780 цитат «Познавательные цитаты»: от коротких до развёрнутых

Подборка «Познавательные цитаты»: 780 проверенных временем высказываний, которые не оставят равнодушным.

1. «

   Лучший способ что-то продать — это убедить клиента, что он не тратит деньги, а их зарабатывает. Что покупка — это или получить предмет практически даром, а еще лучше, что покупка принесет какие-то деньги.

   Лучший способ что-то продать — это убедить клиента, что он не тратит деньги, а их зарабатывает. Что покупка — это или получить предмет практически даром, а еще лучше, что покупка принесет какие-то деньги.

   — Дэн Кеннеди
2. «

   Не бывает обстоятельств столь несчастных, чтобы умный человек не мог извлечь из них какую-нибудь выгоду, но не бывает и столь счастливых, чтобы безрассудный не мог обратить их против себя.

   Не бывает обстоятельств столь несчастных, чтобы умный человек не мог извлечь из них какую-нибудь выгоду, но не бывает и столь счастливых, чтобы безрассудный не мог обратить их против себя.

   — Франсуа де Ларошфуко
3. «

   Внимание — это микроскоп для взгляда в самого себя.

   Внимание — это микроскоп для взгляда в самого себя.

   — Дейл Карнеги · книга
4. «

   Помните, одиночество не является драгоценным украшением, но плата за одиночество дороже покупки ювелирных украшений с драгоценными камнями!

   Помните, одиночество не является драгоценным украшением, но плата за одиночество дороже покупки ювелирных украшений с драгоценными камнями!

   — Наталья Владимировна Бурмакина
5. «

   Секрет хорошего злодея — в отсутствии эмпатии. В «Старикам здесь не место» показано чистое зло. Даже капля эмпатии дает человеку надежду. Главный герой в фильме не проявляет ни капли эмпатии, и это чертовски пугает.

   Секрет хорошего злодея — в отсутствии эмпатии. В «Старикам здесь не место» показано чистое зло. Даже капля эмпатии дает человеку надежду. Главный герой в фильме не проявляет ни капли эмпатии, и это чертовски пугает.

   — Хавьер Бардем
6. «

   Наивность женщин – миф, бережно хранимый во благо мужчин.

   Наивность женщин – миф, бережно хранимый во благо мужчин.

   — Алиса Пожидаева · книга
7. «

   Кто яблоко в день съедает, у того доктор не бывает.

   Кто яблоко в день съедает, у того доктор не бывает.

   — Английские пословицы и поговорки
8. «

   Допустим, если ты освоила один романский язык, – например, испанский, то тут же рядышком лежат похожие пласты – португальский, итальянский, румынский. А если одолела один германский – английский или немецкий, то для тебя открыты и многие соседние – к примеру, шведский, датский, норвежский. И с каждым новым языком усилий и времени тратится всё меньше.

   Допустим, если ты освоила один романский язык, – например, испанский, то тут же рядышком лежат похожие пласты – португальский, итальянский, румынский. А если одолела один германский – английский или немецкий, то для тебя открыты и многие соседние – к примеру, шведский, датский, норвежский. И с каждым новым языком усилий и времени тратится всё меньше.

   — Ярослав Игоревич Старобогатов
9. «

   Мир человека с биполярным расстройством — это мир необдуманных решений.

   Мир человека с биполярным расстройством — это мир необдуманных решений.

   — Кэрри Фишер
10. «

    Своя правда самая правдивая. А чужая правда тебе до сих-самых, пока не коснётся тебя лично.

    Своя правда самая правдивая. А чужая правда тебе до сих-самых, пока не коснётся тебя лично.

    — Андрей Ангелов · книга
11. «

    Интеллигентного человека характеризует прежде всего уважительное отношение к окружающему и окружающим, сознание того, что он не обла­дает полнотой знаний, а находится только на пути к знаниям.

    Интеллигентного человека характеризует прежде всего уважительное отношение к окружающему и окружающим, сознание того, что он не обла­дает полнотой знаний, а находится только на пути к знаниям.

    — Дмитрий Сергеевич Лихачёв · книга
12. «

    ...русский не тот, кто носит русскую фамилию, а тот, кто любит Россию и считает её своим отечеством. Относиться так к своему отечеству, как это делали Милюков сотоварищи в марте и апреле 1917 года, могли только враги.

    ...русский не тот, кто носит русскую фамилию, а тот, кто любит Россию и считает её своим отечеством. Относиться так к своему отечеству, как это делали Милюков сотоварищи в марте и апреле 1917 года, могли только враги.

    — Армен Гаспарян · книга
13. «

    Еще мой любимый университетский профессор говорил, что за первой волной модернизации, технологической, придет другая, глубинная. Модернизация сознания. Люди потребуют от политиков большей открытости, от звезд – прекращения купеческого разгула, от правительств – экологической сознательности.

    Еще мой любимый университетский профессор говорил, что за первой волной модернизации, технологической, придет другая, глубинная. Модернизация сознания. Люди потребуют от политиков большей открытости, от звезд – прекращения купеческого разгула, от правительств – экологической сознательности.

    — Натали Портман
14. «

    Акты жестокости, направленные преимущественно на женщин и совершаемые в присутствии членов их семей, — не что иное, как агрессия, направленная на фигуру матери.

    Акты жестокости, направленные преимущественно на женщин и совершаемые в присутствии членов их семей, — не что иное, как агрессия, направленная на фигуру матери.

    — Томас Харрис · книга
15. «

    Чтобы сохранить ясный рассудок, необходимо каждый день определённую часть времени посвящать исключительно себе, собственным интересам.

    Чтобы сохранить ясный рассудок, необходимо каждый день определённую часть времени посвящать исключительно себе, собственным интересам.

    — Кристофер Паолини · книга
16. «

    ... Большинство людей забыли, что все старые истории, так или иначе, повествуют о крови.

    ... Большинство людей забыли, что все старые истории, так или иначе, повествуют о крови.

    — Терри Пратчетт
17. «

    Там, в мозгу, ведь нет никаких слов, чувств. Воспоминание человека — образ, записанный языком нуклеиновых кислот на макромолекулярных апериодических кристаллах.

    Там, в мозгу, ведь нет никаких слов, чувств. Воспоминание человека — образ, записанный языком нуклеиновых кислот на макромолекулярных апериодических кристаллах.

    — Станислав Лем · книга
18. «

    В России читают умные книжки двести тысяч человек. Ну, триста. Ещё триста читают чудовищные книжки, лучше б вообще не умели читать. В России слушают умную музыку триста тысяч человек. Ну, пятьсот. Ещё пятьдесят миллионов слушают такое, чтоб лучше б даже не знать что. В России смотрят умное кино те же двести, триста, пятьсот тысяч человек. Хорошо, уговорили, миллион. Остальные не смотрят умное кино. Смотрят глупое. Ну и что? <...> Наш огромный и умный народ ничего никому не должен. Если мы хотим, чтоб он умнел, придётся это делать на государственном уровне. Мусор отовсюду выгребать, а подавать народу только качественную выпечку и свежевыжатые соки. Чтоб выбор был только между хорошим, прекрасным и шедевральным. Иначе будут вам вечные «Ёлки», палки и копалки. Не хотите – как хотите. Но главное – не льстить себе. По сравнению с нами советские граждане образца 1975 года – люди иной цивилизации. Они (десятки миллионов!) ходили на фильмы Шукшина и Германа, и – миллионы! – читали Стругацких и Распутина. И стадионами слушали стихи. Которые сейчас тиражом в 500 экземпляров годами продаются.

    В России читают умные книжки двести тысяч человек. Ну, триста. Ещё триста читают чудовищные книжки, лучше б вообще не умели читать. В России слушают умную музыку триста тысяч человек. Ну, пятьсот. Ещё пятьдесят миллионов слушают такое, чтоб лучше б даже не знать что. В России смотрят умное кино те же двести, триста, пятьсот тысяч человек. Хорошо, уговорили, миллион. Остальные не смотрят умное кино. Смотрят глупое. Ну и что? <...> Наш огромный и умный народ ничего никому не должен. Если мы хотим, чтоб он умнел, придётся это делать на государственном уровне. Мусор отовсюду выгребать, а подавать народу только качественную выпечку и свежевыжатые соки. Чтоб выбор был только между хорошим, прекрасным и шедевральным. Иначе будут вам вечные «Ёлки», палки и копалки. Не хотите – как хотите. Но главное – не льстить себе. По сравнению с нами советские граждане образца 1975 года – люди иной цивилизации. Они (десятки миллионов!) ходили на фильмы Шукшина и Германа, и – миллионы! – читали Стругацких и Распутина. И стадионами слушали стихи. Которые сейчас тиражом в 500 экземпляров годами продаются.

    — Захар Прилепин
19. «

    И простой шаг простого мужественного человека: не участвовать во лжи, не поддерживать ложных действий! Пусть это приходит в мир и даже царит в мире — но не через меня. Писателям же и художникам доступно больше: победить ложь!

    И простой шаг простого мужественного человека: не участвовать во лжи, не поддерживать ложных действий! Пусть это приходит в мир и даже царит в мире — но не через меня. Писателям же и художникам доступно больше: победить ложь!

    — Александр Солженицын
20. «

    Часто оказывалось, что спасались те, кто спасал других — стоял в очередях, добывал дрова, ухаживал, жертвовал коркой хлеба, кусочком сахара… Не всегда, но часто. Сострадание и милосердие — это типичные чувства блокадной жизни. Конечно, и спасатели умирали, но поражало меня то, как им помогала душа не расчеловечиваться. Как люди, кто остался в городе и не принимал участия в военных действиях, смогли остаться людьми. Когда мы писали «Блокадную книгу», мы задавались вопросом — как же так, ведь немцы знали о том, что происходит в городе, от перебежчиков, от разведки. Они знали об этом кошмаре, об ужасах не только голода, — от всего, что происходило. Но они продолжали ждать. Ждали 900 дней. Ведь воевать с солдатами — это да, война — это солдатское дело. Но здесь голод воевал вместо солдат. Я, будучи на переднем крае, долго не мог простить немцев за это. Я возненавидел немцев не только как противников, солдат вермахта, но и как тех, кто вопреки всем законам воинской чести, солдатского достоинства, офицерских традиций уничтожал людей. Я понимал, что война — это всегда грязь, кровь, — любая война... Наша армия несла огромные потери — до трети личного состава. <...> Вы знаете, существует такое сакральное пространство. Когда человек возвращается в сострадание и духовность. В конечном счёте всегда торжествует не сила, а справедливость и правда. И это чудо победы, любовь к жизни, к человеку...

    Часто оказывалось, что спасались те, кто спасал других — стоял в очередях, добывал дрова, ухаживал, жертвовал коркой хлеба, кусочком сахара… Не всегда, но часто. Сострадание и милосердие — это типичные чувства блокадной жизни. Конечно, и спасатели умирали, но поражало меня то, как им помогала душа не расчеловечиваться. Как люди, кто остался в городе и не принимал участия в военных действиях, смогли остаться людьми. Когда мы писали «Блокадную книгу», мы задавались вопросом — как же так, ведь немцы знали о том, что происходит в городе, от перебежчиков, от разведки. Они знали об этом кошмаре, об ужасах не только голода, — от всего, что происходило. Но они продолжали ждать. Ждали 900 дней. Ведь воевать с солдатами — это да, война — это солдатское дело. Но здесь голод воевал вместо солдат. Я, будучи на переднем крае, долго не мог простить немцев за это. Я возненавидел немцев не только как противников, солдат вермахта, но и как тех, кто вопреки всем законам воинской чести, солдатского достоинства, офицерских традиций уничтожал людей. Я понимал, что война — это всегда грязь, кровь, — любая война... Наша армия несла огромные потери — до трети личного состава. <...> Вы знаете, существует такое сакральное пространство. Когда человек возвращается в сострадание и духовность. В конечном счёте всегда торжествует не сила, а справедливость и правда. И это чудо победы, любовь к жизни, к человеку...

    — Даниил Гранин