59 фраз из книги «Андрей Битов. Пушкинский дом» — избранное

Собрали 59 цитат из книги «Андрей Битов. Пушкинский дом» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ведь сама жизнь двойственна именно в неделимый, сей миг, а в остальное время, которого с точки зрения реальности и нет, жизнь — линейна и многократна, как память. Потому что, кроме сей, сию секунду исчезнувшей секунды, кроме сей, ее заменившей, нет времени в настоящем, а память, заменяющая исчезнувшее время, тоже существует лишь в сей миг и по законам его.

   Ведь сама жизнь двойственна именно в неделимый, сей миг, а в остальное время, которого с точки зрения реальности и нет, жизнь — линейна и многократна, как память. Потому что, кроме сей, сию секунду исчезнувшей секунды, кроме сей, ее заменившей, нет времени в настоящем, а память, заменяющая исчезнувшее время, тоже существует лишь в сей миг и по законам его.
2. «

   Нам скажут, что герой нематериален, фантом, плод сознания и воображения и поэтому автор не несет перед ним той же ответственности, как перед живым, из плоти и крови человеком. Как раз наоборот! Живой человек может воспротивиться, ответить тем же, сам причинить нам... в конце концов, на его стороне закон — и я очень несвободен в обращении с инотелесным, чем я, человеком. Герой же безответен, он более чем раб, и отношение к нему — дело авторской совести.

   Нам скажут, что герой нематериален, фантом, плод сознания и воображения и поэтому автор не несет перед ним той же ответственности, как перед живым, из плоти и крови человеком. Как раз наоборот! Живой человек может воспротивиться, ответить тем же, сам причинить нам... в конце концов, на его стороне закон — и я очень несвободен в обращении с инотелесным, чем я, человеком. Герой же безответен, он более чем раб, и отношение к нему — дело авторской совести.
3. «

   Действие законов завершено неизбежностью исполнения последнего — смерти. Здесь, за этой границей, за которой никто еще из нас не побывал, как в будущем, — все приблизительно, зыбко, необязательно, случайно, потому что здесь не действуют законы, по которым мы жили, пишем и читаем, а действуют законы, которых мы не знаем и по которым живем.

   Действие законов завершено неизбежностью исполнения последнего — смерти. Здесь, за этой границей, за которой никто еще из нас не побывал, как в будущем, — все приблизительно, зыбко, необязательно, случайно, потому что здесь не действуют законы, по которым мы жили, пишем и читаем, а действуют законы, которых мы не знаем и по которым живем.
4. «

   Так мы всегда, давая всё меньше, полагаем, что отдаём последнее, а за последнее — требуем от другого всего.

   Так мы всегда, давая всё меньше, полагаем, что отдаём последнее, а за последнее — требуем от другого всего.
5. «

   Мы привыкли думать, что судьба превратна и мы никогда не имеем того, чего хотим. На самом деле, все мы получаем своё — и в этом самое страшное...

   Мы привыкли думать, что судьба превратна и мы никогда не имеем того, чего хотим. На самом деле, все мы получаем своё — и в этом самое страшное...
6. «

   … стиль есть отпечаток души столь же точный, столь же единичный, как отпечаток пальца есть паспорт преступника.

   … стиль есть отпечаток души столь же точный, столь же единичный, как отпечаток пальца есть паспорт преступника.
7. «

   В личной жизни люди измеряют отсутствие лжи в отношениях, как правило, правдоподобием и неразоблаченностью — отсутствием фактов, изобличающих ложь.

   В личной жизни люди измеряют отсутствие лжи в отношениях, как правило, правдоподобием и неразоблаченностью — отсутствием фактов, изобличающих ложь.
8. «

   По молодости, он гораздо более предполагал за собою разных чувств, нежели знал их.

   По молодости, он гораздо более предполагал за собою разных чувств, нежели знал их.
9. «

   Ты думаешь, цель — признание, а признание — подтверждение того, что тебя поняли?... Болван. Цель жизни — выполнить назначение.

   Ты думаешь, цель — признание, а признание — подтверждение того, что тебя поняли?... Болван. Цель жизни — выполнить назначение.
10. «

    Уровень судит об уровне. Люди рядят о Боге, пушкинисты о Пушкине. Популярные неспециалисты ни в чем — понимают жизнь...

    Уровень судит об уровне. Люди рядят о Боге, пушкинисты о Пушкине. Популярные неспециалисты ни в чем — понимают жизнь...
11. «

    Нет слаще банальности, чем та, что тебе принадлежит, нет более великого человека, чем тот, что предложит нам поверить в то, во что мы уже не верим, но, оказывается, хотим...

    Нет слаще банальности, чем та, что тебе принадлежит, нет более великого человека, чем тот, что предложит нам поверить в то, во что мы уже не верим, но, оказывается, хотим...
12. «

    Кaкое же должно быть Слово, чтобы не истереть своё звучaние в непрaвом употреблении? Чтобы все снaряды ложных знaчений ложились рядом с заколдованным истинным смыслом!... Но дaже если слово точно произнесено и может пережить собственную немоту вплоть до возрождения фениксa-смыслa, то значит ли это, что его отыщут в бумaжной пыли, что его вообще стaнут искaть в его прежнем, хотя бы и истинном, знaчении, a не просто произнесут зaново?..

    Кaкое же должно быть Слово, чтобы не истереть своё звучaние в непрaвом употреблении? Чтобы все снaряды ложных знaчений ложились рядом с заколдованным истинным смыслом!... Но дaже если слово точно произнесено и может пережить собственную немоту вплоть до возрождения фениксa-смыслa, то значит ли это, что его отыщут в бумaжной пыли, что его вообще стaнут искaть в его прежнем, хотя бы и истинном, знaчении, a не просто произнесут зaново?..
13. «

    У старика был вкус. Не в том, теперь распространившемся смысле, что лучше, чем у других, или не хуже, чем «у людей», или чтобы не быть смешным или отсталым, не тот современный прослоечный вкус, который стремится выбиться в вышестоящую социальную группу, у него был свой его вкус. Вещи, окружавшие его, нравились ему — это и было основным условием его вкуса.

    У старика был вкус. Не в том, теперь распространившемся смысле, что лучше, чем у других, или не хуже, чем «у людей», или чтобы не быть смешным или отсталым, не тот современный прослоечный вкус, который стремится выбиться в вышестоящую социальную группу, у него был свой его вкус. Вещи, окружавшие его, нравились ему — это и было основным условием его вкуса.
14. «

    За величие всегда взимается эта плата — человеческое отношение.

    За величие всегда взимается эта плата — человеческое отношение.
15. «

    Раб, своими силами подавляющий собственное восстание, не только выгодная, но и лестная рабовладельцу категория раба; именно так признается власть и именно так она держится.

    Раб, своими силами подавляющий собственное восстание, не только выгодная, но и лестная рабовладельцу категория раба; именно так признается власть и именно так она держится.

    — Лева Одоевцев · книга
16. «

    Каким дробным ужасом оборачивается отсутствие страха божьего!

    Каким дробным ужасом оборачивается отсутствие страха божьего!

    — Лева Одоевцев · книга
17. «

    Любая точка настоящего является концом прошлого, но и концом настоящего, потому что жить дальше нет никакой возможности, а мы живем.

    Любая точка настоящего является концом прошлого, но и концом настоящего, потому что жить дальше нет никакой возможности, а мы живем.
18. «

    А чем отличается умный от глупого? Это, между прочим, очень сложный для сформулированного ответа вопрос. Я, например, как правило, не могу себе на него ответить.

    А чем отличается умный от глупого? Это, между прочим, очень сложный для сформулированного ответа вопрос. Я, например, как правило, не могу себе на него ответить.

    — Дед Одоевцев · книга
19. «

    Пушкин! Тайную свободу Пели мы вослед тебе! Дай нам руку в непогоду, Помоги в немой борьбе!

    Пушкин! Тайную свободу Пели мы вослед тебе! Дай нам руку в непогоду, Помоги в немой борьбе!

    — Блок · книга
20. «

    Я вам о прогрессе чего-то наговорил... Главное забыл. Не оттуда нам грозит, где с трудом даётся, даже если и грабительским трудом. Не оттуда, где дорого, где стоимость, где всем надо и все хватают, — где есть цена, объявленная ценность. <...> прежде всего, нам грозит — от бесплатного, от Богом данного, от того, что ничего никогда не стоило, ни денег, ни труда, от того, что не имеет стоимости — вот откуда нам гибель — от того, чему не назначена цена, от бесценного. Мы выдышим и выжжем воздух, мы выпьем и выплескаем воду... То есть бесплатное мы разорим первым, а золото, брильянты, что ещё? — всё это будет лежать целехонько и после нас, на память о нас...

    Я вам о прогрессе чего-то наговорил... Главное забыл. Не оттуда нам грозит, где с трудом даётся, даже если и грабительским трудом. Не оттуда, где дорого, где стоимость, где всем надо и все хватают, — где есть цена, объявленная ценность. <...> прежде всего, нам грозит — от бесплатного, от Богом данного, от того, что ничего никогда не стоило, ни денег, ни труда, от того, что не имеет стоимости — вот откуда нам гибель — от того, чему не назначена цена, от бесценного. Мы выдышим и выжжем воздух, мы выпьем и выплескаем воду... То есть бесплатное мы разорим первым, а золото, брильянты, что ещё? — всё это будет лежать целехонько и после нас, на память о нас...