Жюль Верн: 42 высказываний о главном

Ниже 42 цитаты Жюля Верна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Запомни, Роберт: сравнение — самая рискованная из известных мне риторических фигур. Бойся сравнений и прибегай к ним лишь в самых крайних случаях.

   Запомни, Роберт: сравнение — самая рискованная из известных мне риторических фигур. Бойся сравнений и прибегай к ним лишь в самых крайних случаях.

   — Жак Паганель · книга
2. «

   Особенно удручена была Жанна Бакстон, упрекавшая себя за то, что вовлекла своих товарищей в это плачевное путешествие. Она обвиняла себя за их несчастья и просила прощенья. Флоранс почувствовал необходимость бороться со всеобщим унынием. — Какие бесполезные слова! — вскричал он нарочито грубым тоном, обращаясь к Жанне Бакстон. — Мы еще, кажется, не умерли. Охота не была хороша эти дни… Что ж! Завтра она будет лучше, вот и все.

   Особенно удручена была Жанна Бакстон, упрекавшая себя за то, что вовлекла своих товарищей в это плачевное путешествие. Она обвиняла себя за их несчастья и просила прощенья. Флоранс почувствовал необходимость бороться со всеобщим унынием. — Какие бесполезные слова! — вскричал он нарочито грубым тоном, обращаясь к Жанне Бакстон. — Мы еще, кажется, не умерли. Охота не была хороша эти дни… Что ж! Завтра она будет лучше, вот и все.

   — Необыкновенные приключения экспедиции Барсака · книга
3. «

   Для поэта жемчужина — слеза моря, для восточных народов — окаменевшая капля росы; для женщин — драгоценный овальной формы камень с перламутровым блеском, который они носят, как украшение; для химика — соединение фосфорокислых солей с углекислым калием, и, наконец, для натуралиста — просто болезненный нарост, представляющий собою шаровидные наплывы перламутра внутри мягкой ткани мантии.

   Для поэта жемчужина — слеза моря, для восточных народов — окаменевшая капля росы; для женщин — драгоценный овальной формы камень с перламутровым блеском, который они носят, как украшение; для химика — соединение фосфорокислых солей с углекислым калием, и, наконец, для натуралиста — просто болезненный нарост, представляющий собою шаровидные наплывы перламутра внутри мягкой ткани мантии.

   — профессор Ароннакс · книга
4. «

   Я не сожалею, что мне довелось совершить подводное путешествие. Я буду вспоминать о нём с удовольствием, но для этого надо, чтобы оно кончилось.

   Я не сожалею, что мне довелось совершить подводное путешествие. Я буду вспоминать о нём с удовольствием, но для этого надо, чтобы оно кончилось.

   — Нед Ленд · книга
5. «

   В этом мире не так уж много людей, кого жизнь сумела сделать философами.

   В этом мире не так уж много людей, кого жизнь сумела сделать философами.

   — Ледяной сфинкс · книга
6. «

   Капитан, ваша ошибка состоит в том, что вы желали вернуть прошлое, а когда это не удалось, когда вам пришлось пережить такие страшные страдания и потери, вы от отчаяния прониклись ненавистью ко всему человечеству. Это было одно из тех роковых заблуждений, которые одних приводят в восторг, а другие за это порицают виновных. Но ваше заблуждение и ваша жизнь скорее вызывают восхищение, чем порицание, и вам, как герою, нечего бояться суда истории. Она любит геройские подвиги, хотя подчас и осуждает их последствия.

   Капитан, ваша ошибка состоит в том, что вы желали вернуть прошлое, а когда это не удалось, когда вам пришлось пережить такие страшные страдания и потери, вы от отчаяния прониклись ненавистью ко всему человечеству. Это было одно из тех роковых заблуждений, которые одних приводят в восторг, а другие за это порицают виновных. Но ваше заблуждение и ваша жизнь скорее вызывают восхищение, чем порицание, и вам, как герою, нечего бояться суда истории. Она любит геройские подвиги, хотя подчас и осуждает их последствия.

   — Сайрес Смит · книга
7. «

   Море — это всё! Оно покрывает собою семь десятых земного шара. Дыхание его чисто, животворно. В его безбрежной пустыне человек не чувствует себя одиноким, ибо вокруг себя он ощущает биение жизни.

   Море — это всё! Оно покрывает собою семь десятых земного шара. Дыхание его чисто, животворно. В его безбрежной пустыне человек не чувствует себя одиноким, ибо вокруг себя он ощущает биение жизни.

   — капитан Немо · книга
8. «

   Крупные воры всегда походят на честных людей.

   Крупные воры всегда походят на честных людей.

   — полицейский инспектор · книга
9. «

   Каждый человек, только потому, что он человек, достоин того, чтобы о нем подумать.

   Каждый человек, только потому, что он человек, достоин того, чтобы о нем подумать.

   — профессор Ароннакс · книга
10. «

    Игрок жалеет обычно не о проигрыше, а о крушении надежд на выигрыш.

    Игрок жалеет обычно не о проигрыше, а о крушении надежд на выигрыш.

    — профессор Ароннакс · книга
11. «

    Никогда не стоит пренебрегать никакой угрозой.

    Никогда не стоит пренебрегать никакой угрозой.

    — Франсуа Саразен · книга
12. «

    Гений не имеет возраста.

    Гений не имеет возраста.

    — капитан Немо · книга
13. «

    ...в будущем надо видеть настоящее, ведь будущее и есть более отдаленное настоящее.

    ...в будущем надо видеть настоящее, ведь будущее и есть более отдаленное настоящее.

    — Пять недель на воздушном шаре · книга
14. «

    ... в этом мире не может существовать ничего бесполезного.

    ... в этом мире не может существовать ничего бесполезного.

    — С Земли на Луну прямым путём за 97 часов 20 минут · книга
15. «

    На пороге его зияющей пасти я взглянул вверх и в последний раз увидел небо Исландии,"которое, быть может, мне уже не суждено увидеть!"

    На пороге его зияющей пасти я взглянул вверх и в последний раз увидел небо Исландии,"которое, быть может, мне уже не суждено увидеть!"

    — Аксель · книга
16. «

    ...;изумление лучшее лекарство, и я выздоравливал с помощью этого нового терапевтического средства;..

    ...;изумление лучшее лекарство, и я выздоравливал с помощью этого нового терапевтического средства;..

    — Аксель · книга
17. «

    Итак, достоверно установлено, что слуга Фриколлин был трус; о таких людях принято говорить: «Робок, как молодая луна». Мы считаем уместным выступить против такого сравнения, весьма обидного для белокурой Фебеи, кроткой Селены, непорочной сестры лучезарного Аполлона. В самом деле по какому праву обвиняют в робости планету, которая, с тех пор как возник наш мир, всегда смотрела Земле прямо в лицо и ни разу не повернулась к ней тылом?

    Итак, достоверно установлено, что слуга Фриколлин был трус; о таких людях принято говорить: «Робок, как молодая луна». Мы считаем уместным выступить против такого сравнения, весьма обидного для белокурой Фебеи, кроткой Селены, непорочной сестры лучезарного Аполлона. В самом деле по какому праву обвиняют в робости планету, которая, с тех пор как возник наш мир, всегда смотрела Земле прямо в лицо и ни разу не повернулась к ней тылом?

    — Робур-Завоеватель · книга
18. «

    — Надо щадить серием, — заметил Маноэль, — они неутомимые истребители змей. — Тогда надо щадить и змей, потому что они пожирают вредных насекомых; и насекомых, потому что они уничтожают еще более вредных тлей! Если так, надо щадить всех и вся!

    — Надо щадить серием, — заметил Маноэль, — они неутомимые истребители змей. — Тогда надо щадить и змей, потому что они пожирают вредных насекомых; и насекомых, потому что они уничтожают еще более вредных тлей! Если так, надо щадить всех и вся!

    — Маноэль · книга
19. «

    Он знал, что в жизни поневоле приходится, как говорят, тереться между людьми, а так как трение замедляет движение, то он держался в стороне ото всех.

    Он знал, что в жизни поневоле приходится, как говорят, тереться между людьми, а так как трение замедляет движение, то он держался в стороне ото всех.

    — Вокруг света за восемьдесят дней · книга
20. «

    Почему блага, принадлежащие одним, недосягаемы для других? Если у бедняков и без того отняты многие житейские радости, то почему же их лишать возможности наслаждаться Гомером и Шекспиром?

    Почему блага, принадлежащие одним, недосягаемы для других? Если у бедняков и без того отняты многие житейские радости, то почему же их лишать возможности наслаждаться Гомером и Шекспиром?

    — Маляриус · книга