— Мне не нравится ваше представление, но я видел, что народу нравилось. — И нравилось, и нравится. — Но искусством я бы его не назвал. — Разумеется. — Но... Вот так всех вместе на сцене собирать, всех цветов, форм и размеров и показывать их равными... Другой бы критик назвал это «торжеством человечности». — Мне бы понравилось.
Какая-нибудь современная Сапфо назвала бы его «свиньей», Шекспир сказал бы про него «моё резвое дитя», а старый пропойца Карио считал его умным, способным и деловитым человеком.
