34 цитаты из книги «Джордж Бернард Шоу. Дом, где разбиваются сердца» с глубоким смыслом

34 цитаты из книги «Джордж Бернард Шоу. Дом, где разбиваются сердца» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Давайте все уйдем в мрак ночной и бросим все, оставим все позади.

   Давайте все уйдем в мрак ночной и бросим все, оставим все позади.

   — Гектор · книга
2. «

   Не думайте, пожалуйста, что если вы всю жизнь нежились в бархате и сейчас так живете, то женщины, которые жили в самом настоящем аду, могут так же легко ко всему относиться, как и вы.

   Не думайте, пожалуйста, что если вы всю жизнь нежились в бархате и сейчас так живете, то женщины, которые жили в самом настоящем аду, могут так же легко ко всему относиться, как и вы.

   — Элли · книга
3. «

   Я, может быть, ничего не понимаю в моих машинах, но зато я прекрасно умею сунуть палку в чужую машину.

   Я, может быть, ничего не понимаю в моих машинах, но зато я прекрасно умею сунуть палку в чужую машину.

   — Менген · книга
4. «

   — Одна подставляет щеку, а другой ее целует. Один добывает деньги, а другая тратит. — Мне интересно, кому из нас выгодней эта сделка? — Вам. Эти люди всю жизнь сидят у себя в конторе. Вам придется терпеть его с обеда до утреннего завтрака. Но большую часть этого времени вы будете спать. Весь день вы будете распоряжаться собой по собственному усмотрению. И будете тратить его деньги. Если и этого для вас слишком много, выходите замуж за капитана дальнего плаванья.

   — Одна подставляет щеку, а другой ее целует. Один добывает деньги, а другая тратит. — Мне интересно, кому из нас выгодней эта сделка? — Вам. Эти люди всю жизнь сидят у себя в конторе. Вам придется терпеть его с обеда до утреннего завтрака. Но большую часть этого времени вы будете спать. Весь день вы будете распоряжаться собой по собственному усмотрению. И будете тратить его деньги. Если и этого для вас слишком много, выходите замуж за капитана дальнего плаванья.

   — Капитан Шотовер · книга
5. «

   — У меня какое-то ужасное чувство, как будто у меня сердце разбилось. Но это, оказывается, совсем не то, что я себе представляла. — Просто это жизнь начинает воспитывать вас, деточка.

   — У меня какое-то ужасное чувство, как будто у меня сердце разбилось. Но это, оказывается, совсем не то, что я себе представляла. — Просто это жизнь начинает воспитывать вас, деточка.

   — Элли · книга
6. «

   Со мной еще не бывало, чтобы я что-нибудь решил и не довел до конца. Такой уж я человек.

   Со мной еще не бывало, чтобы я что-нибудь решил и не довел до конца. Такой уж я человек.

   — Менген · книга
7. «

   Я в вашем возрасте искал лишений, опасностей, ужасов, смерти, чтобы всем существом своим ощущать, что я живу. Я не позволял страху смерти управлять моей жизнью. И наградой было то, что я жил. А вот вы позволяете, чтобы страх перед бедностью управлял вашей жизнью. Этим вы достигните того, что вы будете есть, а жить не будете.

   Я в вашем возрасте искал лишений, опасностей, ужасов, смерти, чтобы всем существом своим ощущать, что я живу. Я не позволял страху смерти управлять моей жизнью. И наградой было то, что я жил. А вот вы позволяете, чтобы страх перед бедностью управлял вашей жизнью. Этим вы достигните того, что вы будете есть, а жить не будете.

   — Капитан Шотовер · книга
8. «

   Наполеон был совершенно прав, когда говорил, что женщины — это занятие для бездельников.

   Наполеон был совершенно прав, когда говорил, что женщины — это занятие для бездельников.

   — Леди Эттеруорд · книга
9. «

   ... Если вы продадитесь, то нанесёте своей душе такой удар, что никакие книги, картины, концерты, ни все пейзажи мира не залечат его.

   ... Если вы продадитесь, то нанесёте своей душе такой удар, что никакие книги, картины, концерты, ни все пейзажи мира не залечат его.
10. «

    Мой отец отлично мог бы управлять, если бы люди не клеветали на него, не обманывали его и не презирали за то, что он такой хороший.

    Мой отец отлично мог бы управлять, если бы люди не клеветали на него, не обманывали его и не презирали за то, что он такой хороший.

    — Элли · книга
11. «

    Я нахваталась ужасного жаргона от моих детей и совершенно разучилась разговаривать прилично.

    Я нахваталась ужасного жаргона от моих детей и совершенно разучилась разговаривать прилично.

    — миссис Хэшебай · книга
12. «

    — А разве нет на свете молодых людей с деньгами? — Молодой человек будет вправе ожидать от меня любви и, возможно, бросит меня, когда увидит, что ничего такого я ему дать не могу. Богатые молодые люди, вы сами знаете, имеют возможность очень легко отделаться от своих жен. А это чучело, как вы изволили выражаться, не может от меня ждать ничего, кроме того, что я намерена ему предоставить.

    — А разве нет на свете молодых людей с деньгами? — Молодой человек будет вправе ожидать от меня любви и, возможно, бросит меня, когда увидит, что ничего такого я ему дать не могу. Богатые молодые люди, вы сами знаете, имеют возможность очень легко отделаться от своих жен. А это чучело, как вы изволили выражаться, не может от меня ждать ничего, кроме того, что я намерена ему предоставить.

    — миссис Хэшебай · книга
13. «

    Мы без него пропадем. Мы погубим все дело за какой-нибудь год. Да я уже пробовал. Знаю. Мы бы слишком много тратили денег на разные разности, улучшили бы качество товаров. И все это обошлось бы нам очень дорого. И с рабочими тоже: мы, вероятно, в некоторых случаях пошли бы на уступки. Ну, а Менген держит нас в порядке. Он накидывается на нас из-за каждого лишнего пенни.

    Мы без него пропадем. Мы погубим все дело за какой-нибудь год. Да я уже пробовал. Знаю. Мы бы слишком много тратили денег на разные разности, улучшили бы качество товаров. И все это обошлось бы нам очень дорого. И с рабочими тоже: мы, вероятно, в некоторых случаях пошли бы на уступки. Ну, а Менген держит нас в порядке. Он накидывается на нас из-за каждого лишнего пенни.

    — Мадзини · книга
14. «

    Я остался с тем, что перехитрил всех остальных. Если это не торжество деловитости, то как это еще назвать?

    Я остался с тем, что перехитрил всех остальных. Если это не торжество деловитости, то как это еще назвать?

    — Менген · книга
15. «

    Я больше всего на свете боюсь напиться допьяна. Быть пьяным — это значит грезить, размякнуть, поддаться любому соблазну, любому обмну.

    Я больше всего на свете боюсь напиться допьяна. Быть пьяным — это значит грезить, размякнуть, поддаться любому соблазну, любому обмну.

    — Капитан Шотовер · книга
16. «

    Можно из осмотрительности отдать душу за то, чтобы получить целый мир. Но не забывайте, что ваша душа сама льнет к вам, если вы ею дорожите. А мир – он стремится выскользнуть у вас из рук.

    Можно из осмотрительности отдать душу за то, чтобы получить целый мир. Но не забывайте, что ваша душа сама льнет к вам, если вы ею дорожите. А мир – он стремится выскользнуть у вас из рук.

    — Капитан Шотовер · книга
17. «

    Пусть сердца разбиваются в безмолвии.

    Пусть сердца разбиваются в безмолвии.

    — Капитан Шотовер · книга
18. «

    Много женщин флиртовали со мной только потому, что они знали — со мной это безопасно.

    Много женщин флиртовали со мной только потому, что они знали — со мной это безопасно.

    — Мадзини · книга
19. «

    Меня с детства учили быть приличным. Я не возражаю против того, чтобы женщины красили волосы, а мужчины пили, — это в человеческой натуре. Но совсем не в человеческой натуре рассказывать об этом направо и налево. Стоит только кому-нибудь из вас рот открыть, как меня всего передергивает от страха — что еще сейчас тут ляпнут?

    Меня с детства учили быть приличным. Я не возражаю против того, чтобы женщины красили волосы, а мужчины пили, — это в человеческой натуре. Но совсем не в человеческой натуре рассказывать об этом направо и налево. Стоит только кому-нибудь из вас рот открыть, как меня всего передергивает от страха — что еще сейчас тут ляпнут?

    — Менген · книга
20. «

    Странное это ощущение – боль, которая милосердно уводит нас за пределы наших чувств. Когда сердце разбито, все корабли сожжены, тогда уж все равно. Конец счастью и начало покоя.

    Странное это ощущение – боль, которая милосердно уводит нас за пределы наших чувств. Когда сердце разбито, все корабли сожжены, тогда уж все равно. Конец счастью и начало покоя.