90 цитат Жюля Верна: от иронии до философии

Ниже 90 цитат Жюля Верна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Нужны новые люди, а не новые континенты!

   Нужны новые люди, а не новые континенты!

   — капитан Немо · книга
2. «

   Впрочем, грубым натурам не свойственно много размышлять. Невежество и корысть плохо сочетаются с богатым воображением. Невежды живут настоящим, мало заботясь о будущем. Безмятежность их существования может нарушить только неожиданное потрясение.

   Впрочем, грубым натурам не свойственно много размышлять. Невежество и корысть плохо сочетаются с богатым воображением. Невежды живут настоящим, мало заботясь о будущем. Безмятежность их существования может нарушить только неожиданное потрясение.

   — Ледяной сфинкс · книга
3. «

   И вы удивляетесь, господин профессор, что, ступив на землю в любой части земного шара, вы встречаете дикарей? Дикари! Да где же их нет? И чем эти люди, которых вы именуете дикарями, хуже других?

   И вы удивляетесь, господин профессор, что, ступив на землю в любой части земного шара, вы встречаете дикарей? Дикари! Да где же их нет? И чем эти люди, которых вы именуете дикарями, хуже других?

   — капитан Немо · книга
4. «

   Не правда ли, ведь если у меня не будет ни одного недостатка, то я стану заурядным человеком!

   Не правда ли, ведь если у меня не будет ни одного недостатка, то я стану заурядным человеком!

   — Дети капитана Гранта · книга
5. «

   Истина остаётся истиной для всех!

   Истина остаётся истиной для всех!

   — капитан Немо · книга
6. «

   Так уж создан человек: в нем всегда живет потребность создать что-нибудь прочное и долговечное, которое бы его пережило, и в этом до известной степени заключается господство человека над всем остальным.

   Так уж создан человек: в нем всегда живет потребность создать что-нибудь прочное и долговечное, которое бы его пережило, и в этом до известной степени заключается господство человека над всем остальным.

   — Таинственный остров · книга
7. «

   Этот злосчастный изобретатель стал жертвой собственного изобретения. Он был убит одним из тех страшных снарядов, которыми он намеревался уничтожить наш город.

   Этот злосчастный изобретатель стал жертвой собственного изобретения. Он был убит одним из тех страшных снарядов, которыми он намеревался уничтожить наш город.

   — Марсель · книга
8. «

   – О! Господин Лиденброк, они расходятся по всей стране. На нашем старом ледяном острове любят читать! Нет ни одного фермера, ни одного рыбака, который не умел бы читать и не читал бы. Мы думаем, что книги, вместо того чтобы плесневеть за железной решеткой, вдали от любознательных глаз, должны приносить пользу, быть постоянно на виду у читателя. Поэтому-то книги у нас переходят из рук в руки, читаются и перечитываются, и зачастую книга год или два не возвращается на свое место.

   – О! Господин Лиденброк, они расходятся по всей стране. На нашем старом ледяном острове любят читать! Нет ни одного фермера, ни одного рыбака, который не умел бы читать и не читал бы. Мы думаем, что книги, вместо того чтобы плесневеть за железной решеткой, вдали от любознательных глаз, должны приносить пользу, быть постоянно на виду у читателя. Поэтому-то книги у нас переходят из рук в руки, читаются и перечитываются, и зачастую книга год или два не возвращается на свое место.

   — Путешествие к центру Земли · книга
9. «

   Каждый человек, только потому, что он человек, достоин того, чтобы о нем подумать.

   Каждый человек, только потому, что он человек, достоин того, чтобы о нем подумать.

   — профессор Ароннакс · книга
10. «

    На пороге его зияющей пасти я взглянул вверх и в последний раз увидел небо Исландии,"которое, быть может, мне уже не суждено увидеть!"

    На пороге его зияющей пасти я взглянул вверх и в последний раз увидел небо Исландии,"которое, быть может, мне уже не суждено увидеть!"

    — Аксель · книга
11. «

    Порох — изобретение сравнительно недавнее, а война, к несчастью, так же стара, как род человеческий.

    Порох — изобретение сравнительно недавнее, а война, к несчастью, так же стара, как род человеческий.

    — Гедеон Спилет · книга
12. «

    Этого серьезного, флегматичного и молчаливого человека звали Ганс Бьелке; он явился по рекомендации г-на Фридриксона. То был наш будущий проводник. Своими манерами он резко отличался от дядюшки, что не помешало им легко столковаться и быстро сойтись в цене: один был готов взять то, что ему предложат, другой — дать столько, сколько у него потребуют. Никогда сделка не совершалась проще и легче.

    Этого серьезного, флегматичного и молчаливого человека звали Ганс Бьелке; он явился по рекомендации г-на Фридриксона. То был наш будущий проводник. Своими манерами он резко отличался от дядюшки, что не помешало им легко столковаться и быстро сойтись в цене: один был готов взять то, что ему предложат, другой — дать столько, сколько у него потребуют. Никогда сделка не совершалась проще и легче.

    — Путешествие к центру Земли · книга
13. «

    Крупные воры всегда походят на честных людей.

    Крупные воры всегда походят на честных людей.

    — полицейский инспектор · книга
14. «

    Человек, который умирает, не решившись ни на что в течение всей своей жизни, <...> очень близок к тому, чтобы достичь совершенства в этом мире.

    Человек, который умирает, не решившись ни на что в течение всей своей жизни, <...> очень близок к тому, чтобы достичь совершенства в этом мире.

    — ван Трикасс · книга
15. «

    ...успехи науки не должны обгонять совершенствования нравов. Надо идти путем постепенного развития, а не путем бурных переворотов. Словом, всему — свой срок!

    ...успехи науки не должны обгонять совершенствования нравов. Надо идти путем постепенного развития, а не путем бурных переворотов. Словом, всему — свой срок!

    — Робур · книга
16. «

    Почему блага, принадлежащие одним, недосягаемы для других? Если у бедняков и без того отняты многие житейские радости, то почему же их лишать возможности наслаждаться Гомером и Шекспиром?

    Почему блага, принадлежащие одним, недосягаемы для других? Если у бедняков и без того отняты многие житейские радости, то почему же их лишать возможности наслаждаться Гомером и Шекспиром?

    — Маляриус · книга
17. «

    Правильнее было бы сказать: «Катимся же!», ибо мы без всякого труда скользили вниз по наклонной плоскости. То был facilis descensus Averni* Вергилия!

    Правильнее было бы сказать: «Катимся же!», ибо мы без всякого труда скользили вниз по наклонной плоскости. То был facilis descensus Averni* Вергилия!

    — Аксель · книга
18. «

    Любовь — это всепоглощающая страсть, оставляющая в сердце мужчины совсем мало места, а моим героям необходимы все их душевные свойства, вся их энергия. Пребывание на борту корабля молоденькой, да ещё и очаровательной женщины, конечно, помешало бы героям реализовать их гигантские проекты…

    Любовь — это всепоглощающая страсть, оставляющая в сердце мужчины совсем мало места, а моим героям необходимы все их душевные свойства, вся их энергия. Пребывание на борту корабля молоденькой, да ещё и очаровательной женщины, конечно, помешало бы героям реализовать их гигантские проекты…
19. «

    Он силён, ваш капитан. Но — тысяча чертей! — не сильнее же он природы! А там, где самой природой нам положен предел, волей-неволей надо остановиться.

    Он силён, ваш капитан. Но — тысяча чертей! — не сильнее же он природы! А там, где самой природой нам положен предел, волей-неволей надо остановиться.

    — Нед Ленд · книга
20. «

    Удача, которая от нас ускользает, может прийти в последний миг.

    Удача, которая от нас ускользает, может прийти в последний миг.

    — Вокруг света за восемьдесят дней · книга