Мрачные цитаты: 401 цитата

401 цитата в разделе «Мрачные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Вы должны понять — они повсюду. Вампиры... Hominus Nocturna... Видите ли, мы на них охотимся. Двигаемся из города в город, следим за их миграцией. Их непросто убить, они способны регенерировать.

   Вы должны понять — они повсюду. Вампиры... Hominus Nocturna... Видите ли, мы на них охотимся. Двигаемся из города в город, следим за их миграцией. Их непросто убить, они способны регенерировать.

   — Абрахам Уистлер · фильм
2. «

   Для меня вид родителей, которые только что сидели напротив меня, разговаривали и ужасно нервничали, пытаясь объяснить мне что-то, но уже лежащие на шерстяном ковре неподвижно и, как мне казалось, бездыханно, заставлял меня сходить с ума.

   Для меня вид родителей, которые только что сидели напротив меня, разговаривали и ужасно нервничали, пытаясь объяснить мне что-то, но уже лежащие на шерстяном ковре неподвижно и, как мне казалось, бездыханно, заставлял меня сходить с ума.

   — Соль · книга
3. «

   Никогда не предугадать, как зарождается самое страшное.

   Никогда не предугадать, как зарождается самое страшное.

   — Хавьер Кастильо · книга
4. «

   Привыкайте ставить крест на своих мечтах, это участь всех родителей.

   Привыкайте ставить крест на своих мечтах, это участь всех родителей.
5. «

   Пусть мир хоть сто раз перевернется вверх тормашками, но пока будут живы люди, вечный конфликт между добром и злом останется актуальным.

   Пусть мир хоть сто раз перевернется вверх тормашками, но пока будут живы люди, вечный конфликт между добром и злом останется актуальным.

   — Сергей Валентинович Антонов · книга
6. «

   — Они что, и на фронте будут молиться? — будто не слыша Яшкина, пошёл в наступление комиссар. — Если успеют, — валяя горячую картошку во рту, не унимался Володя Яшкин, — Непременно взмолятся. Там раненые Боженьку да маменьку кличут. Но не политрука. И мертвенькие сплошь с крестиками лежат. Перед сражением в партию запишутся, в сраженье же крестик надевают...

   — Они что, и на фронте будут молиться? — будто не слыша Яшкина, пошёл в наступление комиссар. — Если успеют, — валяя горячую картошку во рту, не унимался Володя Яшкин, — Непременно взмолятся. Там раненые Боженьку да маменьку кличут. Но не политрука. И мертвенькие сплошь с крестиками лежат. Перед сражением в партию запишутся, в сраженье же крестик надевают...

   — Виктор Астафьев · книга
7. «

   – Перевёртыш однажды – перевёртыш навсегда, – сказал лорд Криган. – Ты восстал против своей законной королевы и помог изгнать её из этого города, что привело её к смерти, возвел на её место своего оруженосца, затем предал и его, чтобы спасти свою никчёмную шкуру. Государству будет лучше без тебя. Когда сир Перкин возразил, что он был помилован за эти преступления, лорд Старк ответил: – Не мной.

   – Перевёртыш однажды – перевёртыш навсегда, – сказал лорд Криган. – Ты восстал против своей законной королевы и помог изгнать её из этого города, что привело её к смерти, возвел на её место своего оруженосца, затем предал и его, чтобы спасти свою никчёмную шкуру. Государству будет лучше без тебя. Когда сир Перкин возразил, что он был помилован за эти преступления, лорд Старк ответил: – Не мной.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Может быть, лучше вымереть? У нас нет ни прав, ни возможности бороться с вымиранием, так лучше уж умереть по своей воле. Динозавры и аммониты смогли принять свою смерть. По крайней мере, так человечество сохранит своё достоинство.

   Может быть, лучше вымереть? У нас нет ни прав, ни возможности бороться с вымиранием, так лучше уж умереть по своей воле. Динозавры и аммониты смогли принять свою смерть. По крайней мере, так человечество сохранит своё достоинство.

   — Хидео Кодзима · книга
9. «

   Убери от меня оружие, русский пëс!

   Убери от меня оружие, русский пëс!

   — Фридрих Штайнер · игра
10. «

    Какое все же страшное оружие — любовь! Есть ли нож острее?

    Какое все же страшное оружие — любовь! Есть ли нож острее?

    — Корнелия Функе · книга
11. «

    Прикрывать мне спину — замечательная возможность всадить в неё нож.

    Прикрывать мне спину — замечательная возможность всадить в неё нож.

    — Холли Блэк · книга
12. «

    Если я делаю что-то хорошее, это не значит, что я не хочу сделать что-то плохое для баланса.

    Если я делаю что-то хорошее, это не значит, что я не хочу сделать что-то плохое для баланса.

    — Рене Миньярд · книга
13. «

    Мир людей погружён во тьму, ты своими глазами видела множества её проявлений. Ты не должна отводить глаз от этой тьмы, от этого мира полного страдания. У нас есть долг, у тебя и у меня. Мы несем на себе самые тяжкие грехи.

    Мир людей погружён во тьму, ты своими глазами видела множества её проявлений. Ты не должна отводить глаз от этой тьмы, от этого мира полного страдания. У нас есть долг, у тебя и у меня. Мы несем на себе самые тяжкие грехи.

    — Альтена · аниме
14. «

    Я почувствовал, как ЯМ покинул мой мозг и подарил мне гадливое чувство возвращения в свое собственное сознание, оставив мне на прощание колонну неонового света, намертво вросшую в мягкое серое мозговое вещество. Он отступил, нашептывая: «Черт с тобой». Потом весело добавил: «Он ведь всегда с тобой?»

    Я почувствовал, как ЯМ покинул мой мозг и подарил мне гадливое чувство возвращения в свое собственное сознание, оставив мне на прощание колонну неонового света, намертво вросшую в мягкое серое мозговое вещество. Он отступил, нашептывая: «Черт с тобой». Потом весело добавил: «Он ведь всегда с тобой?»

    — Харлан Эллисон · книга
15. «

    Знаешь, я честно пыталась быть твоей подругой. Но я сдалась. Это я не понимаю тебя, сколько бы я ни пыталась! Знаешь, я устала играть по этим правилам. Когда же ты устанешь лгать? Ты правда думаешь, что кукловоды и инопланетяне и вся эта чушь существуют? Ты правда верила, что твой одноклассник — бог! Вы идеально подходите друг другу! Личинкоты, Оракулы, Пифии, Наблюдатели, Омникубы… и всё такое… Каждый день ты придумывала новую ложь! Я устала, так устала всё это поддерживать! Весь класс пытался преподать тебе урок. Но что бы мы ни делали, ты так и не поняла ничего! Иди умри! Анри больше не заботит это! Не смотри на меня! Иди уже умри!

    Знаешь, я честно пыталась быть твоей подругой. Но я сдалась. Это я не понимаю тебя, сколько бы я ни пыталась! Знаешь, я устала играть по этим правилам. Когда же ты устанешь лгать? Ты правда думаешь, что кукловоды и инопланетяне и вся эта чушь существуют? Ты правда верила, что твой одноклассник — бог! Вы идеально подходите друг другу! Личинкоты, Оракулы, Пифии, Наблюдатели, Омникубы… и всё такое… Каждый день ты придумывала новую ложь! Я устала, так устала всё это поддерживать! Весь класс пытался преподать тебе урок. Но что бы мы ни делали, ты так и не поняла ничего! Иди умри! Анри больше не заботит это! Не смотри на меня! Иди уже умри!

    — Генриетта Уорхол · игра
16. «

    Если тебе что-то не нравится, сломай и поставь другое! Выброси неудачный вариант, кинь его во мрак и забудь про него!

    Если тебе что-то не нравится, сломай и поставь другое! Выброси неудачный вариант, кинь его во мрак и забудь про него!

    — Безумная Мита · игра
17. «

    Дерево от крови тёмно-красное. Разбух у рубанка старенький клин. Краснодеревщик — призвание прекрасное. Лаки, морилки, водочный сплин.

    Дерево от крови тёмно-красное. Разбух у рубанка старенький клин. Краснодеревщик — призвание прекрасное. Лаки, морилки, водочный сплин.
18. «

    — Убью! Убью! Пусти! Пусти! Пусти! Убью! Все равно, убью! Застрелю мерзавца! Отомщу! Пусти! Все равно, убью! Не прощу! — Ну вот, Алексей Васильевич... Ха-ха-ха. Наша дуэль и состоялась. Вы свой выстрел сделали, очередь за мной.

    — Убью! Убью! Пусти! Пусти! Пусти! Убью! Все равно, убью! Застрелю мерзавца! Отомщу! Пусти! Все равно, убью! Не прощу! — Ну вот, Алексей Васильевич... Ха-ха-ха. Наша дуэль и состоялась. Вы свой выстрел сделали, очередь за мной.

    — граф Мерзляев · фильм
19. «

    — Я участвовал в трех войнах, — начал он. — В семи больших сражениях. В бесчисленных рейдах, стычках, отчаянных оборонах и кровавых битвах всех сортов. Я сражался в пургу, в бурю, в полуночной тьме. Я сражался всю свою жизнь — то с одним врагом, то с другим, то с одним другом, то с другим. Я мало что знал, кроме войны. Я видел, как людей убивали за сказанное слово, за брошенный взгляд, вообще ни за что. Однажды женщина пыталась заколоть меня ножом за то, что я убил ее мужа, и я бросил ее в колодец. И это далеко не самое худшее. Жизнь для меня стоила меньше, чем грязь под ногами… Я бился в десяти поединках и выиграл их все, но я сражался не на той стороне и исходил из ложных побуждений. Я был безжалостен, жесток и труслив. Я поражал людей в спину, сжигал, топил, заваливал камнями, убивал их спящими, безоружными, убегающими. Я и сам не раз убегал. Я мог обмочиться от страха. Я просил подаяние, чтобы выжить. Я получил много тяжелых ран, я кричал и плакал от боли, как младенец, у которого отобрали материнскую грудь. Не сомневаюсь, что мир был бы лучше, если бы меня убили много лет назад, но этого не случилось, и я не знаю почему.

    — Я участвовал в трех войнах, — начал он. — В семи больших сражениях. В бесчисленных рейдах, стычках, отчаянных оборонах и кровавых битвах всех сортов. Я сражался в пургу, в бурю, в полуночной тьме. Я сражался всю свою жизнь — то с одним врагом, то с другим, то с одним другом, то с другим. Я мало что знал, кроме войны. Я видел, как людей убивали за сказанное слово, за брошенный взгляд, вообще ни за что. Однажды женщина пыталась заколоть меня ножом за то, что я убил ее мужа, и я бросил ее в колодец. И это далеко не самое худшее. Жизнь для меня стоила меньше, чем грязь под ногами… Я бился в десяти поединках и выиграл их все, но я сражался не на той стороне и исходил из ложных побуждений. Я был безжалостен, жесток и труслив. Я поражал людей в спину, сжигал, топил, заваливал камнями, убивал их спящими, безоружными, убегающими. Я и сам не раз убегал. Я мог обмочиться от страха. Я просил подаяние, чтобы выжить. Я получил много тяжелых ран, я кричал и плакал от боли, как младенец, у которого отобрали материнскую грудь. Не сомневаюсь, что мир был бы лучше, если бы меня убили много лет назад, но этого не случилось, и я не знаю почему.

    — Джо Аберкромби · книга
20. «

    Четырнадцатилетняя девочка не может спокойно смотреть на мясо. Когда в её присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист. Несколько месяцев назад в Воробьиную ночь к крестьянской хате недалеко от города Сарны пришли вооружённые люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей. Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребёнка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая «идея»: «Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубайте ей свинины!..» «Хлопцам» это предложение понравилось. Через несколько минут перед оцепеневшей от ужаса девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью отца и матери…

    Четырнадцатилетняя девочка не может спокойно смотреть на мясо. Когда в её присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист. Несколько месяцев назад в Воробьиную ночь к крестьянской хате недалеко от города Сарны пришли вооружённые люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей. Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребёнка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая «идея»: «Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубайте ей свинины!..» «Хлопцам» это предложение понравилось. Через несколько минут перед оцепеневшей от ужаса девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью отца и матери…

    — Ярослав Галан