75 цитат из книги «Асано Ацуко. Шестая Зона», ставших крылатыми

Собрали 75 цитат из книги «Асано Ацуко. Шестая Зона» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Он как ангел. Незапятнанный. Такого чистого человека нигде не найдешь. < ... > «Чистый и ангельский? Серьезно?» Так же, как он не знал истинной сущности Нэдзуми, он понятия не имел о том, каков Сион внутри. Если снять верхний слой, во что превратится этот чистый ангел? Может, он окажется еще более ужасающим и жестоким, чем можно ожидать. Может, внутри Сиона был некий темный провал истины, которого даже Нэдзуми боялся.

   — Он как ангел. Незапятнанный. Такого чистого человека нигде не найдешь. < ... > «Чистый и ангельский? Серьезно?» Так же, как он не знал истинной сущности Нэдзуми, он понятия не имел о том, каков Сион внутри. Если снять верхний слой, во что превратится этот чистый ангел? Может, он окажется еще более ужасающим и жестоким, чем можно ожидать. Может, внутри Сиона был некий темный провал истины, которого даже Нэдзуми боялся.

   — Рикига · книга
2. «

   А разве сам человек не виноват, что у него есть слабость, которой можно воспользоваться?

   А разве сам человек не виноват, что у него есть слабость, которой можно воспользоваться?

   — Нэдзуми · книга
3. «

   Слухи, как правило, оказываются ближе к истине, чем то, что публичные организации суют тебе в лицо.

   Слухи, как правило, оказываются ближе к истине, чем то, что публичные организации суют тебе в лицо.

   — Рикига · книга
4. «

   — Иногда — время от времени — мне кажется, я могу ухватить тебя за хвост. Ухватить кусок твоей настоящей человеческой сущности. — И иногда ты хочешь меня убить. — Нет, не в этом дело. Я не хочу тебя убить — скорее... я боюсь. — Боишься? Ты о чем? Нэдзуми погрузился в молчание. Его губы слегка шевельнулись. «Монстр».

   — Иногда — время от времени — мне кажется, я могу ухватить тебя за хвост. Ухватить кусок твоей настоящей человеческой сущности. — И иногда ты хочешь меня убить. — Нет, не в этом дело. Я не хочу тебя убить — скорее... я боюсь. — Боишься? Ты о чем? Нэдзуми погрузился в молчание. Его губы слегка шевельнулись. «Монстр».

   — Сион · книга
5. «

   Не плачь за других. Не дерись за других. Плачь и дерись только за себя самого.

   Не плачь за других. Не дерись за других. Плачь и дерись только за себя самого.

   — Нэдзуми · книга
6. «

   Нэдзуми открыл дверь. Перед ним была его комната, полная книг и почти лишенная мебели. Она казалась пустой, темной и более просторной, чем обычно. У него кости заныли от ее холода, темноты и пустоты. Вот что значит привязаться к кому-то. Он больше не сможет жить один. Это была одна из хитроумно расставленных ловушек, подстерегающих на каждом углу. И в этот раз Нэдзуми попался. У меня еще есть шанс? Сион, смогу ли я снова жить без тебя? Смогу ли я вытащить себя из ловушки, которой ты стал?..

   Нэдзуми открыл дверь. Перед ним была его комната, полная книг и почти лишенная мебели. Она казалась пустой, темной и более просторной, чем обычно. У него кости заныли от ее холода, темноты и пустоты. Вот что значит привязаться к кому-то. Он больше не сможет жить один. Это была одна из хитроумно расставленных ловушек, подстерегающих на каждом углу. И в этот раз Нэдзуми попался. У меня еще есть шанс? Сион, смогу ли я снова жить без тебя? Смогу ли я вытащить себя из ловушки, которой ты стал?..

   — Нэдзуми · книга
7. «

   Жизнь и смерть определялись судьбой. Бог управлял ими. Но человеку было по силам уцепиться за жизнь и не выпускать её.

   Жизнь и смерть определялись судьбой. Бог управлял ими. Но человеку было по силам уцепиться за жизнь и не выпускать её.
8. «

   — Ты что, в меня не веришь? — Если дело в твоей способности запоминать, то искренне верю. — То есть ты сомневаешься в моей человечности. — Я всегда считал, что жить в гармонии мы никогда не сможем. Сколько бы мы ни жили вместе, сколько всего ни пережили бы вместе, я так и закончу свою жизнь, не поняв тебя. Сион, скажу тебе правду. Иногда... я ощущаю к тебе такую ненависть, что хочу убить тебя.

   — Ты что, в меня не веришь? — Если дело в твоей способности запоминать, то искренне верю. — То есть ты сомневаешься в моей человечности. — Я всегда считал, что жить в гармонии мы никогда не сможем. Сколько бы мы ни жили вместе, сколько всего ни пережили бы вместе, я так и закончу свою жизнь, не поняв тебя. Сион, скажу тебе правду. Иногда... я ощущаю к тебе такую ненависть, что хочу убить тебя.

   — Сион · книга
9. «

   — Это ад. — Это реальность. Это не ад. Это реальный мир, в котором ты жил до сих пор.

   — Это ад. — Это реальность. Это не ад. Это реальный мир, в котором ты жил до сих пор.

   — Сион · книга
10. «

    ... Нэдзуми упрямо отвернулся в сторону. Его поза была как у надутого ребенка. Сион нашел это забавным. Холодный, ироничный, сильнее и красивее кого бы то ни было – таким человеком всегда был Нэдзуми. Но за этим скрывалась и такая ребяческая, эмоциональная сторона. Сион впервые видел слезы Нэдзуми. В тот момент только одно чувство поглотило Сиона, и это была любовь. Не дружба или обожание. Не романтика или страх. Просто любовь. Он чувствовал неконтролируемый приступ любви к слезам ранимости Нэдзуми. «Я хочу защищать его ценой своей жизни».

    ... Нэдзуми упрямо отвернулся в сторону. Его поза была как у надутого ребенка. Сион нашел это забавным. Холодный, ироничный, сильнее и красивее кого бы то ни было – таким человеком всегда был Нэдзуми. Но за этим скрывалась и такая ребяческая, эмоциональная сторона. Сион впервые видел слезы Нэдзуми. В тот момент только одно чувство поглотило Сиона, и это была любовь. Не дружба или обожание. Не романтика или страх. Просто любовь. Он чувствовал неконтролируемый приступ любви к слезам ранимости Нэдзуми. «Я хочу защищать его ценой своей жизни».
11. «

    Он давно расстался с гордостью и стыдом, — раз распрощался с этими бесполезными чувствами и признал положение вещей, мог выжить везде.

    Он давно расстался с гордостью и стыдом, — раз распрощался с этими бесполезными чувствами и признал положение вещей, мог выжить везде.
12. «

    Помнить — удел выживших.

    Помнить — удел выживших.
13. «

    — Я говорил о Сионе. Он отправился в Исправительное Учреждение, рискуя жизнью, чтобы спасти друга. Он подвергает себя опасности ради других. — Мы тут называем таких людей «полный идиот».

    — Я говорил о Сионе. Он отправился в Исправительное Учреждение, рискуя жизнью, чтобы спасти друга. Он подвергает себя опасности ради других. — Мы тут называем таких людей «полный идиот».

    — Рикига · книга
14. «

    Надо просто помахать перед носом человека объектом его самых страстных желаний. Надо заманить его хитрыми словами. Так он окажется загнанным в угол и не сможет сбежать.

    Надо просто помахать перед носом человека объектом его самых страстных желаний. Надо заманить его хитрыми словами. Так он окажется загнанным в угол и не сможет сбежать.
15. «

    М-р, Ямакаге, Вы ушли слишком рано. Нечестно, что Вы просто исчезли, впечатавшись в мою память. Когда я встречу Вас на том свете, я точно закидаю Вас жалобами.

    М-р, Ямакаге, Вы ушли слишком рано. Нечестно, что Вы просто исчезли, впечатавшись в мою память. Когда я встречу Вас на том свете, я точно закидаю Вас жалобами.
16. «

    В нашей повседневной жизни мы, подобно людям, плывущим на хлипкой бамбуковой лодке, не знаем, когда окажемся втянутыми в водоворот.

    В нашей повседневной жизни мы, подобно людям, плывущим на хлипкой бамбуковой лодке, не знаем, когда окажемся втянутыми в водоворот.
17. «

    Несложно было снова возненавидеть себя и потерпеть поражение — но смысла в этом не было. Вера в себя была силой. Эта сила может стать энергией, оружием, с помощью которого человек сумеет преодолеть бесчисленные трудности.

    Несложно было снова возненавидеть себя и потерпеть поражение — но смысла в этом не было. Вера в себя была силой. Эта сила может стать энергией, оружием, с помощью которого человек сумеет преодолеть бесчисленные трудности.
18. «

    У него никогда не болело сердце, когда он засыпал грязью крошечные тела. Он никогда не грустил и не плакал. «Хорошо, что ты умер так рано. Тебе повезло. Тебе больше не пришлось страдать». Это были единственные слова, которые он им говорил. «Эй, малыш, сколько месяцев ты прожил? Два? Три? Протянул полгода? Тогда, этого должно было хватить. Даже не думай перерождаться. Тебя все равно ждет, в итоге, такая же участь. А если так уж тебе этого хочется, возвращайся сорняком, растущим на краю дороги или щенком. Тогда ты будешь в сто раз счастливее. Ты слышишь, да? Никогда, никогда больше не рождайся человеком». Это была еще одна вещь, которую он говорил им.

    У него никогда не болело сердце, когда он засыпал грязью крошечные тела. Он никогда не грустил и не плакал. «Хорошо, что ты умер так рано. Тебе повезло. Тебе больше не пришлось страдать». Это были единственные слова, которые он им говорил. «Эй, малыш, сколько месяцев ты прожил? Два? Три? Протянул полгода? Тогда, этого должно было хватить. Даже не думай перерождаться. Тебя все равно ждет, в итоге, такая же участь. А если так уж тебе этого хочется, возвращайся сорняком, растущим на краю дороги или щенком. Тогда ты будешь в сто раз счастливее. Ты слышишь, да? Никогда, никогда больше не рождайся человеком». Это была еще одна вещь, которую он говорил им.

    — Инукаши · книга
19. «

    — Ты проиграл, Нэдзуми. — Что? — Ты нашел для себя что-то, что надо защищать — ты проиграл. Таковы местные правила. Ты сам это знаешь лучше кого-либо.

    — Ты проиграл, Нэдзуми. — Что? — Ты нашел для себя что-то, что надо защищать — ты проиграл. Таковы местные правила. Ты сам это знаешь лучше кого-либо.

    — Инукаши (Собачница) · книга
20. «

    Ливень усиливался. Открыв рот, я глотал капли, пытаясь подавить это желание и страх. Страх перед своим внутренним «Я». Иногда замечаю, что возбуждение, дикие животные инстинкты берут надо мной верх. Сломай. Разрушь. «Что разрушить?» Все.

    Ливень усиливался. Открыв рот, я глотал капли, пытаясь подавить это желание и страх. Страх перед своим внутренним «Я». Иногда замечаю, что возбуждение, дикие животные инстинкты берут надо мной верх. Сломай. Разрушь. «Что разрушить?» Все.

    — Сион · книга