69 коротких цитат Зинаиды Николаевны Гиппиуса

Подборка из 69 цитат Зинаиды Николаевны Гиппиуса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Отчего, однако, человек никогда не ценит того, что ему на долю хорошего даётся? А потом жалеет.

   Отчего, однако, человек никогда не ценит того, что ему на долю хорошего даётся? А потом жалеет.
2. «

   Я слушаю молчанье, как слушают врага.

   Я слушаю молчанье, как слушают врага.
3. «

   Мои мысли так меня переломали. В них есть что-то смертельное. В моей этой «свободе».

   Мои мысли так меня переломали. В них есть что-то смертельное. В моей этой «свободе».
4. «

   Моя душа во власти страха И горькой жалости земной. Напрасно я бегу от праха — Я всюду с ним, и он со мной.

   Моя душа во власти страха И горькой жалости земной. Напрасно я бегу от праха — Я всюду с ним, и он со мной.
5. «

   Как ужасно, что современники не понимают почти никогда, что настоящее искусство не может быть «модным» или «немодным», и требуют от художников постоянного «обновления», а по-моему художник должен оставаться сам собой!

   Как ужасно, что современники не понимают почти никогда, что настоящее искусство не может быть «модным» или «немодным», и требуют от художников постоянного «обновления», а по-моему художник должен оставаться сам собой!
6. «

   И вот из рва, из терпкой муки, Где по дну вьется рабий дым, Дрожа протягиваем руки Мы к вашим саванам святым.

   И вот из рва, из терпкой муки, Где по дну вьется рабий дым, Дрожа протягиваем руки Мы к вашим саванам святым.
7. «

   Ничто не изменилось, ничто не отошло; Но вдруг отяжелело, само в себя вросло.

   Ничто не изменилось, ничто не отошло; Но вдруг отяжелело, само в себя вросло.
8. «

   Однообразно и пустынно, Однообразием сильна, Проходит жизнь... И в жизни длинной Любовь одна, всегда одна.

   Однообразно и пустынно, Однообразием сильна, Проходит жизнь... И в жизни длинной Любовь одна, всегда одна.
9. «

   Но знаю, миру нет прощенья, Печали сердца нет забвенья, И нет молчанью разрешенья, И всё навек без измененья И на земле, и в небесах.

   Но знаю, миру нет прощенья, Печали сердца нет забвенья, И нет молчанью разрешенья, И всё навек без измененья И на земле, и в небесах.
10. «

    Свобода, ты – самое прекрасное из моих мыслей.

    Свобода, ты – самое прекрасное из моих мыслей.
11. «

    Идя тогда домой из редакции, я думала: вот человек, с которым я обречена на вечные оплошности, потому что если у него и было что-нибудь ко мне – то… он только лежал у моих «ног». Выше моих ног его нежность не подымалась. Голова моя ему не нужна, сердце – непонятно, а ноги казались достойными восхищения. Вот и всё.

    Идя тогда домой из редакции, я думала: вот человек, с которым я обречена на вечные оплошности, потому что если у него и было что-нибудь ко мне – то… он только лежал у моих «ног». Выше моих ног его нежность не подымалась. Голова моя ему не нужна, сердце – непонятно, а ноги казались достойными восхищения. Вот и всё.
12. «

    Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание. Я принимаю со смирением Его любовь, — Его молчание.

    Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание. Я принимаю со смирением Его любовь, — Его молчание.
13. «

    Грех — жить без дерзости и без мечтания, Не признаваемым — и не гонимым. Не знать ни ужаса, ни упования И быть приемлемым, но не любимым.

    Грех — жить без дерзости и без мечтания, Не признаваемым — и не гонимым. Не знать ни ужаса, ни упования И быть приемлемым, но не любимым.
14. «

    Мы судим, говорим порою так прекрасно, И мнится — силы нам великие даны. Мы проповедуем, собой упоены, И всех зовем к себе решительно и властно. Увы нам: мы идем дорогою опасной. Пред скорбию чужой молчать обречены, — Мы так беспомощны, так жалки и смешны, Когда помочь другим пытаемся напрасно.

    Мы судим, говорим порою так прекрасно, И мнится — силы нам великие даны. Мы проповедуем, собой упоены, И всех зовем к себе решительно и властно. Увы нам: мы идем дорогою опасной. Пред скорбию чужой молчать обречены, — Мы так беспомощны, так жалки и смешны, Когда помочь другим пытаемся напрасно.
15. «

    Страшное, грубое, липкое, грязное, Жестко тупое, всегда безобразное, Медленно рвущее, мелко-нечестное, Скользкое, стыдное, низкое, тесное, Явно-довольное, тайно-блудливое, Плоско-смешное и тошно-трусливое, Вязко, болотно и тинно застойное, Жизни и смерти равно недостойное, Рабское, хамское, гнойное, черное, Изредка серое, в сером упорное, Вечно лежачее, дьявольски косное, Глупое, сохлое, сонное, злостное, Трупно-холодное, жалко ничтожное, Непереносное, ложное, ложное!

    Страшное, грубое, липкое, грязное, Жестко тупое, всегда безобразное, Медленно рвущее, мелко-нечестное, Скользкое, стыдное, низкое, тесное, Явно-довольное, тайно-блудливое, Плоско-смешное и тошно-трусливое, Вязко, болотно и тинно застойное, Жизни и смерти равно недостойное, Рабское, хамское, гнойное, черное, Изредка серое, в сером упорное, Вечно лежачее, дьявольски косное, Глупое, сохлое, сонное, злостное, Трупно-холодное, жалко ничтожное, Непереносное, ложное, ложное!
16. «

    Я в тесной келье — в этом мире И келья тесная низка. А в четырех углах — четыре Неутомимых паука.

    Я в тесной келье — в этом мире И келья тесная низка. А в четырех углах — четыре Неутомимых паука.
17. «

    НЕТ! Она не погибнет — знайте! Она не погибнет, Россия. Они всколосятся, — верьте! Поля её золотые.

    НЕТ! Она не погибнет — знайте! Она не погибнет, Россия. Они всколосятся, — верьте! Поля её золотые.
18. «

    Человек, о котором думаешь или говоришь, всегда немного присутствует.

    Человек, о котором думаешь или говоришь, всегда немного присутствует.

    — Живые лица · книга
19. «

    Люблю я отчаяние мое безмерное, Нам радость в последней капле дана. И только одно здесь я знаю верное: Надо всякую чашу пить — до дна.

    Люблю я отчаяние мое безмерное, Нам радость в последней капле дана. И только одно здесь я знаю верное: Надо всякую чашу пить — до дна.
20. «

    «Хоть я безлика, а всё ж обидно: Я обокрала — мудреца.

    «Хоть я безлика, а всё ж обидно: Я обокрала — мудреца.