Мрачные цитаты: 689 цитат

689 цитат в разделе «Мрачные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Снова, пробуждая этот тотальный ужас, бесконечные бессонные ночи в борьбе с собственными кошмарами...

   Снова, пробуждая этот тотальный ужас, бесконечные бессонные ночи в борьбе с собственными кошмарами...

   — Кэнди · игра
2. «

   В незапамятные времена боги сговорились обуздать созданную ими тёмную силу. Её окружили, усмирили и заключили в пантеон, но не смогли искоренить её основу. Она одна – именно она одна – набирала силы, в то время как прочие божества постепенно угасали в памяти смертных, поскольку она одна воплощала в себе тёмную изнанку по большей части милосердной вселенной – вселенной, реальность которой выковывалась тысячелетиями в сознании и богов, и людей. Но она не была продуктом сознания. Она явилась средоточием и остатком всех первобытных позывов и поступков, которые надеялись оставить позади десять тысячелетий сознательных устремлений. Поэма разворачивалась среди бессчётного множества рассказов, эпизодов, народных сказок. Все они обладали неизъяснимым вкусом правды. Каждая история выявляла прореху в заглушающей чувства ткани реальности, прореху, сквозь которую слабо слышалась Песнь Кали. Люди, места, точки во времени становились каналами, дырами, через которые изливалась могучая энергия. В наше [двадцатый век] столетие Песнь Кали стала хором. Дым от жертвоприношения поднялся к закрытой облаками обители Кали, и богиня пробудилась, чтобы услышать свою песнь.

   В незапамятные времена боги сговорились обуздать созданную ими тёмную силу. Её окружили, усмирили и заключили в пантеон, но не смогли искоренить её основу. Она одна – именно она одна – набирала силы, в то время как прочие божества постепенно угасали в памяти смертных, поскольку она одна воплощала в себе тёмную изнанку по большей части милосердной вселенной – вселенной, реальность которой выковывалась тысячелетиями в сознании и богов, и людей. Но она не была продуктом сознания. Она явилась средоточием и остатком всех первобытных позывов и поступков, которые надеялись оставить позади десять тысячелетий сознательных устремлений. Поэма разворачивалась среди бессчётного множества рассказов, эпизодов, народных сказок. Все они обладали неизъяснимым вкусом правды. Каждая история выявляла прореху в заглушающей чувства ткани реальности, прореху, сквозь которую слабо слышалась Песнь Кали. Люди, места, точки во времени становились каналами, дырами, через которые изливалась могучая энергия. В наше [двадцатый век] столетие Песнь Кали стала хором. Дым от жертвоприношения поднялся к закрытой облаками обители Кали, и богиня пробудилась, чтобы услышать свою песнь.

   — Дэн Симмонс · книга
3. «

   По Меди было четко видно, почему он до сих пор не врач или юрист в Бейруте: каждый умен, когда сбоку. Меди был прозорлив во всем, что его не касалось или что он лично никак изменить не мог. Как только дело подходило для него слишком к делу – вставай и действуй, он из эмпатичного и приятного человека превращался в расшатанный комок нервов, желающий одного: быстрее сдохнуть и ничего, никогда не решать.

   По Меди было четко видно, почему он до сих пор не врач или юрист в Бейруте: каждый умен, когда сбоку. Меди был прозорлив во всем, что его не касалось или что он лично никак изменить не мог. Как только дело подходило для него слишком к делу – вставай и действуй, он из эмпатичного и приятного человека превращался в расшатанный комок нервов, желающий одного: быстрее сдохнуть и ничего, никогда не решать.

   — Франц Вертфоллен · книга
4. «

   Я хочу, — пишет Рожецкий, — чтобы с особенной ясностью запечатлелась каждая буква этих названий. Эти названия нельзя забыть. Здесь были лагеря смерти. Здесь уничтожались фашистами невинные люди только за то, что они евреи.

   Я хочу, — пишет Рожецкий, — чтобы с особенной ясностью запечатлелась каждая буква этих названий. Эти названия нельзя забыть. Здесь были лагеря смерти. Здесь уничтожались фашистами невинные люди только за то, что они евреи.

   — Илья Эренбург · книга
5. «

   — Не забывай, принцесса-предательница, что никто, кроме меня, не отпустит тебе грехи. Придёт день — и твоё наказание будет в моих руках. — Дерзай. Только вот мои грехи — слишком тяжёлое бремя для детишек, вроде тебя.

   — Не забывай, принцесса-предательница, что никто, кроме меня, не отпустит тебе грехи. Придёт день — и твоё наказание будет в моих руках. — Дерзай. Только вот мои грехи — слишком тяжёлое бремя для детишек, вроде тебя.

   — Сэт (Seth the Unseen Assassin) · игра
6. «

   — У Вас есть дети? — Да. — А приёмные? — Угу. — Они называют Вас наркоманом? — Нет. — А меня — да. Но их больше нет. Когда видишь, как в землю опускаются три гроба, а ещё два на подходе, ты в отчаянии. Ты начинаешь думать о том, что жизнь так охрененно коротка.

   — У Вас есть дети? — Да. — А приёмные? — Угу. — Они называют Вас наркоманом? — Нет. — А меня — да. Но их больше нет. Когда видишь, как в землю опускаются три гроба, а ещё два на подходе, ты в отчаянии. Ты начинаешь думать о том, что жизнь так охрененно коротка.

   — Джуно Ашер · сериал
7. «

   Пока держусь, нахожусь, как говорится, в добром здравии, только вот лучше поменьше думать обо всем этом. Особенно когда остаёшься один. Вечерами. Не то вдруг накатывает прошлое и таращит на тебя мёртвые зенки. Впрочем, на то ведь и существует на свете шнапс.

   Пока держусь, нахожусь, как говорится, в добром здравии, только вот лучше поменьше думать обо всем этом. Особенно когда остаёшься один. Вечерами. Не то вдруг накатывает прошлое и таращит на тебя мёртвые зенки. Впрочем, на то ведь и существует на свете шнапс.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Сегодня полная луна. И кажется она нас преследует куда бы мы не пошли, но это просто иллюзия.

   Сегодня полная луна. И кажется она нас преследует куда бы мы не пошли, но это просто иллюзия.

   — Пайрон · аниме
9. «

   Я хочу, чтобы человечество запомнило этот урок, пусть они сражаются до полного отчаяния, и тогда поймут. Что только валькирии их могут спасти.

   Я хочу, чтобы человечество запомнило этот урок, пусть они сражаются до полного отчаяния, и тогда поймут. Что только валькирии их могут спасти.

   — Дженнаро Борджиа · игра
10. «

    Мне следовало умереть тогда. Но вы, доктор, вернули меня к жизни.

    Мне следовало умереть тогда. Но вы, доктор, вернули меня к жизни.

    — Йохан Либерт · аниме
11. «

    Червь всегда голоден. Он не может насытиться. Он пожирает нас, но такова цена защиты. За спокойствие в наших лесах мы готовы отдать всё.

    Червь всегда голоден. Он не может насытиться. Он пожирает нас, но такова цена защиты. За спокойствие в наших лесах мы готовы отдать всё.

    — Последователь · игра
12. «

    Но людям я не делал зла, И потому мои дела Не много пользы вам узнать; А душу можно ль рассказать?

    Но людям я не делал зла, И потому мои дела Не много пользы вам узнать; А душу можно ль рассказать?

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
13. «

    Я весь в борьбе. И пусть война без конца, но война до победы. И мне кажется, что вдали я вижу слабое мерцание солнечных лучей. А сейчас я обрекающий и обречённый.

    Я весь в борьбе. И пусть война без конца, но война до победы. И мне кажется, что вдали я вижу слабое мерцание солнечных лучей. А сейчас я обрекающий и обречённый.

    — Михаил Гордеевич Дроздовский
14. «

    Демонов извне можно победить свинцом и сталью. А внутренних – как?!

    Демонов извне можно победить свинцом и сталью. А внутренних – как?!

    — Сергей Валентинович Антонов · книга
15. «

    Восьмого июля восемьдесят первого года он пожаловался на боль в груди и был переведён в лазарет. Для снятия ЭКГ его развязали. Сестра наклонилась над ним и вот результат. Врачи с трудом вправили ей челюсть и спасли один глаз. Его пульс даже не участился, когда он пожирал её язык.

    Восьмого июля восемьдесят первого года он пожаловался на боль в груди и был переведён в лазарет. Для снятия ЭКГ его развязали. Сестра наклонилась над ним и вот результат. Врачи с трудом вправили ей челюсть и спасли один глаз. Его пульс даже не участился, когда он пожирал её язык.

    — Фредерик Чилтон · фильм
16. «

    – Знаешь что-нибудь о «Тайной вечере»? – Меньше, чем хотелось бы. – Эта сцена написана здесь [в Милане] далеко не впервые. Фрески с этим же сюжетом можно найти по всей Европе, но в ранних версиях Спаситель всегда изображён с нимбом. Считается, что так Да Винчи изобразил мысль, что все мы люди, никто не идеален. Люди одновременно всесильны и слабы, и неизбежно мы однажды предаём друг друга или жестоко разочаровываем, ибо в этом – наша сущность…

    – Знаешь что-нибудь о «Тайной вечере»? – Меньше, чем хотелось бы. – Эта сцена написана здесь [в Милане] далеко не впервые. Фрески с этим же сюжетом можно найти по всей Европе, но в ранних версиях Спаситель всегда изображён с нимбом. Считается, что так Да Винчи изобразил мысль, что все мы люди, никто не идеален. Люди одновременно всесильны и слабы, и неизбежно мы однажды предаём друг друга или жестоко разочаровываем, ибо в этом – наша сущность…

    — Миранда Пристли · фильм
17. «

    — В аду, знаете, порядок. — Ад — это не когда черти жарят тебя на сковородках, а когда ты сам становишься демоном.

    — В аду, знаете, порядок. — Ад — это не когда черти жарят тебя на сковородках, а когда ты сам становишься демоном.
18. «

    — Галлифрей... ты его сожжешь? А с ним всех Далеков, но и всех детей тоже. Сколько детей, сейчас на Галлифрее? — Не знаю. — Однажды ты их подсчитаешь. Одной ужасной ночью.

    — Галлифрей... ты его сожжешь? А с ним всех Далеков, но и всех детей тоже. Сколько детей, сейчас на Галлифрее? — Не знаю. — Однажды ты их подсчитаешь. Одной ужасной ночью.

    — Военный доктор · фильм
19. «

    Мы помним тех, кто утонул во тьме. Их лик живёт, хоть и скрывается во мгле. Нас учат помнить их, как мудрость древних лет… В безмолвии искать на думу свой ответ.

    Мы помним тех, кто утонул во тьме. Их лик живёт, хоть и скрывается во мгле. Нас учат помнить их, как мудрость древних лет… В безмолвии искать на думу свой ответ.
20. «

    Война порождает множество грехов…

    Война порождает множество грехов…

    — Мадлен Миллер · книга