64 цитаты Жана-Кристофа Гранже: от иронии до философии

Жан-Кристоф Гранже — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 64 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Психиатр — это псих, изменивший своему предназначению.

   Психиатр — это псих, изменивший своему предназначению.

   — Лес мертвецов · книга
2. «

   Пара секунд — это много или мало, чтобы понять, что сейчас ты умрешь?

   Пара секунд — это много или мало, чтобы понять, что сейчас ты умрешь?

   — Пассажир · книга
3. «

   Наркоманы постоянно ходят по красной черте, но инстинкт самосохранения не позволяет им сознательно пересекать ее.

   Наркоманы постоянно ходят по красной черте, но инстинкт самосохранения не позволяет им сознательно пересекать ее.

   — Пассажир · книга
4. «

   Новые поколения, унаследовавшие не силу предков, а, напротив, накопившуюся тяжкую усталость. Общество, которое наконец расслабилось, зараженное западной расхлябанностью.

   Новые поколения, унаследовавшие не силу предков, а, напротив, накопившуюся тяжкую усталость. Общество, которое наконец расслабилось, зараженное западной расхлябанностью.

   — Кайкен · книга
5. «

   ... Лишенный часов, утрачивает ощущение времени и пространства.

   ... Лишенный часов, утрачивает ощущение времени и пространства.

   — Пассажир · книга
6. «

   ... как это часто бывает, сквозь немой вопль ужаса в душе пробивался тихий шепоток, принадлежащий инстинкту самосохранения.

   ... как это часто бывает, сквозь немой вопль ужаса в душе пробивался тихий шепоток, принадлежащий инстинкту самосохранения.

   — Главный герой книги · книга
7. «

   Для японца жизнь подобна куску шелка, и важна не длина куска, а его качество. Неважно, когда ты умрешь: в двадцать, тридцать или семьдесят лет, лишь бы на твоей жизни не осталось ни пятна, ни щербинки.

   Для японца жизнь подобна куску шелка, и важна не длина куска, а его качество. Неважно, когда ты умрешь: в двадцать, тридцать или семьдесят лет, лишь бы на твоей жизни не осталось ни пятна, ни щербинки.

   — Оливье Пассан · книга
8. «

   Настоящее безразличие — это тяжкий труд.

   Настоящее безразличие — это тяжкий труд.

   — Присягнувшие Тьме · книга
9. «

   Невроз – наркотик для человека, который не принимает наркотиков.

   Невроз – наркотик для человека, который не принимает наркотиков.

   — Мизерере · книга
10. «

    Дети не просто жили в её сердце, они и были этим сердцем. Каждый его удар и даже паузы между ударами посвящались им.

    Дети не просто жили в её сердце, они и были этим сердцем. Каждый его удар и даже паузы между ударами посвящались им.

    — Кайкен · книга
11. «

    Тогда и она ожесточилась, ведь любовь питается чувством другого. Без практики сердце черствеет, теряешь всякую способность к взаимности. И в конце концов, пытаясь защитить себя, замыкаешься в самом грустном, что только есть на свете: в своём одиночестве.

    Тогда и она ожесточилась, ведь любовь питается чувством другого. Без практики сердце черствеет, теряешь всякую способность к взаимности. И в конце концов, пытаясь защитить себя, замыкаешься в самом грустном, что только есть на свете: в своём одиночестве.

    — Кайкен · книга
12. «

    Разлука сердец всегда начинается с разлуки тел...

    Разлука сердец всегда начинается с разлуки тел...

    — Кайкен · книга
13. «

    В психиатрической больнице Святой Анны есть отделение для пациентов, имеющих диагноз под названием «пари секогун» — «парижский синдром». Каждый год сотня японцев, разочарованных Парижем, впадают в депрессию, а то и в паранойю. Их госпитализируют, лечат и отправляют на родину.

    В психиатрической больнице Святой Анны есть отделение для пациентов, имеющих диагноз под названием «пари секогун» — «парижский синдром». Каждый год сотня японцев, разочарованных Парижем, впадают в депрессию, а то и в паранойю. Их госпитализируют, лечат и отправляют на родину.

    — Кайкен · книга
14. «

    В женщинах горит священный огонь. Они верят в любовь, как фундаменталисты в Бога. Какую бы девушку ты ни встретил, как бы она себя ни вела, при всей внешней беззаботности и независимости в ней, иногда очень глубоко, горит этот священный огонь.

    В женщинах горит священный огонь. Они верят в любовь, как фундаменталисты в Бога. Какую бы девушку ты ни встретил, как бы она себя ни вела, при всей внешней беззаботности и независимости в ней, иногда очень глубоко, горит этот священный огонь.

    — Черная линия · книга
15. «

    Нельзя сказать, что червь проник в плод. Червь и плод суть одно и то же.

    Нельзя сказать, что червь проник в плод. Червь и плод суть одно и то же.

    — Коскас · книга
16. «

    Человек — животное. Достаточно чуть ослабить узду, как он забывает о грани, за которой начинается подлость.

    Человек — животное. Достаточно чуть ослабить узду, как он забывает о грани, за которой начинается подлость.

    — Пассажир · книга
17. «

    Наблюдая за листочками чая, разбухавшими в кипятке, он внушал себе, что должен переходить к активным действиям. Отказаться от внеплановых дежурств. Заставить себя вести более здоровый образ жизни. Заняться спортом. Питаться по часам… Впрочем, он знал, что подобные размышления уже успели войти неотъемлемой составной частью в его бестолковое, однообразное, бесцельное существование.

    Наблюдая за листочками чая, разбухавшими в кипятке, он внушал себе, что должен переходить к активным действиям. Отказаться от внеплановых дежурств. Заставить себя вести более здоровый образ жизни. Заняться спортом. Питаться по часам… Впрочем, он знал, что подобные размышления уже успели войти неотъемлемой составной частью в его бестолковое, однообразное, бесцельное существование.

    — Пассажир · книга
18. «

    Она состояла из противоречивых тайн. Попроси его описать её, он бы не сумел. Пытаться понять, что она за человек, — всё равно что брести в густом тумане через лес по еле заметной тропке. Если бы она была компасом, одному богу известно, куда бы он с ней забрёл.

    Она состояла из противоречивых тайн. Попроси его описать её, он бы не сумел. Пытаться понять, что она за человек, — всё равно что брести в густом тумане через лес по еле заметной тропке. Если бы она была компасом, одному богу известно, куда бы он с ней забрёл.

    — Кайкен · книга
19. «

    Вы настоящая Алиса в Стране чудес. Главное для вас — найти мир себе по мерке!

    Вы настоящая Алиса в Стране чудес. Главное для вас — найти мир себе по мерке!

    — Пассажир · книга
20. «

    Конец ХХ века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает, человека. Делает его слабым. Ранимым.

    Конец ХХ века до полного износа затрепал банальную истину, суть которой лучше всех сформулировал Ницше в «Сумерках идолов»: «Что не убивает меня, то делает меня сильнее». Но это полная чушь. Во всяком случае, в примитивном современном толковании. Каждодневное страдание никого не закаляет. Оно изматывает, человека. Делает его слабым. Ранимым.

    — Януш · книга