55 цитат Жана-Кристофа Гранже — коротко и по делу

Жан-Кристоф Гранже — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 55 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   ... Он понимал, почему так волнует женщин. Отчасти дело было в его внешности падшего ангела, но не только в этом. Женщины, наделенные особым чутьем, сразу же понимали, что он недоступен. Он где-то в другом мире.... А запретный плод всегда самый желанный. Кроме того... в человеке, стремящемся к самоуничтожению, есть что-то романтическое.

   ... Он понимал, почему так волнует женщин. Отчасти дело было в его внешности падшего ангела, но не только в этом. Женщины, наделенные особым чутьем, сразу же понимали, что он недоступен. Он где-то в другом мире.... А запретный плод всегда самый желанный. Кроме того... в человеке, стремящемся к самоуничтожению, есть что-то романтическое.

   — Мизерере · книга
2. «

   Конец ХХ века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает, человека. Делает его слабым. Ранимым.

   Конец ХХ века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает, человека. Делает его слабым. Ранимым.

   — Януш · книга
3. «

   Человеческая душа — не шкура животного, которая от дубления становится качественнее. Человеческая душа — это сверхчувствительная, трепещущая, хрупкая мембрана. От удавов она мертвеет и покрывается шрамами. И начинает бояться мира. Вот тогда страдание оборачивается болезнью. Обретает нечто вроде собственной жизни. Со своими ритмами и колебаниями. Это болезнь пробуждается, но, что самое ужасное, она подпитывает сама себя.

   Человеческая душа — не шкура животного, которая от дубления становится качественнее. Человеческая душа — это сверхчувствительная, трепещущая, хрупкая мембрана. От удавов она мертвеет и покрывается шрамами. И начинает бояться мира. Вот тогда страдание оборачивается болезнью. Обретает нечто вроде собственной жизни. Со своими ритмами и колебаниями. Это болезнь пробуждается, но, что самое ужасное, она подпитывает сама себя.

   — Пассажир · книга
4. «

   Когда вы смотрите на реку, то видите воду, пену, водоросли в волнах, но главное остается скрытым от ваших глаз: течение, движение, жизнь водного потока… Кто возьмет на себя смелость утверждать, что человеческое тело функционирует иначе? Кто решится отрицать, что сложной системой кровообращения, сердечной деятельностью и химическими реакциями управляет один-единственный ток: жизненная энергия?

   Когда вы смотрите на реку, то видите воду, пену, водоросли в волнах, но главное остается скрытым от ваших глаз: течение, движение, жизнь водного потока… Кто возьмет на себя смелость утверждать, что человеческое тело функционирует иначе? Кто решится отрицать, что сложной системой кровообращения, сердечной деятельностью и химическими реакциями управляет один-единственный ток: жизненная энергия?

   — Братство камня · книга
5. «

   Жизнь начинаешь ценить лишь тогда, когда ею рискуешь каждый день.

   Жизнь начинаешь ценить лишь тогда, когда ею рискуешь каждый день.

   — Пурпурные реки · книга
6. «

   Фрер прикрыл глаза. Боль под веком не утихала. Он не обращал на нее внимания, убежденный в ее психосоматическом характере. Дни напролет он занимался тем, что лечил душевные расстройства, и хорошо знал, что они всегда проявляются в телесных недомоганиях. Почему же его собственный организм должен вести себя иначе?

   Фрер прикрыл глаза. Боль под веком не утихала. Он не обращал на нее внимания, убежденный в ее психосоматическом характере. Дни напролет он занимался тем, что лечил душевные расстройства, и хорошо знал, что они всегда проявляются в телесных недомоганиях. Почему же его собственный организм должен вести себя иначе?

   — Пассажир · книга
7. «

   Наркоманы постоянно ходят по красной черте, но инстинкт самосохранения не позволяет им сознательно пересекать ее.

   Наркоманы постоянно ходят по красной черте, но инстинкт самосохранения не позволяет им сознательно пересекать ее.

   — Пассажир · книга
8. «

   Есть очень простой способ не вляпаться в дерьмо. Не трогать его.

   Есть очень простой способ не вляпаться в дерьмо. Не трогать его.

   — Пассажир · книга
9. «

   Дети не просто жили в её сердце, они и были этим сердцем. Каждый его удар и даже паузы между ударами посвящались им.

   Дети не просто жили в её сердце, они и были этим сердцем. Каждый его удар и даже паузы между ударами посвящались им.

   — Кайкен · книга
10. «

    Человек создан, чтобы мечтать, чтобы сражаться, а не смиряться со своей участью.

    Человек создан, чтобы мечтать, чтобы сражаться, а не смиряться со своей участью.

    — Мизерере · книга
11. «

    Хочешь ли ты, чтобы жизнь твоя всегда была легкой? Так оставайся постоянно в стаде и за стадом забудь о себе.

    Хочешь ли ты, чтобы жизнь твоя всегда была легкой? Так оставайся постоянно в стаде и за стадом забудь о себе.

    — Кайкен · книга
12. «

    Это молодость, и каждый должен перебеситься...

    Это молодость, и каждый должен перебеситься...

    — Пассажир · книга
13. «

    Carpe diem (лови день — лат.). Надо пользоваться каждым днём, каждым мгновением.

    Carpe diem (лови день — лат.). Надо пользоваться каждым днём, каждым мгновением.

    — Пассажир · книга
14. «

    Пока существуют хоть какие-то сомнения, человека осудить нельзя.

    Пока существуют хоть какие-то сомнения, человека осудить нельзя.

    — Черная линия · книга
15. «

    Откуда эта потребность находить облегчение у вульгарных дебелых профессионалок, в то время как одна из красивейших женщин Парижа ждала его дома? Ответ крылся в самом вопросе. Женщину всей жизни не трахают сзади, кончая ей на лицо в качестве кульминации. Особенно если она мать твоих детей.

    Откуда эта потребность находить облегчение у вульгарных дебелых профессионалок, в то время как одна из красивейших женщин Парижа ждала его дома? Ответ крылся в самом вопросе. Женщину всей жизни не трахают сзади, кончая ей на лицо в качестве кульминации. Особенно если она мать твоих детей.

    — Оливье Пассан · книга
16. «

    Мир взрослых рухнул со своего пьедестала. Те самые мужчины и женщины, которых ей вечно приводили в пример, оказались безвольными слабаками, лицемерами и лжецами, всегда готовыми пойти на компромисс.

    Мир взрослых рухнул со своего пьедестала. Те самые мужчины и женщины, которых ей вечно приводили в пример, оказались безвольными слабаками, лицемерами и лжецами, всегда готовыми пойти на компромисс.

    — Братство камня · книга
17. «

    Когда Анаис впервые появилась у него в кабинете, Фрер инстинктивно понял, что перед ним — сильная женщина. Из тех, кто оставляет свой след в мире. Она была сильной, потому что пережила страдание. Но одновременно она была хрупкой и уязвимой. И по той же самой причине. Конец XX века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает человека. Делает его слабым. Ранимым.

    Когда Анаис впервые появилась у него в кабинете, Фрер инстинктивно понял, что перед ним — сильная женщина. Из тех, кто оставляет свой след в мире. Она была сильной, потому что пережила страдание. Но одновременно она была хрупкой и уязвимой. И по той же самой причине. Конец XX века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает человека. Делает его слабым. Ранимым.

    — Пассажир · книга
18. «

    Мы как болезнь и вакцина, в нас одни и те же бактерии!

    Мы как болезнь и вакцина, в нас одни и те же бактерии!

    — Грегуар Марван · книга
19. «

    — Это нереально. Просто утопия. — Это утопия. Как раз поэтому она реальна.

    — Это нереально. Просто утопия. — Это утопия. Как раз поэтому она реальна.

    — Мизерере · книга
20. «

    Это и есть психиатрия. Попытка вычерпать воду из тонущей лодки с помощью наперстка.

    Это и есть психиатрия. Попытка вычерпать воду из тонущей лодки с помощью наперстка.

    — Пассажир · книга