782 цитаты «Познавательные цитаты» без воды

Подборка «Познавательные цитаты»: 782 проверенных временем высказываний, которые не оставят равнодушным.

1. «

   Нет никакого закона, согласно которому после 65 люди должны жрать собачий корм, становиться ненужными и поскорее умирать. В старости нет ничего плохого хотя бы потому, что она приходит ко всем, кто до нее дожил. Но старость — это как враг. Лучше с ним договориться, чем вступать в бой.

   Нет никакого закона, согласно которому после 65 люди должны жрать собачий корм, становиться ненужными и поскорее умирать. В старости нет ничего плохого хотя бы потому, что она приходит ко всем, кто до нее дожил. Но старость — это как враг. Лучше с ним договориться, чем вступать в бой.

   — Шер
2. «

   Нельзя изменить мир к лучшему через кровь и убийства. Человеческая жизнь — высшая ценность, никто не вправе её отнимать.

   Нельзя изменить мир к лучшему через кровь и убийства. Человеческая жизнь — высшая ценность, никто не вправе её отнимать.

   — Нюхач · сериал
3. «

   Боль жизни гораздо могущественнее интереса к жизни. Вот отчего религия всегда будет одолевать философию.

   Боль жизни гораздо могущественнее интереса к жизни. Вот отчего религия всегда будет одолевать философию.

   — Василий Розанов · книга
4. «

   Месть — это не дело государства. Государство занимается обеспечением безопасности своих граждан.

   Месть — это не дело государства. Государство занимается обеспечением безопасности своих граждан.

   — Яков Кедми
5. «

   Нам нужна мечта, надежда, утопия. Утопия — это великое открытие. Если люди не изобретут новую, на первый взгляд никому не нужную утопию, то они не выживут в качестве людей. Нам нужна сказка: людям важно, в какой они верят туман и какая им верится сказка.

   Нам нужна мечта, надежда, утопия. Утопия — это великое открытие. Если люди не изобретут новую, на первый взгляд никому не нужную утопию, то они не выживут в качестве людей. Нам нужна сказка: людям важно, в какой они верят туман и какая им верится сказка.

   — Александр Александрович Зиновьев
6. «

   К сожалению, правда открывается лишь тому, кто её достоин. Кто готов отдать за неё годы жизни.

   К сожалению, правда открывается лишь тому, кто её достоин. Кто готов отдать за неё годы жизни.

   — Орочимару · аниме
7. «

   У артиста не право, а обязанность выходить на сцену красивым.

   У артиста не право, а обязанность выходить на сцену красивым.

   — Эдита Пьеха
8. «

   Обнажая тело, женщина соблазняет не мужчину, она соблазняет себя на ласки этого тела мужскими руками.

   Обнажая тело, женщина соблазняет не мужчину, она соблазняет себя на ласки этого тела мужскими руками.

   — Оскар Боэций
9. «

   Капитал... избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 %, и капитал согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживлённым, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами.

   Капитал... избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 %, и капитал согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживлённым, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами.

   — Томас Джозеф Даннинг
10. «

    Самое страшное чудовище — то, которое обладает разумом.

    Самое страшное чудовище — то, которое обладает разумом.

    — Тимур Айтбаев · книга
11. «

    На Сахалин еду я совершенно уверенный, что моя поездка не даст ценного вклада ни в литературу, ни в науку: не хватит на это ни знаний, ни времени, ни претензий. Я хочу написать хоть 100—200 страниц и этим немножко заплатить своей медицине, перед которой я, как вам известно, свинья. Быть может, я не сумею ничего написать, но все-таки поездка не теряет для меня своего аромата: читая, глядя по сторонам и слушая, я многое узнаю и выучу.

    На Сахалин еду я совершенно уверенный, что моя поездка не даст ценного вклада ни в литературу, ни в науку: не хватит на это ни знаний, ни времени, ни претензий. Я хочу написать хоть 100—200 страниц и этим немножко заплатить своей медицине, перед которой я, как вам известно, свинья. Быть может, я не сумею ничего написать, но все-таки поездка не теряет для меня своего аромата: читая, глядя по сторонам и слушая, я многое узнаю и выучу.

    — Антон Павлович Чехов
12. «

    Реакция женщин на уход мужа разная. Одни помогают собрать чемодан, другие устраивают истерики. В первом случае муж, как ни странно, обычно возвращается.

    Реакция женщин на уход мужа разная. Одни помогают собрать чемодан, другие устраивают истерики. В первом случае муж, как ни странно, обычно возвращается.

    — Дмитрий Нагиев
13. «

    Страх перед проступком низким и недостойным есть мужество.

    Страх перед проступком низким и недостойным есть мужество.

    — Бенджамин Джонсон (Бен Джонсон)
14. «

    Есть одно правило для промышленника и оно в том, чтобы производить товар наилучшего качества по насколько возможной, низкой цене, платя как можно более высокую зарплату.

    Есть одно правило для промышленника и оно в том, чтобы производить товар наилучшего качества по насколько возможной, низкой цене, платя как можно более высокую зарплату.

    — Генри Форд
15. «

    Если человек решил убить и для этого готов погибнуть — тут никакая охрана не поможет.

    Если человек решил убить и для этого готов погибнуть — тут никакая охрана не поможет.

    — Павел Дмитриевич Белов · сериал
16. «

    Я приметил из многочисленных примеров, что русский народ очень терпелив и терпит до самой крайности; но когда конец положит своему терпению, то ничто не может его удержать, чтобы не преклонился на жестокость.

    Я приметил из многочисленных примеров, что русский народ очень терпелив и терпит до самой крайности; но когда конец положит своему терпению, то ничто не может его удержать, чтобы не преклонился на жестокость.

    — Александр Николаевич Радищев · книга
17. «

    Следует тебе, господин, заботиться о порученном тебе Богом славном христианском стаде. Иди против безбожных, и если Бог поможет тебе, ты победишь и невредимым в своё отечество с великой честью вернешься.

    Следует тебе, господин, заботиться о порученном тебе Богом славном христианском стаде. Иди против безбожных, и если Бог поможет тебе, ты победишь и невредимым в своё отечество с великой честью вернешься.

    — Сергий Радонежский
18. «

    Несмотря на воспитание, опыт, окружение, наставления — некоторые люди просто не могут не разрушать. В их природе заложено причинять другим страдания, боль, испытывать ненависть ко всем и вся.

    Несмотря на воспитание, опыт, окружение, наставления — некоторые люди просто не могут не разрушать. В их природе заложено причинять другим страдания, боль, испытывать ненависть ко всем и вся.

    — Фёдоров. · сериал
19. «

    Между прочим. Мексика — первая капиталистическая страна, в которой я побывал. И, к моему великому удивлению, всё негативное, что говорилось и писалось у нас про малоразвитые страны и капитализм, оказалось правдой. (Очень, очень мало очень богатых и очень, очень много очень бедных… Ну и остальной набор: трущобы, безработные, малолетние проститутки, официальная продажность чиновников и так далее.) Сейчас-то всё это мы испытали на себе, а тогда я считал, что это полёт больной фантазии советской пропаганды.

    Между прочим. Мексика — первая капиталистическая страна, в которой я побывал. И, к моему великому удивлению, всё негативное, что говорилось и писалось у нас про малоразвитые страны и капитализм, оказалось правдой. (Очень, очень мало очень богатых и очень, очень много очень бедных… Ну и остальной набор: трущобы, безработные, малолетние проститутки, официальная продажность чиновников и так далее.) Сейчас-то всё это мы испытали на себе, а тогда я считал, что это полёт больной фантазии советской пропаганды.

    — Георгий Данелия · книга
20. «

    Когда в своих «Марсианских хрониках» Рэй Брэдбери наделил Марс дождем и пригодной для жизни атмосферой, пуристы от научной фантастики ворчали: такого просто быть не может. В предыдущем столетии астрономы – и писатели, подобные Герберту Уэллсу, которые заимствовали кое-что из их трудов, стремясь придать научно-фантастическому жанру соблазнительную достоверность, – считали Марс похожим на Землю. Уж если и возможна жизнь на другой планете, полагали они, то, скорее всего, именно там. Но к середине 50-х годов XX века, когда были изданы «Марсианские хроники», оценивать шансы на это стали иначе. Ученые сочли: климат на Марсе удушающе засушлив и невероятно суров, да и слишком холоден для дождя. Брэдбери вовсе не старался соответствовать актуальным научным воззрениям. На любой планете его гораздо больше интересовали человеческие судьбы. Он создал еще и дождливую Венеру, но вовсе не потому, что тогдашние ученые считали ее болотом галактики. Брэдбери просто любил дождь, который был, как любимый шерстяной свитер, созвучен его печали.

    Когда в своих «Марсианских хрониках» Рэй Брэдбери наделил Марс дождем и пригодной для жизни атмосферой, пуристы от научной фантастики ворчали: такого просто быть не может. В предыдущем столетии астрономы – и писатели, подобные Герберту Уэллсу, которые заимствовали кое-что из их трудов, стремясь придать научно-фантастическому жанру соблазнительную достоверность, – считали Марс похожим на Землю. Уж если и возможна жизнь на другой планете, полагали они, то, скорее всего, именно там. Но к середине 50-х годов XX века, когда были изданы «Марсианские хроники», оценивать шансы на это стали иначе. Ученые сочли: климат на Марсе удушающе засушлив и невероятно суров, да и слишком холоден для дождя. Брэдбери вовсе не старался соответствовать актуальным научным воззрениям. На любой планете его гораздо больше интересовали человеческие судьбы. Он создал еще и дождливую Венеру, но вовсе не потому, что тогдашние ученые считали ее болотом галактики. Брэдбери просто любил дождь, который был, как любимый шерстяной свитер, созвучен его печали.

    — Синтия Барнетт · книга