрашивать Гена не решился, помня завет тестя: «С женщинами как с бабочками: главное — не спугнуть»

    — Любовь в эпоху перемен · книга
20. «

    А теперь... Он кивал Исидору, а сам ловил в себе странную новизну, поначалу приписывая её похмельной чудноватости бытия, но потом понял, в чём дело. Теперь, когда вышла наружу вся правда, его перестали терзать ревнивые фантазии. Обманутый муж больше не воображал, мучаясь, постельное сообщничество Ласской и шефа. Наоборот, он словно накрыл дорогие останки любви гробовой крышкой, оставив дотлевать в безвестной темноте.

    А теперь... Он кивал Исидору, а сам ловил в себе странную новизну, поначалу приписывая её похмельной чудноватости бытия, но потом понял, в чём дело. Теперь, когда вышла наружу вся правда, его перестали терзать ревнивые фантазии. Обманутый муж больше не воображал, мучаясь, постельное сообщничество Ласской и шефа. Наоборот, он словно накрыл дорогие останки любви гробовой крышкой, оставив дотлевать в безвестной темноте.

    — Геннадий Павлович Скорятин · книга