86 цитат Зинаиды Николаевны Гиппиуса, проверенных временем

Подборка из 86 цитат Зинаиды Николаевны Гиппиуса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ужель ты одиночества не любишь? Уединение — великий храм. С людьми... их не спасешь, себя погубишь, А здесь, один, ты равен будешь Нам.

   Ужель ты одиночества не любишь? Уединение — великий храм. С людьми... их не спасешь, себя погубишь, А здесь, один, ты равен будешь Нам.
2. «

   Что — мы? Вот хруст костей... вот молния сознанья Перед чертою тьмы... И — перехлест страданья...

   Что — мы? Вот хруст костей... вот молния сознанья Перед чертою тьмы... И — перехлест страданья...
3. «

   Мои мысли так меня переломали. В них есть что-то смертельное. В моей этой «свободе».

   Мои мысли так меня переломали. В них есть что-то смертельное. В моей этой «свободе».
4. «

   Изнемогаю от усталости, Душа изранена, в крови... Ужели нет над нами жалости, Ужель над нами нет любви?

   Изнемогаю от усталости, Душа изранена, в крови... Ужели нет над нами жалости, Ужель над нами нет любви?
5. «

   Я весь, и сердцем и телом, Тебя позабыл давно, Как будто в дому опустелом Закрылось твое окно.

   Я весь, и сердцем и телом, Тебя позабыл давно, Как будто в дому опустелом Закрылось твое окно.
6. «

   Жизнь очень затягивает свои трагедии. Ещё неизвестно, когда мы доберёмся до эпилога.

   Жизнь очень затягивает свои трагедии. Ещё неизвестно, когда мы доберёмся до эпилога.
7. «

   Совсем не плох и спуск с горы: Кто бури знал, тот мудрость ценит. Лишь одного мне жаль: игры... Ее и мудрость не заменит.

   Совсем не плох и спуск с горы: Кто бури знал, тот мудрость ценит. Лишь одного мне жаль: игры... Ее и мудрость не заменит.
8. «

   Грех только один – самоумаление. Вижу, как гибнут от него те, кто могли бы не только себя спасти, но и других. И вянут, вянут бедные цветы… Как им сказать? Как им помочь? Ведь и я не сильна, пока одна.

   Грех только один – самоумаление. Вижу, как гибнут от него те, кто могли бы не только себя спасти, но и других. И вянут, вянут бедные цветы… Как им сказать? Как им помочь? Ведь и я не сильна, пока одна.
9. «

   Душу мою ело чувство без названия.

   Душу мою ело чувство без названия.
10. «

    Безумна я была, упряма, как ребенок. Я думала, что мы свободны и равны. Всё оттого, что был мой слух нелепо тонок И различал шаги с нездешней стороны. Но боле восставать мятежный дух не будет. И я теперь, — как вы, — в туманной тишине. Лишь гений нас, больных, когда-нибудь разбудит, До гения ж поспим. И правы мы во сне. Ни боли, ни борьбы... Как путь отрадно-ясен! Как мне близки друзья, с тех пор, как я глуха! Поверим лишь в того, кто будет громогласен, И коль услышим крик, — хотя бы петуха, — Он будет тот, кого мы ждем. И мы пойдем за петухом.

    Безумна я была, упряма, как ребенок. Я думала, что мы свободны и равны. Всё оттого, что был мой слух нелепо тонок И различал шаги с нездешней стороны. Но боле восставать мятежный дух не будет. И я теперь, — как вы, — в туманной тишине. Лишь гений нас, больных, когда-нибудь разбудит, До гения ж поспим. И правы мы во сне. Ни боли, ни борьбы... Как путь отрадно-ясен! Как мне близки друзья, с тех пор, как я глуха! Поверим лишь в того, кто будет громогласен, И коль услышим крик, — хотя бы петуха, — Он будет тот, кого мы ждем. И мы пойдем за петухом.
11. «

    Взывать к чуду — развращать волю.

    Взывать к чуду — развращать волю.
12. «

    Блевотина войны — октябрьское веселье! От этого зловонного вина Как было омерзительно твое похмелье, О бедная, о грешная страна!

    Блевотина войны — октябрьское веселье! От этого зловонного вина Как было омерзительно твое похмелье, О бедная, о грешная страна!
13. «

    Моя душа без покровов, пыль садится на неё, сор, царапает её всё малое, невидимое, а я, желая снять соринку, расширяю рану и умираю, ибо не умею (ещё) не страдать.

    Моя душа без покровов, пыль садится на неё, сор, царапает её всё малое, невидимое, а я, желая снять соринку, расширяю рану и умираю, ибо не умею (ещё) не страдать.
14. «

    «Allons, enfants, de la patrie...»

    «Allons, enfants, de la patrie...»
15. «

    Любовь приходит незаметно и, непредвиденная, — ждет, пока не вспыхнет семицветно в живой душе ее восход.

    Любовь приходит незаметно и, непредвиденная, — ждет, пока не вспыхнет семицветно в живой душе ее восход.
16. «

    Смотрю на море жадными очами, К земле прикованный, на берегу... Стою над пропастью — над небесами, И улететь к лазури не могу.

    Смотрю на море жадными очами, К земле прикованный, на берегу... Стою над пропастью — над небесами, И улететь к лазури не могу.
17. «

    Как дымовая завеса висит ложь всем-всем-всем и натуральное какое-то озверение.

    Как дымовая завеса висит ложь всем-всем-всем и натуральное какое-то озверение.
18. «

    Иногда мне кажется, что есть, должны быть люди, похожие на меня, не удовлетворённые формами страсти, ни формами жизни, желающие идти, хотящие Бога не только в том, что есть, но в том, что будет. Так я думаю. А потом я смеюсь. Ну, есть. Да мне-то не легче. Ведь я его, такого человека, не встречу. А если встречу? Разве, чтоб «в гроб сходя благословить». Ведь через несколько лет я буду старухой (обозлённой прошлым, слабой старухой). И буду знать, что неверно жила.

    Иногда мне кажется, что есть, должны быть люди, похожие на меня, не удовлетворённые формами страсти, ни формами жизни, желающие идти, хотящие Бога не только в том, что есть, но в том, что будет. Так я думаю. А потом я смеюсь. Ну, есть. Да мне-то не легче. Ведь я его, такого человека, не встречу. А если встречу? Разве, чтоб «в гроб сходя благословить». Ведь через несколько лет я буду старухой (обозлённой прошлым, слабой старухой). И буду знать, что неверно жила.
19. «

    Не знаю я, где святость, где порок, И никого я не сужу, не меряю. Я лишь дрожу пред вечною потерею: Кем не владеет Бог — владеет Рок.

    Не знаю я, где святость, где порок, И никого я не сужу, не меряю. Я лишь дрожу пред вечною потерею: Кем не владеет Бог — владеет Рок.
20. «

    Ни ясности, ни знания, Ни силы быть с людьми…

    Ни ясности, ни знания, Ни силы быть с людьми…