500 цитат Вдохновляющие цитаты, которые цепляют

Мы собрали 500 лучших фраз — Вдохновляющие цитаты. От коротких до развёрнутых.

1. «

   — Атай (папа), — обращается он, не отрывая глаз от звезд, — у неба тоже душа есть, да? — Душа?... Какая же может быть у него душа? Там же люди не живут. — А почему оно постоянно мерцает, шевелится? — Это звезды тебе подмаргивают, Нурик. Ты им тоже подмигни, а то обидятся! Молчание. Мальчик снова спрашивает: — Папа, а сколько на небе звезд? — Сколько?— Отец озабоченно вглядывается в небо.— Много, очень много...— Чтобы перед ребенком не уронить достоинства и не попасть впросак, важно добавляет:— Мульон их, мульон... А вопросам мальчугана конца-краю нет. — Папа, а вон там что-то белеет, как наша Бирь зимой. Что это? Река? На небе тоже есть реки? — Это? Это Млечный Путь называется, сынок. По-на­шему — Птичий путь. — Птичий? Пап, оттуда, что ли, прилетают к нам птицы? — Оттуда... — Потому они и не блуждают, да? — Потому и не блуждают...

   — Атай (папа), — обращается он, не отрывая глаз от звезд, — у неба тоже душа есть, да? — Душа?... Какая же может быть у него душа? Там же люди не живут. — А почему оно постоянно мерцает, шевелится? — Это звезды тебе подмаргивают, Нурик. Ты им тоже подмигни, а то обидятся! Молчание. Мальчик снова спрашивает: — Папа, а сколько на небе звезд? — Сколько?— Отец озабоченно вглядывается в небо.— Много, очень много...— Чтобы перед ребенком не уронить достоинства и не попасть впросак, важно добавляет:— Мульон их, мульон... А вопросам мальчугана конца-краю нет. — Папа, а вон там что-то белеет, как наша Бирь зимой. Что это? Река? На небе тоже есть реки? — Это? Это Млечный Путь называется, сынок. По-на­шему — Птичий путь. — Птичий? Пап, оттуда, что ли, прилетают к нам птицы? — Оттуда... — Потому они и не блуждают, да? — Потому и не блуждают...

   — Ибрагим Абдуллин · книга
2. «

   И женщины с бойцами встанут рядом, И дети нам патроны поднесут, И надо всеми нами зацветут Старинные знамена Петрограда.

   И женщины с бойцами встанут рядом, И дети нам патроны поднесут, И надо всеми нами зацветут Старинные знамена Петрограда.

   — Ольга Берггольц
3. «

   — Да... Господь сказал — не убий! И он же сказал: «Нет больше любви, как если кто положит душу свою за други своя». Где же правда? — Когда враг угрожает тебе лично, то можешь и стерпеть... Но если смерть угрожает нашим близким, то долг твой — в руки взять оружие и защитить!

   — Да... Господь сказал — не убий! И он же сказал: «Нет больше любви, как если кто положит душу свою за други своя». Где же правда? — Когда враг угрожает тебе лично, то можешь и стерпеть... Но если смерть угрожает нашим близким, то долг твой — в руки взять оружие и защитить!

   — князь Владимир · мультфильм
4. «

   Учиться следует, Отбросив стыд, Задавая вопросы. Это и становится Основой мастерства.

   Учиться следует, Отбросив стыд, Задавая вопросы. Это и становится Основой мастерства.

   — Сэн-но Рикю
5. «

   Пусть рожь колосится под солнцем В моих озорных волосах! Пусть сердце за мир этот бьется! И бури грохочут в глазах!

   Пусть рожь колосится под солнцем В моих озорных волосах! Пусть сердце за мир этот бьется! И бури грохочут в глазах!
6. «

   Мало кто знает, каково это — стать идеальной версией самого себя…

   Мало кто знает, каково это — стать идеальной версией самого себя…

   — Эдди Морра · фильм
7. «

   Две вещи поражают моё воображение: звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас.

   Две вещи поражают моё воображение: звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас.

   — Иммануил Кант
8. «

   Почему? Почему люди всегда смотрят в небо? Почему вы так стараетесь летать, когда у вас нет крыльев? Мы используем то, что нам дано. Мы будем бежать — на собственных ногах так долго как надо!

   Почему? Почему люди всегда смотрят в небо? Почему вы так стараетесь летать, когда у вас нет крыльев? Мы используем то, что нам дано. Мы будем бежать — на собственных ногах так долго как надо!

   — Киба · аниме
9. «

   Каждая долина помнит свою битву.

   Каждая долина помнит свою битву.

   — Вальтер Скотт
10. «

    Весна — это победа. Над голодом, над зимой, и, если хотите, над смертью.

    Весна — это победа. Над голодом, над зимой, и, если хотите, над смертью.

    — фрау Заурих · сериал
11. «

    Побалуй себя одиночеством. Окунись в него, как в горячую ванну. Там подлинная ты, какой тебя никто не знает. Ты и сама себя истинную не знаешь, но узнаешь — для этого тебе подарена роскошь побыть одинокой.

    Побалуй себя одиночеством. Окунись в него, как в горячую ванну. Там подлинная ты, какой тебя никто не знает. Ты и сама себя истинную не знаешь, но узнаешь — для этого тебе подарена роскошь побыть одинокой.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    Постоянное движение вверх, боль и желание выйти на следующий уровень — это никто не фотографирует, об этом не хочется вспоминать. Мы хотим помнить лишь вид с вершины — захватывающий дух, момент на краю мира. Вот зачем мы продолжаем идти вверх. Этот момент стоит испытанной боли. Как это ни странно — он стоит всего на свете.

    Постоянное движение вверх, боль и желание выйти на следующий уровень — это никто не фотографирует, об этом не хочется вспоминать. Мы хотим помнить лишь вид с вершины — захватывающий дух, момент на краю мира. Вот зачем мы продолжаем идти вверх. Этот момент стоит испытанной боли. Как это ни странно — он стоит всего на свете.

    — Мередит Грей · сериал
13. «

    Если многолетней истории нашего острова все таки суждено закончиться, то наш долг — не допустить этого, пока каждый из нас не захлебнется в собственной крови, лежа на родной земле.

    Если многолетней истории нашего острова все таки суждено закончиться, то наш долг — не допустить этого, пока каждый из нас не захлебнется в собственной крови, лежа на родной земле.

    — Уинстон Черчилль
14. «

    Можно много раз умирать и рождаться за время одной жизни, и чем больше раз мы умираем и рождаемся, тем лучше. Это я и пытаюсь донести в своих книгах: мы всё равно умрём и ничего с собой не заберем. Нам нечего терять, кроме жизни. Тогда какой смысл терпеть и прозябать? Ведь можно рисковать, разбивать свое сердце, падать и вставать, бросаться в неизведанное, ЖИТЬ.

    Можно много раз умирать и рождаться за время одной жизни, и чем больше раз мы умираем и рождаемся, тем лучше. Это я и пытаюсь донести в своих книгах: мы всё равно умрём и ничего с собой не заберем. Нам нечего терять, кроме жизни. Тогда какой смысл терпеть и прозябать? Ведь можно рисковать, разбивать свое сердце, падать и вставать, бросаться в неизведанное, ЖИТЬ.

    — Мария Фариса
15. «

    Думаю, самые красивые люди — те, кто не просто производит впечатление. Они трогают вас до глубины души.

    Думаю, самые красивые люди — те, кто не просто производит впечатление. Они трогают вас до глубины души.

    — Белла Хадид
16. «

    Между прежней и новой жизнью та же разница, что между блеском и светом: свет имеет определенный источник и ярок сам по себе, блеск сверкает заемными лучами.

    Между прежней и новой жизнью та же разница, что между блеском и светом: свет имеет определенный источник и ярок сам по себе, блеск сверкает заемными лучами.

    — Луций Анней Сенека · книга
17. «

    Ни один диктатор, ни один захватчик не может вечно удерживать покорённое население одной лишь силой оружия. Во Вселенной нет более могучей силы, нежели жажда свободы. Против этой силы не смогут устоять ни правительства, ни тираны, ни армии...

    Ни один диктатор, ни один захватчик не может вечно удерживать покорённое население одной лишь силой оружия. Во Вселенной нет более могучей силы, нежели жажда свободы. Против этой силы не смогут устоять ни правительства, ни тираны, ни армии...

    — Гражданин Г'Кар · сериал
18. «

    Книги — словно маяк спасают иного путника от беспощадных волн бессмысленности.

    Книги — словно маяк спасают иного путника от беспощадных волн бессмысленности.

    — Бекнур Кисиков · книга
19. «

    Я люблю белый Петербург, снежную зиму, лёгкий бег саней по широким проспектам, огромную, скованную льдом реку и мрачные дворцы.

    Я люблю белый Петербург, снежную зиму, лёгкий бег саней по широким проспектам, огромную, скованную льдом реку и мрачные дворцы.

    — Гастон Леру
20. «

    Джон Ирод: — Знаешь что, я буду добрым самаритянином. Где у тебя самый дешёвый револьвер? Не с витрины, я имею в виду самую дешёвую железку в этом жалком магазине? «Малыш»: — Хорошо, пять долларов. Джон Ирод: — Продано! [«Малыш» заряжает револьвер] Что ты делаешь? Проповедника хранит Господь, ему нужна только одна пуля. Только одна. Иначе он перестреляет весь город, чтобы только удрать отсюда. «Малыш»: — Револьвер стреляет нормально, иначе я не стал бы его продавать. Корт: — Не волнуйся, я не буду стрелять. Джон Ирод: — Конечно, будешь. Я знаю тебя, Корт. Когда дойдёт до дела — ты нажмешь спуск.

    Джон Ирод: — Знаешь что, я буду добрым самаритянином. Где у тебя самый дешёвый револьвер? Не с витрины, я имею в виду самую дешёвую железку в этом жалком магазине? «Малыш»: — Хорошо, пять долларов. Джон Ирод: — Продано! [«Малыш» заряжает револьвер] Что ты делаешь? Проповедника хранит Господь, ему нужна только одна пуля. Только одна. Иначе он перестреляет весь город, чтобы только удрать отсюда. «Малыш»: — Револьвер стреляет нормально, иначе я не стал бы его продавать. Корт: — Не волнуйся, я не буду стрелять. Джон Ирод: — Конечно, будешь. Я знаю тебя, Корт. Когда дойдёт до дела — ты нажмешь спуск.

    — Джон Ирод · фильм