66 цитат из книги «Анатолий Виноградов. Три цвета времени» — большая подборка

66 цитат из книги «Анатолий Виноградов. Три цвета времени» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Дело всегда кончалось очень просто: после третьего визита с пятисотфранковым билетом женщины обыкновенно забывали о том, что у него дурная внешность, и видели перед собою только огромный пятисотфранковый билет.

   Дело всегда кончалось очень просто: после третьего визита с пятисотфранковым билетом женщины обыкновенно забывали о том, что у него дурная внешность, и видели перед собою только огромный пятисотфранковый билет.

   — Мериме · книга
2. «

   Всякие мечты о человеческом счастии, о правильном устройстве человеческого общества являются занятием в высшей степени вредным, порождающим массу ложных теорий.

   Всякие мечты о человеческом счастии, о правильном устройстве человеческого общества являются занятием в высшей степени вредным, порождающим массу ложных теорий.

   — Бенжамен Констан · книга
3. «

   У господина Лаффита за чаем и сигарами обсуждали способы организации следующих выборов. Гизо предлагал довольно простое мероприятие. Оно, конечно, потребует расходов, но окупится вполне. Надо швырнуть золотой мешок в провинцию и назвать своих кандидатов в каждом округе. Депутатов, избранных помимо списков министерства внутренних дел тотчас же по приезде в Париж обеспечить всем необходимым, дать аренды и побочные заработки, чтобы из врагов превратить в друзей.

   У господина Лаффита за чаем и сигарами обсуждали способы организации следующих выборов. Гизо предлагал довольно простое мероприятие. Оно, конечно, потребует расходов, но окупится вполне. Надо швырнуть золотой мешок в провинцию и назвать своих кандидатов в каждом округе. Депутатов, избранных помимо списков министерства внутренних дел тотчас же по приезде в Париж обеспечить всем необходимым, дать аренды и побочные заработки, чтобы из врагов превратить в друзей.
4. «

   — Что представляет собою единственное сословие, способное сейчас как-то существовать? Это, конечно, буржуазия с ее черствым стремлением время превратить в деньги. — Вот тут-то и начинаются все возможности. Как только время перешло в деньги, так деньги открывают человеку возможность делать все. Он настоящий повелитель вселенной, он прокладывает дороги, строит города, насаждает леса, изобретает машины, он кормит голодных, он дает заработок целому краю.

   — Что представляет собою единственное сословие, способное сейчас как-то существовать? Это, конечно, буржуазия с ее черствым стремлением время превратить в деньги. — Вот тут-то и начинаются все возможности. Как только время перешло в деньги, так деньги открывают человеку возможность делать все. Он настоящий повелитель вселенной, он прокладывает дороги, строит города, насаждает леса, изобретает машины, он кормит голодных, он дает заработок целому краю.

   — Анри Бейль · книга
5. «

   Жизнь хороша только тогда, когда центром тяжести становится то, что у меня не отнимут.

   Жизнь хороша только тогда, когда центром тяжести становится то, что у меня не отнимут.

   — Анри Бейль · книга
6. «

   Устройство общественных отношений базируется на правильном распределении власти между богатыми и бедными. Но бедность имеет слишком много предрассудков, и только богатый имеет право решать, какие законы нужны стране.

   Устройство общественных отношений базируется на правильном распределении власти между богатыми и бедными. Но бедность имеет слишком много предрассудков, и только богатый имеет право решать, какие законы нужны стране.

   — Бенжамен Констан · книга
7. «

   Я никогда не могла бы стать русской помещицей со ста семьюдесятью шестью душами рабов. Вы подумайте только, что значат эти слова «сто семьдесят шесть душ»! Душа — это слово, которое так много значит для меня. А там оно — обозначение имущества, живой предмет, которым владеет помещик, в большинстве случаев не имеющий собственной души.

   Я никогда не могла бы стать русской помещицей со ста семьюдесятью шестью душами рабов. Вы подумайте только, что значат эти слова «сто семьдесят шесть душ»! Душа — это слово, которое так много значит для меня. А там оно — обозначение имущества, живой предмет, которым владеет помещик, в большинстве случаев не имеющий собственной души.

   — Мелани · книга
8. «

   Новый век несет новые формы жизни. Наступает эпоха большого труда, но, к сожалению, все, кто меня сейчас окружают, думают только о наживе. Отнимите у них деньги — и они будут несчастны. Лишите этих ненужных людей тридцатитысячной ренты — и они мгновенно погибнут.

   Новый век несет новые формы жизни. Наступает эпоха большого труда, но, к сожалению, все, кто меня сейчас окружают, думают только о наживе. Отнимите у них деньги — и они будут несчастны. Лишите этих ненужных людей тридцатитысячной ренты — и они мгновенно погибнут.

   — Анри Бейль · книга
9. «

   В Англию Бейль ехал с мыслью излечиться от болезни любви, а когда почувствовал успех лечения, стало жаль болезни.

   В Англию Бейль ехал с мыслью излечиться от болезни любви, а когда почувствовал успех лечения, стало жаль болезни.
10. «

    Я слишком хорошо знаю, что если человек взялся за перо, то должен приготовиться к тому, что его будут ругать канальей.

    Я слишком хорошо знаю, что если человек взялся за перо, то должен приготовиться к тому, что его будут ругать канальей.

    — Анри Бейль · книга
11. «

    Мое точное научное описание особого вида безумия, именуемого любовью, не может иметь успеха во Франции. Это безумие все реже и реже встречается в нашей стране.

    Мое точное научное описание особого вида безумия, именуемого любовью, не может иметь успеха во Франции. Это безумие все реже и реже встречается в нашей стране.

    — Анри Бейль · книга
12. «

    Без тяжелого балласта, даваемого трудом, корабль жизни становится игрушкой любого ветра.

    Без тяжелого балласта, даваемого трудом, корабль жизни становится игрушкой любого ветра.

    — Честерфильд · книга
13. «

    Слишком много разлук в жизни делают ее печальной.

    Слишком много разлук в жизни делают ее печальной.

    — Анри Бейль · книга
14. «

    Надо уметь обращать в свою пользу несчастья и неудачи.

    Надо уметь обращать в свою пользу несчастья и неудачи.

    — Анри Бейль · книга
15. «

    Романтики и классики — это два берега реки общественного удивления. Классики — это правобережные люди вчерашних вкусов, артисты вчерашнего праздника жизни. Я сам романтик — пионер, смело причаливший к левому берегу.

    Романтики и классики — это два берега реки общественного удивления. Классики — это правобережные люди вчерашних вкусов, артисты вчерашнего праздника жизни. Я сам романтик — пионер, смело причаливший к левому берегу.

    — Анри Бейль · книга
16. «

    Иногда при столкновении каких-нибудь будничных событий вдруг вспыхивают какие-то древние свойства человека и преображают его.

    Иногда при столкновении каких-нибудь будничных событий вдруг вспыхивают какие-то древние свойства человека и преображают его.

    — Анри Бейль · книга
17. «

    Я не могу представить себе искусства вне социальных условий, в которых находится данный народ.

    Я не могу представить себе искусства вне социальных условий, в которых находится данный народ.

    — Анри Бейль · книга
18. «

    Человеческое воображение не умирает. Подобно тому как утончается чувство, воображение также становится тоньше и острее у человеческих существ.

    Человеческое воображение не умирает. Подобно тому как утончается чувство, воображение также становится тоньше и острее у человеческих существ.

    — Анри Бейль · книга
19. «

    И как это часто бывает у людей, стоявших на рубеже двух эпох, старое уживается с новым, так у Стендаля старинная любовь романтика уживалась с физической неверностью любимому существу — свойством нового века.

    И как это часто бывает у людей, стоявших на рубеже двух эпох, старое уживается с новым, так у Стендаля старинная любовь романтика уживалась с физической неверностью любимому существу — свойством нового века.
20. «

    Бейль приехал в Париж студентом Политехнической школы. Теперь за столиком харчевни перед ним сидел студент, исполненный надежд, верящий в жизнь, думающий, что будет жить вечно, и стремящийся завоевать этот мир, в котором он будет обладателем земного счастья.

    Бейль приехал в Париж студентом Политехнической школы. Теперь за столиком харчевни перед ним сидел студент, исполненный надежд, верящий в жизнь, думающий, что будет жить вечно, и стремящийся завоевать этот мир, в котором он будет обладателем земного счастья.