Что говорил Жорж Санд: 136 цитат

Подборка из 136 цитат Жоржа Санда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Издали опасность всегда кажется страшнее, чем вблизи.

   Издали опасность всегда кажется страшнее, чем вблизи.

   — Октав · книга
2. «

   Она была не личностью, а скорее продуктом общества, одной из монет, стершихся от постоянного употребления, на которых уже не различить изображения и которые имеют только условную цену.

   Она была не личностью, а скорее продуктом общества, одной из монет, стершихся от постоянного употребления, на которых уже не различить изображения и которые имеют только условную цену.

   — Исповедь молодой девушки · книга
3. «

   Большое счастье, долгую страсть можно купить лишь ценой страдания.

   Большое счастье, долгую страсть можно купить лишь ценой страдания.

   — Сильвия · книга
4. «

   Храни меня Господь от тех, кому я верю, кому не верю, тех остерегусь я сам.

   Храни меня Господь от тех, кому я верю, кому не верю, тех остерегусь я сам.

   — Графиня Рудольштадт · книга
5. «

   Но что сказать о том, которое приходится скрывать, как проклятие, прятать в глубинах души, как некое горькое сокровище; оно не жжет вас, а леденит; у него нет ни слез, ни молитв, ни мечтаний — холодное, окаменевшее, оно притаилось в глубинах сердца, чтобы денно и нощно напоминать о себе! Вот такое страдание испытал Тернор, вот чем он может гордиться в судный день перед Богом, ибо от людей эту муку приходится прятать.

   Но что сказать о том, которое приходится скрывать, как проклятие, прятать в глубинах души, как некое горькое сокровище; оно не жжет вас, а леденит; у него нет ни слез, ни молитв, ни мечтаний — холодное, окаменевшее, оно притаилось в глубинах сердца, чтобы денно и нощно напоминать о себе! Вот такое страдание испытал Тернор, вот чем он может гордиться в судный день перед Богом, ибо от людей эту муку приходится прятать.

   — Лелия · книга
6. «

   Частое повторение одной и той же ошибки усугубляет ее и вместе с тем истощает терпение людей, в которых живо чувство справедливости.

   Частое повторение одной и той же ошибки усугубляет ее и вместе с тем истощает терпение людей, в которых живо чувство справедливости.

   — Теофиль · книга
7. «

   Я всегда мечтала, чтобы жить в пустыне, и каждый, кто мечтал об этом в детстве, признается, что у него была точно такая же мечта. Но поверьте мне, братья, что у нас слишком любящие сердца, чтобы мы смогли обойтись друг без друга; и то, что нам остается делать, это переносить друг друга; мы как дети из одной утробы, которые шутливо препираются, ссорятся, даже дерутся, но не могут расстаться.

   Я всегда мечтала, чтобы жить в пустыне, и каждый, кто мечтал об этом в детстве, признается, что у него была точно такая же мечта. Но поверьте мне, братья, что у нас слишком любящие сердца, чтобы мы смогли обойтись друг без друга; и то, что нам остается делать, это переносить друг друга; мы как дети из одной утробы, которые шутливо препираются, ссорятся, даже дерутся, но не могут расстаться.

   — Зима на Майорке · книга
8. «

   Жалость — высшее доказательство презрения, которое женщина может дать своему бывшему возлюбленному.

   Жалость — высшее доказательство презрения, которое женщина может дать своему бывшему возлюбленному.
9. «

   Любовь труса позорит женщину, как бы благородна она ни была.

   Любовь труса позорит женщину, как бы благородна она ни была.

   — Жак · книга
10. «

    Малейшее проявление симпатии сладостно, а к выражению величайшего восхищения примешивается горечь.

    Малейшее проявление симпатии сладостно, а к выражению величайшего восхищения примешивается горечь.

    — Консуэлло · книга
11. «

    Нет ничего легче, как философствовать по поводу горестной жизни, зная только её радости.

    Нет ничего легче, как философствовать по поводу горестной жизни, зная только её радости.

    — Консуэло · книга
12. «

    Любовь — это счастье, которое дарят друг другу.

    Любовь — это счастье, которое дарят друг другу.
13. «

    Нет вечного счастья, как нет вечной весны. Таков закон природы, которому мы не можем не подчиниться.

    Нет вечного счастья, как нет вечной весны. Таков закон природы, которому мы не можем не подчиниться.

    — Леони · книга
14. «

    В любви скорбь заразительна, и если любовник, испытывающий душевную боль, не сумел ее скрыть, она тотчас передается возлюбленной, даже если он ничего ей не объяснит.

    В любви скорбь заразительна, и если любовник, испытывающий душевную боль, не сумел ее скрыть, она тотчас передается возлюбленной, даже если он ничего ей не объяснит.

    — Жак · книга
15. «

    Праведное небо! Как можешь ты допускать подобные ошибки, наделяя огнем гениальности такие безобразные головы.

    Праведное небо! Как можешь ты допускать подобные ошибки, наделяя огнем гениальности такие безобразные головы.

    — Консуэло · книга
16. «

    Самые ярые ревнители благочестия те, кто вынужден что-то скрывать о себе.

    Самые ярые ревнители благочестия те, кто вынужден что-то скрывать о себе.
17. «

    Вы говорите мне о будущем и о счастье, но разве счастье возможно для человека, который ненавидит и презирает сам себя.

    Вы говорите мне о будущем и о счастье, но разве счастье возможно для человека, который ненавидит и презирает сам себя.

    — Индиана · книга
18. «

    В жизни каждого из нас есть незначительные на первый взгляд события, которые навсегда остаются связанными с воспоминанием о каком-либо кризисе в духовном нашем развитии, с преображением всего нашего нравственного существа; и как бы ни было подчинено наше существование самым трезвым житейским интересам, нет человека, который не пережил бы такого часа восторга и просветления, когда душа достигает самого высокого своего горения и грядущее словно по анитию открывается нашим духовным очам. Внутренний мир, который мы носим в себе, сокрыт от нас самих, он полон неразгаданных пророчеств, и мы лишь смутно читаем в нем. Но наступает время, бьет час, иногда это всего мгновение, когда — идет ли речь о вере в Бога, о проблемах общества или о любви — божественный свет, словно молния, прорезающая тьму, ярко озаряет наш разум. У натур возвышенных и склонных к самосозерцанию такие душевные переломы совершаются торжественно и знаменуют собой всякий раз новую фазу их жизненного пути, проводя решительную грань между горестным «вчера» и победным «завтра». Философам и геометрам, погруженным в мир абстракций, эти минуты внезапного озарения знакомы так же, как фанатикам веры, как поэтам или влюбленным.

    В жизни каждого из нас есть незначительные на первый взгляд события, которые навсегда остаются связанными с воспоминанием о каком-либо кризисе в духовном нашем развитии, с преображением всего нашего нравственного существа; и как бы ни было подчинено наше существование самым трезвым житейским интересам, нет человека, который не пережил бы такого часа восторга и просветления, когда душа достигает самого высокого своего горения и грядущее словно по анитию открывается нашим духовным очам. Внутренний мир, который мы носим в себе, сокрыт от нас самих, он полон неразгаданных пророчеств, и мы лишь смутно читаем в нем. Но наступает время, бьет час, иногда это всего мгновение, когда — идет ли речь о вере в Бога, о проблемах общества или о любви — божественный свет, словно молния, прорезающая тьму, ярко озаряет наш разум. У натур возвышенных и склонных к самосозерцанию такие душевные переломы совершаются торжественно и знаменуют собой всякий раз новую фазу их жизненного пути, проводя решительную грань между горестным «вчера» и победным «завтра». Философам и геометрам, погруженным в мир абстракций, эти минуты внезапного озарения знакомы так же, как фанатикам веры, как поэтам или влюбленным.

    — Странствующий подмастерье · книга
19. «

    С тех пор как мы потеряли веру, никакое другое, созданное нами достижение, не способно уже стать нашей духовной пищей.

    С тех пор как мы потеряли веру, никакое другое, созданное нами достижение, не способно уже стать нашей духовной пищей.

    — Зима на Майорке · книга
20. «

    Люди, к которым мы испытываем наибольшую привязанность, не всегда внушают нам наибольшее уважение.

    Люди, к которым мы испытываем наибольшую привязанность, не всегда внушают нам наибольшее уважение.

    — Орас · книга