17 фраз из книги «Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра Милосердия» — избранное

Собрали 17 цитат из книги «Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра Милосердия» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Самая дорогая вещь на свете — это глупость. Потому как за нее всего дороже приходится платить.

   Самая дорогая вещь на свете — это глупость. Потому как за нее всего дороже приходится платить.

   — Володя Шарапов · книга
2. «

   У одного африканского племени отличная от нашей система летосчисления. По их календарю сейчас на земле — Эра милосердия. И кто знает, может быть, именно они правы, и сейчас в бедности, крови и насилии занимается у нас радостная заря человеческой эпохи — Эры милосердия, в расцвете которой мы все сможем искренне ощутить себя друзьями, товарищами и братьями.

   У одного африканского племени отличная от нашей система летосчисления. По их календарю сейчас на земле — Эра милосердия. И кто знает, может быть, именно они правы, и сейчас в бедности, крови и насилии занимается у нас радостная заря человеческой эпохи — Эры милосердия, в расцвете которой мы все сможем искренне ощутить себя друзьями, товарищами и братьями.

   — Михаил Михайлович Бомзе · книга
3. «

   — Мы сами не очень-то знаем цену нашим подаркам. Лет сто назад далеко отсюда, в городе Париже, жил студент-музыкант, который очень любил девушку. Но эта девушка почему-то вышла замуж за его друга, и студент подарил им на свадьбу марш, который он написал перед венчанием в церкви Оноре Сен-Пре, — денег на другой подарок все равно у него не было... — И что? — Он преподнес подарок невестам всего мира. — А как звали студента? — Его звали Феликс Мендельсон-Бартольди...

   — Мы сами не очень-то знаем цену нашим подаркам. Лет сто назад далеко отсюда, в городе Париже, жил студент-музыкант, который очень любил девушку. Но эта девушка почему-то вышла замуж за его друга, и студент подарил им на свадьбу марш, который он написал перед венчанием в церкви Оноре Сен-Пре, — денег на другой подарок все равно у него не было... — И что? — Он преподнес подарок невестам всего мира. — А как звали студента? — Его звали Феликс Мендельсон-Бартольди...

   — Володя Шарапов · книга
4. «

   В нашей жизни очень важно правильно оценивать людей. Особенно если они твои друзья…

   В нашей жизни очень важно правильно оценивать людей. Особенно если они твои друзья…

   — Илья Сергеевич Груздев · книга
5. «

   Я тебе точно говорю: в человеке самое главное — чтобы он был человечным...

   Я тебе точно говорю: в человеке самое главное — чтобы он был человечным...

   — слесарь Миляев · книга
6. «

   Вы считаете, что антипод любви – ненависть. Но, поверьте, это вовсе не так! Настоящий антипод любви – равнодушие...

   Вы считаете, что антипод любви – ненависть. Но, поверьте, это вовсе не так! Настоящий антипод любви – равнодушие...

   — Илья Сергеевич Груздев · книга
7. «

   Если есть на земле дьявол, то это не козлоногий рогач, а трехголовый дракон, и башки эти его — трусость, жадность и предательство. Если одна прикусит человека, то уж остальные его доедят дотла.

   Если есть на земле дьявол, то это не козлоногий рогач, а трехголовый дракон, и башки эти его — трусость, жадность и предательство. Если одна прикусит человека, то уж остальные его доедят дотла.

   — Глеб Жеглов · книга
8. «

   Ведь если нет справедливости, то и сытость людям опостылеет, правда?..

   Ведь если нет справедливости, то и сытость людям опостылеет, правда?..

   — Варвара Синичкина · книга
9. «

   — А почему картина называется «Безвинно виноватая»? — Вот если я еще раз узнаю, что ты сторублевку от жены в ствол пистолета заначиваешь, я тебя сделаю по вине виноватым.

   — А почему картина называется «Безвинно виноватая»? — Вот если я еще раз узнаю, что ты сторублевку от жены в ствол пистолета заначиваешь, я тебя сделаю по вине виноватым.

   — Глеб Жеглов · книга
10. «

    — По моему глубокому убеждению, преступность у нас победят не карательные органы, а естественный ход нашей жизни. Человеколюбие, милосердие. — Милосердие — поповское слово. Нет, Михал Михалыч, с бандами покончим мы, то есть карательные органы. — Ошибаетесь, молодые люди. Милосердие — доброта и мудрость. Это та форма существования, о которой я мечтаю, к которой все мы стремимся, в конце концов. Может быть, кто знает, сейчас в бедности, скудности, нищете, лишениях, зарождается эпоха. Да не эпоха, эра милосердия. Именно — эра милосердия!

    — По моему глубокому убеждению, преступность у нас победят не карательные органы, а естественный ход нашей жизни. Человеколюбие, милосердие. — Милосердие — поповское слово. Нет, Михал Михалыч, с бандами покончим мы, то есть карательные органы. — Ошибаетесь, молодые люди. Милосердие — доброта и мудрость. Это та форма существования, о которой я мечтаю, к которой все мы стремимся, в конце концов. Может быть, кто знает, сейчас в бедности, скудности, нищете, лишениях, зарождается эпоха. Да не эпоха, эра милосердия. Именно — эра милосердия!

    — Боркин Михаил Михайлович · книга
11. «

    ... но с каждым разом продолжал удивляться, как много сил затрачивают люди, чтобы выглядеть не тем, кем они являются в жизни на самом деле...

    ... но с каждым разом продолжал удивляться, как много сил затрачивают люди, чтобы выглядеть не тем, кем они являются в жизни на самом деле...

    — Володя Шарапов · книга
12. «

    Нет ничего слаще этой первой утренней затяжки, когда горячий сухой дым ползет в легкие, заливая голову мягкой одурью, и тело наполняется радостным ощущением бездельного блаженства, когда точно знаешь, что у тебя есть несколько свободных от беготни, суеты и забот минут, отданных всецело пустому глядению в потолок и удовольствию от горьковато-нежного табачного вкуса.

    Нет ничего слаще этой первой утренней затяжки, когда горячий сухой дым ползет в легкие, заливая голову мягкой одурью, и тело наполняется радостным ощущением бездельного блаженства, когда точно знаешь, что у тебя есть несколько свободных от беготни, суеты и забот минут, отданных всецело пустому глядению в потолок и удовольствию от горьковато-нежного табачного вкуса.

    — Володя Шарапов · книга
13. «

    Ты как черный хлеб — сильный и честный.

    Ты как черный хлеб — сильный и честный.

    — Варвара Синичкина · книга
14. «

    Был такой китайский мудрец, Конфуций его звали, вот он сказал однажды: «Очень трудно поймать в тёмной комнате кошку. Особенно если её там нет…»

    Был такой китайский мудрец, Конфуций его звали, вот он сказал однажды: «Очень трудно поймать в тёмной комнате кошку. Особенно если её там нет…»

    — Илья Сергеевич Груздев · книга
15. «

    Я для всего народа, я для справедливости человеческой работаю! Попускать вору – наполовину соучаствовать ему! И раз Кирпич вор – ему место в тюрьме, а каким способом я его туда загоню, людям безразлично! Им важно только, чтобы вор был в тюрьме, вот что их интересует. И если хочешь, давай остановим «фердинанда», выйдем и спросим у ста прохожих: что им симпатичнее – твоя правда или мое вранье? И тогда ты узнаешь, прав я был или нет…

    Я для всего народа, я для справедливости человеческой работаю! Попускать вору – наполовину соучаствовать ему! И раз Кирпич вор – ему место в тюрьме, а каким способом я его туда загоню, людям безразлично! Им важно только, чтобы вор был в тюрьме, вот что их интересует. И если хочешь, давай остановим «фердинанда», выйдем и спросим у ста прохожих: что им симпатичнее – твоя правда или мое вранье? И тогда ты узнаешь, прав я был или нет…

    — Глеб Жеглов · книга
16. «

    ... тут у него серьезно, тут у него любовь с интересом, тут у него лежбище должно быть...

    ... тут у него серьезно, тут у него любовь с интересом, тут у него лежбище должно быть...

    — Глеб Жеглов · книга
17. «

    — Вы мне не тыкайте! — яростно закричал Груздев. — Я вас чуть не вдвое старше, и я советский гражданин… Я буду жаловаться!.. — Между прочим, это ведь все равно, как обращаться — на «ты» или на «вы», суть не меняется, — сказал Жеглов, возвратился к столу и уперся сапогом в стул. — Какая в самом деле разница будущему покойнику?..

    — Вы мне не тыкайте! — яростно закричал Груздев. — Я вас чуть не вдвое старше, и я советский гражданин… Я буду жаловаться!.. — Между прочим, это ведь все равно, как обращаться — на «ты» или на «вы», суть не меняется, — сказал Жеглов, возвратился к столу и уперся сапогом в стул. — Какая в самом деле разница будущему покойнику?..

    — Глеб Жеглов · книга