68 цитат Жюля Верна, которые стоит перечитать

Ниже 68 цитат Жюля Верна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — А еще ниже под землей? — Плотность будет неизменно возрастать! — Как же мы будем тогда спускаться? — Мы наложим камней в карманы. — Право, дядюшка, у вас на все есть ответ!

   — А еще ниже под землей? — Плотность будет неизменно возрастать! — Как же мы будем тогда спускаться? — Мы наложим камней в карманы. — Право, дядюшка, у вас на все есть ответ!

   — Аксель · книга
2. «

   – О! Господин Лиденброк, они расходятся по всей стране. На нашем старом ледяном острове любят читать! Нет ни одного фермера, ни одного рыбака, который не умел бы читать и не читал бы. Мы думаем, что книги, вместо того чтобы плесневеть за железной решеткой, вдали от любознательных глаз, должны приносить пользу, быть постоянно на виду у читателя. Поэтому-то книги у нас переходят из рук в руки, читаются и перечитываются, и зачастую книга год или два не возвращается на свое место.

   – О! Господин Лиденброк, они расходятся по всей стране. На нашем старом ледяном острове любят читать! Нет ни одного фермера, ни одного рыбака, который не умел бы читать и не читал бы. Мы думаем, что книги, вместо того чтобы плесневеть за железной решеткой, вдали от любознательных глаз, должны приносить пользу, быть постоянно на виду у читателя. Поэтому-то книги у нас переходят из рук в руки, читаются и перечитываются, и зачастую книга год или два не возвращается на свое место.

   — Путешествие к центру Земли · книга
3. «

   Говорят, что у узника всегда есть шансы убежать от стерегущего его тюремщика. И в самом деле, для узника успех всегда важнее, чем для тюремщика. Тюремщик может забыть, что он поставлен стеречь, – узник не может забыть, что его стерегут. Узник чаще думает о побеге, чем его страж о том, как помешать ему бежать. Оттого часто удаются поразительные побеги.

   Говорят, что у узника всегда есть шансы убежать от стерегущего его тюремщика. И в самом деле, для узника успех всегда важнее, чем для тюремщика. Тюремщик может забыть, что он поставлен стеречь, – узник не может забыть, что его стерегут. Узник чаще думает о побеге, чем его страж о том, как помешать ему бежать. Оттого часто удаются поразительные побеги.

   — Дети капитана Гранта · книга
4. «

   Самое правильное – это принимать всё так, как оно случается.

   Самое правильное – это принимать всё так, как оно случается.
5. «

   Я всегда делал добро там, где мог, но не отступал перед злом там, где мои противники этого заслуживали. Прощать обиды врагам вовсе не значит быть справедливым!

   Я всегда делал добро там, где мог, но не отступал перед злом там, где мои противники этого заслуживали. Прощать обиды врагам вовсе не значит быть справедливым!

   — капитан Немо · книга
6. «

   Море — это вечное движение и любовь, вечная жизнь.

   Море — это вечное движение и любовь, вечная жизнь.

   — капитан Немо · книга
7. «

   Научные теории, мой мальчик, полны ошибок, но их полезно совершать, потому что в конце концов они ведут к истине.

   Научные теории, мой мальчик, полны ошибок, но их полезно совершать, потому что в конце концов они ведут к истине.

   — Путешествие к центру Земли · книга
8. «

   Море — это всё! Оно покрывает собою семь десятых земного шара. Дыхание его чисто, животворно. В его безбрежной пустыне человек не чувствует себя одиноким, ибо вокруг себя он ощущает биение жизни.

   Море — это всё! Оно покрывает собою семь десятых земного шара. Дыхание его чисто, животворно. В его безбрежной пустыне человек не чувствует себя одиноким, ибо вокруг себя он ощущает биение жизни.

   — капитан Немо · книга
9. «

   Прямо удивительно, как одна и та же вещь с разных точек зрения может быть расценена совсем по-разному!

   Прямо удивительно, как одна и та же вещь с разных точек зрения может быть расценена совсем по-разному!

   — мастер Герсебом · книга
10. «

    Казалось, он в высшей степени обладал тем, что физиономисты называют «спокойствием в движении» — свойством, присущим людям, которые больше делают, чем говорят.

    Казалось, он в высшей степени обладал тем, что физиономисты называют «спокойствием в движении» — свойством, присущим людям, которые больше делают, чем говорят.

    — Вокруг света за восемьдесят дней · книга
11. «

    О, как счастлив тот, кто может жить и умереть в отечестве!

    О, как счастлив тот, кто может жить и умереть в отечестве!

    — капитан Немо · книга
12. «

    Правильнее было бы сказать: «Катимся же!», ибо мы без всякого труда скользили вниз по наклонной плоскости. То был facilis descensus Averni* Вергилия!

    Правильнее было бы сказать: «Катимся же!», ибо мы без всякого труда скользили вниз по наклонной плоскости. То был facilis descensus Averni* Вергилия!

    — Аксель · книга
13. «

    Американец, в кармане которого не оказалось бы складного ножа, потерял бы право называться американцем!

    Американец, в кармане которого не оказалось бы складного ножа, потерял бы право называться американцем!

    — Робур-Завоеватель · книга
14. «

    Как известно, люди ко всему привыкают. Человеческой натуре свойственно относиться все спокойнее и спокойнее к прошедшим горестям. Постепенно наступает забвение, ибо оно необходимо.

    Как известно, люди ко всему привыкают. Человеческой натуре свойственно относиться все спокойнее и спокойнее к прошедшим горестям. Постепенно наступает забвение, ибо оно необходимо.

    — Робур-Завоеватель · книга
15. «

    Следом за безработицей в город вошли нужда, отчаяние и пороки. Цехи пустели — народ повалил в кабаки; едва только еще одна труба переставала дымить на заводе, в селе по соседству открывался новый кабак.

    Следом за безработицей в город вошли нужда, отчаяние и пороки. Цехи пустели — народ повалил в кабаки; едва только еще одна труба переставала дымить на заводе, в селе по соседству открывался новый кабак.

    — Пятьсот миллионов бегумы · книга
16. «

    Кто бы мог подумать, что не пройдет и какой-то сотни лет, как фантастикой окажутся не подводные корабли, созданные для уничтожения «себе подобных», что фантастичными станут слова о мирном море и об отсутствии угрозы уничтожения его обитателей.

    Кто бы мог подумать, что не пройдет и какой-то сотни лет, как фантастикой окажутся не подводные корабли, созданные для уничтожения «себе подобных», что фантастичными станут слова о мирном море и об отсутствии угрозы уничтожения его обитателей.

    — Двадцать тысяч лье под водой · книга
17. «

    Ничего не надо делать наполовину.

    Ничего не надо делать наполовину.

    — Таинственный остров · книга
18. «

    Запомни, богата страна не золота, а железа.

    Запомни, богата страна не золота, а железа.

    — Жак Паганель · книга
19. «

    Почему блага, принадлежащие одним, недосягаемы для других? Если у бедняков и без того отняты многие житейские радости, то почему же их лишать возможности наслаждаться Гомером и Шекспиром?

    Почему блага, принадлежащие одним, недосягаемы для других? Если у бедняков и без того отняты многие житейские радости, то почему же их лишать возможности наслаждаться Гомером и Шекспиром?

    — Маляриус · книга
20. «

    Я не сожалею, что мне довелось совершить подводное путешествие. Я буду вспоминать о нём с удовольствием, но для этого надо, чтобы оно кончилось.

    Я не сожалею, что мне довелось совершить подводное путешествие. Я буду вспоминать о нём с удовольствием, но для этого надо, чтобы оно кончилось.

    — Нед Ленд · книга