13 фраз из фильма «Спартак (Spartacus) (1960)», которые запомнились

Ниже 13 цитат из фильма «Спартак (Spartacus) (1960)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Крикс всегда рвался в Рим. Теперь можно не спешить, Рим сам к нам пришел.

   Крикс всегда рвался в Рим. Теперь можно не спешить, Рим сам к нам пришел.

   — Спартак · фильм
2. «

   — Рим — это чернь. — Нет, Рим — это вечный город, замысел богов. — Я не думал, что ты так религиозен. — Это неважно. Если бы не было богов, я бы все равно их почитал. Если бы не было Рима, я бы мечтал о нем.

   — Рим — это чернь. — Нет, Рим — это вечный город, замысел богов. — Я не думал, что ты так религиозен. — Это неважно. Если бы не было богов, я бы все равно их почитал. Если бы не было Рима, я бы мечтал о нем.

   — Гай Юлий Цезарь · фильм
3. «

   Сейчас покупается, что угодно, почему бы не купить патриотизм?

   Сейчас покупается, что угодно, почему бы не купить патриотизм?

   — Гракх · фильм
4. «

   — И что же ты вспоминаешь, когда думаешь о Спартаке? — Я помню, что он начинал свой путь совсем один. Но в день его смерти, тысячи и тысячи с радостью отдали жизнь за него. — Разве он был богом? — Он не был богом, он был простым человеком. Рабом. Которого я любила...

   — И что же ты вспоминаешь, когда думаешь о Спартаке? — Я помню, что он начинал свой путь совсем один. Но в день его смерти, тысячи и тысячи с радостью отдали жизнь за него. — Разве он был богом? — Он не был богом, он был простым человеком. Рабом. Которого я любила...

   — Марк Красс · фильм
5. «

   — Если бы ты мог заглянуть в волшебный кристалл, и увидел, что твоей армии уже нет, а ты сам мертв, вдруг бы ты увидел такое будущее, как я уверен, ты видишь это и сейчас, ты бы продолжил сражаться? — Да. — Зная, какой вас ждет конец? — Да, мы мало теряем. Все проигрывают, умирая, и все умирают. Но раб и свободный человек теряют разное. — Все мы в итоге теряем жизнь. — Вас смерть лишает удовольствий жизни, а нас только ее боли. Для раба смерть это единственная свобода, поэтому он ее не боится. Поэтому, мы победим.

   — Если бы ты мог заглянуть в волшебный кристалл, и увидел, что твоей армии уже нет, а ты сам мертв, вдруг бы ты увидел такое будущее, как я уверен, ты видишь это и сейчас, ты бы продолжил сражаться? — Да. — Зная, какой вас ждет конец? — Да, мы мало теряем. Все проигрывают, умирая, и все умирают. Но раб и свободный человек теряют разное. — Все мы в итоге теряем жизнь. — Вас смерть лишает удовольствий жизни, а нас только ее боли. Для раба смерть это единственная свобода, поэтому он ее не боится. Поэтому, мы победим.

   — Тигран Левант · фильм
6. «

   Там стоит Рим, мальчик. Могучий, великий, ужасный Рим. Там сила, возвышающаяся над миром, как Колос. Никто не в силах противостоять Риму, никто. И уж конечно, не юноша. С Римом можно сладить только одним способом — ему надо служить, перед ним надо унижаться, ползать у него в ногах, любить его.

   Там стоит Рим, мальчик. Могучий, великий, ужасный Рим. Там сила, возвышающаяся над миром, как Колос. Никто не в силах противостоять Риму, никто. И уж конечно, не юноша. С Римом можно сладить только одним способом — ему надо служить, перед ним надо унижаться, ползать у него в ногах, любить его.

   — Марк Красс · фильм
7. «

   У нас нет другого выбора, кроме как идти на Рим и покончить с этой войной единственным способом: дать свободу каждому рабу Италии. Лучше я буду свободным человеком, которому вместе с братьями предстоит долгий путь и трудный бой, чем богатейшим жителем Рима, разжиревшем на еде, которую зарабатывал не он, живущим в окружении рабов. Мы вместе прошли долгий путь, пережили множество битв и одержали множество побед. Теперь же, вместо плавания домой, нам предстоит сражаться снова. Быть может, в этом мире нет мира ни для нас, ни для кого-либо еще, но я знаю одно: пока мы живы, мы должны быть верны себе. Я знаю, что мы братья и мы свободны.

   У нас нет другого выбора, кроме как идти на Рим и покончить с этой войной единственным способом: дать свободу каждому рабу Италии. Лучше я буду свободным человеком, которому вместе с братьями предстоит долгий путь и трудный бой, чем богатейшим жителем Рима, разжиревшем на еде, которую зарабатывал не он, живущим в окружении рабов. Мы вместе прошли долгий путь, пережили множество битв и одержали множество побед. Теперь же, вместо плавания домой, нам предстоит сражаться снова. Быть может, в этом мире нет мира ни для нас, ни для кого-либо еще, но я знаю одно: пока мы живы, мы должны быть верны себе. Я знаю, что мы братья и мы свободны.

   — Спартак · фильм
8. «

   — Пусть сразятся сейчас. Снимите цепи! — Но весь город знает, что они будут сражаться завтра в храме ваших предков. — Они сразятся сейчас, передо мной, здесь. На смерть. Победитель будет распят. Проверим миф о братстве рабов. — Не доставим им удовольствия от состязания. Опусти меч, я убью тебя первым ударом. — Я не позволю распять тебя. — Это мой последний приказ — подчиняйся! — Я не позволю им распять тебя! — Ты не знаешь, как тяжела смерть на кресте. — Мне все равно! — Прости меня... [Спартак пронзает Антонина мечом] — Я люблю тебя, Спартак, как родного отца. — Я люблю тебя, как сына, которого никогда не увижу. Спи спокойно...

   — Пусть сразятся сейчас. Снимите цепи! — Но весь город знает, что они будут сражаться завтра в храме ваших предков. — Они сразятся сейчас, передо мной, здесь. На смерть. Победитель будет распят. Проверим миф о братстве рабов. — Не доставим им удовольствия от состязания. Опусти меч, я убью тебя первым ударом. — Я не позволю распять тебя. — Это мой последний приказ — подчиняйся! — Я не позволю им распять тебя! — Ты не знаешь, как тяжела смерть на кресте. — Мне все равно! — Прости меня... [Спартак пронзает Антонина мечом] — Я люблю тебя, Спартак, как родного отца. — Я люблю тебя, как сына, которого никогда не увижу. Спи спокойно...

   — Марк Красс · фильм
9. «

   — Скажи, почему ты любила его!? — Я не могу. Нельзя рассказать то, чего ты не поймешь. — Но я хочу понять, неужели ты не видишь? Я должен понять! — Ты боишься его, ведь так? Поэтому ты добиваешься его жены, желая успокоить страх, получив что-то, чем владел он. Бесполезно пытаться быть лучше, чем он, ты так его боишься, что тебе уже ничто не поможет.

   — Скажи, почему ты любила его!? — Я не могу. Нельзя рассказать то, чего ты не поймешь. — Но я хочу понять, неужели ты не видишь? Я должен понять! — Ты боишься его, ведь так? Поэтому ты добиваешься его жены, желая успокоить страх, получив что-то, чем владел он. Бесполезно пытаться быть лучше, чем он, ты так его боишься, что тебе уже ничто не поможет.

   — Марк Красс · фильм
10. «

    — Говорят, ты и сам будто бы знатного рода. — Я был рожден рабыней и рабом. — Я так и подумал, когда увидел, что ты не умеешь читать. Но римлянам очень льстит твое благородное происхождение, это тешит их спесь. Они не выдержали бы мысли, что сражаются против раба, особенно Красс.

    — Говорят, ты и сам будто бы знатного рода. — Я был рожден рабыней и рабом. — Я так и подумал, когда увидел, что ты не умеешь читать. Но римлянам очень льстит твое благородное происхождение, это тешит их спесь. Они не выдержали бы мысли, что сражаются против раба, особенно Красс.

    — Тигран Левант · фильм
11. «

    — Как твое имя? — Ты не хочешь знать мое имя. Я не хочу знать твое. — Просто дружеский вопрос. — Гладиаторы не заводят друзей. Если мы когда-нибудь встретимся на арене вместе, я должен буду убить тебя.

    — Как твое имя? — Ты не хочешь знать мое имя. Я не хочу знать твое. — Просто дружеский вопрос. — Гладиаторы не заводят друзей. Если мы когда-нибудь встретимся на арене вместе, я должен буду убить тебя.

    — Спартак · фильм
12. «

    Мне не нужна слава, мне нужен Спартак! И мы захватим его. Наша цель не уничтожения Спартака, а уничтожения легенды о Спартаке!

    Мне не нужна слава, мне нужен Спартак! И мы захватим его. Наша цель не уничтожения Спартака, а уничтожения легенды о Спартаке!

    — Марк Красс · фильм
13. «

    — Ты не будешь учиться убивать, ты будешь учить нас петь. — Я пришел сюда, чтобы драться! — Драться может любой. — Я пришел сражаться! — Как твое имя? — Антонин. — Антонин, есть время для войны, а есть время для песен, он как раз настал. Пой.

    — Ты не будешь учиться убивать, ты будешь учить нас петь. — Я пришел сюда, чтобы драться! — Драться может любой. — Я пришел сражаться! — Как твое имя? — Антонин. — Антонин, есть время для войны, а есть время для песен, он как раз настал. Пой.

    — Спартак · фильм