27 цитат из книги «Бессел ван дер Колк. Тело помнит все. Какую роль психологическая травма играет в жизни человека и какие техники помогают ее преодолеть» для поста в соцсетях

Собрали 27 цитат из книги «Бессел ван дер Колк. Тело помнит все. Какую роль психологическая травма играет в жизни человека и какие техники помогают ее преодолеть» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... вегетативная нервная система – это самая примитивная система выживания нашего мозга, две ветви которой регулируют уровень возбуждения в организме. Грубо говоря, симпатическая нервная система (СНС) использует различные химические вещества, вроде адреналина, чтобы подстегивать тело и разум к действиям, в то время как парасимпатическая нервная система (ПНС) посредством ацетилхолина помогает регулировать такие базовые функции организма, как пищеварение, заживление ран и циклы сна. В идеале эти две системы работают сообща, поддерживая в нас оптимальный уровень взаимодействия с нашим окружением и с самими собой.

   ... вегетативная нервная система – это самая примитивная система выживания нашего мозга, две ветви которой регулируют уровень возбуждения в организме. Грубо говоря, симпатическая нервная система (СНС) использует различные химические вещества, вроде адреналина, чтобы подстегивать тело и разум к действиям, в то время как парасимпатическая нервная система (ПНС) посредством ацетилхолина помогает регулировать такие базовые функции организма, как пищеварение, заживление ран и циклы сна. В идеале эти две системы работают сообща, поддерживая в нас оптимальный уровень взаимодействия с нашим окружением и с самими собой.
2. «

   Травмированные люди зачастую боятся чувствовать. Их врагами становятся уже не люди, способные причинить им вред (которых, хочется надеяться, нет больше рядом с ними), а их собственные физические ощущения. Из-за страха перед всепоглощающими неприятными ощущениями тело впадает в оцепенение, а разум отключается. Хотя травма и является событием прошлого, эмоциональный мозг продолжает генерировать ощущения, из-за которых человек чувствует себя напуганным и беспомощным.

   Травмированные люди зачастую боятся чувствовать. Их врагами становятся уже не люди, способные причинить им вред (которых, хочется надеяться, нет больше рядом с ними), а их собственные физические ощущения. Из-за страха перед всепоглощающими неприятными ощущениями тело впадает в оцепенение, а разум отключается. Хотя травма и является событием прошлого, эмоциональный мозг продолжает генерировать ощущения, из-за которых человек чувствует себя напуганным и беспомощным.
3. «

   На данный момент известно, что и глубокий, и быстрый сон играют важную роль в изменении воспоминаний со временем. Спящий мозг трансформирует воспоминания, увеличивая отпечаток важной с эмоциональной точки зрения информации, помогая при этом избавляться от несущественной. В серии изящных исследований Стикголд вместе с коллегами показал, что спящий мозг способен даже извлечь смысл из информации, значимость которой мы в бодрствующем состоянии не осознаем, и интегрировать ее в большую систему памяти. Во время сновидений раз за разом проигрываются, перекомпоновываются и заново интегрируются обрывки старых воспоминаний на протяжении месяцев и даже лет. Они постоянно обновляют наше подсознание, определяющее, на что будет обращать внимание бодрствующий мозг.

   На данный момент известно, что и глубокий, и быстрый сон играют важную роль в изменении воспоминаний со временем. Спящий мозг трансформирует воспоминания, увеличивая отпечаток важной с эмоциональной точки зрения информации, помогая при этом избавляться от несущественной. В серии изящных исследований Стикголд вместе с коллегами показал, что спящий мозг способен даже извлечь смысл из информации, значимость которой мы в бодрствующем состоянии не осознаем, и интегрировать ее в большую систему памяти. Во время сновидений раз за разом проигрываются, перекомпоновываются и заново интегрируются обрывки старых воспоминаний на протяжении месяцев и даже лет. Они постоянно обновляют наше подсознание, определяющее, на что будет обращать внимание бодрствующий мозг.
4. «

   Большинство людей неохотно обращаются к болям и разочарованиям прошлого – они не хотят снова погрузиться в невыносимое. Вместе с тем наличие свидетеля, который зеркально отражает их переживания, позволяет создать новую реальность. Человека, которого раньше игнорировали, критиковали и подводили, теперь принимают и понимают. Он позволяет себе прочувствовать свои чувства и осознать то, что знает – а это необходимое условие для исцеления.

   Большинство людей неохотно обращаются к болям и разочарованиям прошлого – они не хотят снова погрузиться в невыносимое. Вместе с тем наличие свидетеля, который зеркально отражает их переживания, позволяет создать новую реальность. Человека, которого раньше игнорировали, критиковали и подводили, теперь принимают и понимают. Он позволяет себе прочувствовать свои чувства и осознать то, что знает – а это необходимое условие для исцеления.
5. «

   Психические заболевания вместе с тем нельзя сравнивать с раком: люди – социальные существа, и психические проблемы включают сложности во взаимодействии с окружающими, неспособность приспосабливать, адаптироваться и в целом быть на одной волне с другими людьми.

   Психические заболевания вместе с тем нельзя сравнивать с раком: люди – социальные существа, и психические проблемы включают сложности во взаимодействии с окружающими, неспособность приспосабливать, адаптироваться и в целом быть на одной волне с другими людьми.
6. «

   Наша основная задача – это применить знания о нейропластичности – гибкости нейронных контуров мозга, – чтобы перепрограммировать мозг и перестроить разум людей, которых жизнь приучила видеть в окружающих угрозу, а себя самих воспринимать беспомощными созданиями. Социальная поддержка – это биологическая потребность, а не альтернатива, и она должна лежать в основе любых методов профилактики и лечения. Осознание огромнейшего влияния травмы и лишений на развитие ребенка не должно приводить к обвинениям во всем родителей. Можно предположить, что родители делают все возможное, однако все родители нуждаются в помощи в воспитании своих детей.

   Наша основная задача – это применить знания о нейропластичности – гибкости нейронных контуров мозга, – чтобы перепрограммировать мозг и перестроить разум людей, которых жизнь приучила видеть в окружающих угрозу, а себя самих воспринимать беспомощными созданиями. Социальная поддержка – это биологическая потребность, а не альтернатива, и она должна лежать в основе любых методов профилактики и лечения. Осознание огромнейшего влияния травмы и лишений на развитие ребенка не должно приводить к обвинениям во всем родителей. Можно предположить, что родители делают все возможное, однако все родители нуждаются в помощи в воспитании своих детей.
7. «

   Когда люди вспоминают какое-то рядовое событие, они одновременно не переживают физические ощущения, эмоции, зрительные образы, запахи или звуки, связанные с этим событием. Когда же люди полностью вспоминают свою травму, они заново ее «переживают»: их захватывают сенсорные или эмоциональные элементы прошлого.

   Когда люди вспоминают какое-то рядовое событие, они одновременно не переживают физические ощущения, эмоции, зрительные образы, запахи или звуки, связанные с этим событием. Когда же люди полностью вспоминают свою травму, они заново ее «переживают»: их захватывают сенсорные или эмоциональные элементы прошлого.
8. «

   ...травмированные люди застревают на месте, прекращая свое развитие, так как оказываются не в состоянии найти место новым переживаниям в своей жизни.

   ...травмированные люди застревают на месте, прекращая свое развитие, так как оказываются не в состоянии найти место новым переживаниям в своей жизни.
9. «

   Когда у человека комфортная связь с его внутренними ощущениями – когда он им доверяет, он чувствует контроль над собственным телом, чувствами и своим «Я». Травмированные же люди постоянно чувствуют себя незащищенными в собственном теле: прошлое продолжает их преследовать в виде гнетущего внутреннего дискомфорта. Их тело постоянно атакуют исходящие изнутри сигналы об опасности, и, стараясь контролировать эти процессы, они зачастую учатся мастерски игнорировать свое «нутро», подавляя восприятие того, что происходит у них внутри. Они учатся прятаться от самих себя.

   Когда у человека комфортная связь с его внутренними ощущениями – когда он им доверяет, он чувствует контроль над собственным телом, чувствами и своим «Я». Травмированные же люди постоянно чувствуют себя незащищенными в собственном теле: прошлое продолжает их преследовать в виде гнетущего внутреннего дискомфорта. Их тело постоянно атакуют исходящие изнутри сигналы об опасности, и, стараясь контролировать эти процессы, они зачастую учатся мастерски игнорировать свое «нутро», подавляя восприятие того, что происходит у них внутри. Они учатся прятаться от самих себя.
10. «

    На протяжении ста, если не больше, лет каждый учебник по психологии и психотерапии твердил, что разобраться с неприятными чувствами можно путем их обсуждения. Тем не менее, как мы с вами видели, этому мешают связанные с травмой переживания. Как бы много мы о себе и о своей проблеме ни знали, рациональный мозг попросту неспособен убедить эмоциональный мозг в несостоятельности его собственной реальности.

    На протяжении ста, если не больше, лет каждый учебник по психологии и психотерапии твердил, что разобраться с неприятными чувствами можно путем их обсуждения. Тем не менее, как мы с вами видели, этому мешают связанные с травмой переживания. Как бы много мы о себе и о своей проблеме ни знали, рациональный мозг попросту неспособен убедить эмоциональный мозг в несостоятельности его собственной реальности.
11. «

    Во время катастрофы маленькие дети обычно ориентируются на своих родителей. Если они остаются спокойными и реагируют на их потребности, то дети зачастую переживают ужасные происшествия без серьезных психологических травм.

    Во время катастрофы маленькие дети обычно ориентируются на своих родителей. Если они остаются спокойными и реагируют на их потребности, то дети зачастую переживают ужасные происшествия без серьезных психологических травм.
12. «

    Способность чувствовать себя в безопасности среди других людей является, пожалуй, важнейшей составляющей психического здоровья; крепкие и надежные связи лежат в основе осмысленной и приносящей удовольствие жизни.

    Способность чувствовать себя в безопасности среди других людей является, пожалуй, важнейшей составляющей психического здоровья; крепкие и надежные связи лежат в основе осмысленной и приносящей удовольствие жизни.
13. «

    В конце концов, стресс не является неотъемлемым свойством самого события – он определяется тем, как мы его воспринимаем и на него реагируем. Нейробиологическая обратная связь попросту делает мозг более стабильным, стимулируя психологическую устойчивость, что позволяет нам самим выбирать свои реакции.

    В конце концов, стресс не является неотъемлемым свойством самого события – он определяется тем, как мы его воспринимаем и на него реагируем. Нейробиологическая обратная связь попросту делает мозг более стабильным, стимулируя психологическую устойчивость, что позволяет нам самим выбирать свои реакции.
14. «

    Для людей, которые заново переживают травму, ничего не имеет смысла: они оказываются заперты в ситуации смертельной опасности, состоянии парализующего страха или слепой ярости. Они вздрагивают от малейшего шума и выходят из себя от малейшего раздражения. У них хронические проблемы со сном, и зачастую они перестают испытывать удовольствие от еды.

    Для людей, которые заново переживают травму, ничего не имеет смысла: они оказываются заперты в ситуации смертельной опасности, состоянии парализующего страха или слепой ярости. Они вздрагивают от малейшего шума и выходят из себя от малейшего раздражения. У них хронические проблемы со сном, и зачастую они перестают испытывать удовольствие от еды.
15. «

    Говоря другими словами, из-за травмы человек воспринимает себя либо кем-то другим, словно он в чужом теле, либо вообще никем, лишенным тела. Чтобы преодолеть травму, необходимо вернуть связь со своим собственным телом, со своим «Я». Язык, вне всякого сомнения, необходим: наше самосознание основано на способности последовательно структурировать наши воспоминания в единое целое. Для этого, в свою очередь, требуются исправные связи между сознательным мозгом и системами самовосприятия организма – связями, которые зачастую повреждаются при травме.

    Говоря другими словами, из-за травмы человек воспринимает себя либо кем-то другим, словно он в чужом теле, либо вообще никем, лишенным тела. Чтобы преодолеть травму, необходимо вернуть связь со своим собственным телом, со своим «Я». Язык, вне всякого сомнения, необходим: наше самосознание основано на способности последовательно структурировать наши воспоминания в единое целое. Для этого, в свою очередь, требуются исправные связи между сознательным мозгом и системами самовосприятия организма – связями, которые зачастую повреждаются при травме.
16. «

    В 1896 году Фрейд сделал смелое заявление, сказав, что «первопричиной истерии всегда является растление ребенка взрослым». Затем, лично осознав масштабы эпидемии насилия в лучших венских семьях – в чем, заметил он, был замешан и его собственный отец, – он быстро пошел на попятную.

    В 1896 году Фрейд сделал смелое заявление, сказав, что «первопричиной истерии всегда является растление ребенка взрослым». Затем, лично осознав масштабы эпидемии насилия в лучших венских семьях – в чем, заметил он, был замешан и его собственный отец, – он быстро пошел на попятную.
17. «

    Мы были поражены тому, сколь многие из наших пациентов, которым диагностировали пограничное расстройство личности (ПРЛ), рассказывали нам ужасные истории про свое детство. Для людей с ПРЛ характерно цепляться за отношения, которые обычно являются крайне нестабильными, с сильными перепадами настроения, а также саморазрушительным поведением, включая нанесение себе увечий и повторяющиеся попытки суицида.

    Мы были поражены тому, сколь многие из наших пациентов, которым диагностировали пограничное расстройство личности (ПРЛ), рассказывали нам ужасные истории про свое детство. Для людей с ПРЛ характерно цепляться за отношения, которые обычно являются крайне нестабильными, с сильными перепадами настроения, а также саморазрушительным поведением, включая нанесение себе увечий и повторяющиеся попытки суицида.
18. «

    Исследование за исследованием показывают, что наличие поддержки является самым эффективным фактором защиты от психологической травмы. Чувства защищенности и ужаса несовместимы. Когда мы напуганы, ничто так хорошо не успокаивает, как подбадривающий голос или крепкие объятия человека, которому мы доверяем. Испуганные взрослые реагируют на те же самые способы утешения, что и маленькие дети: достаточно их ласково обнять, покачать, дать понять, что кто-то больше и сильнее обо всем позаботится, и они могут спокойно заснуть. Чтобы восстановиться, разум, тело и мозг необходимо убедить, что они могут спокойно все отпустить. Это происходит, только когда человек в душе чувствует себя защищенным и позволяет себе связать это чувство защищенности с воспоминаниями о былой беспомощности.

    Исследование за исследованием показывают, что наличие поддержки является самым эффективным фактором защиты от психологической травмы. Чувства защищенности и ужаса несовместимы. Когда мы напуганы, ничто так хорошо не успокаивает, как подбадривающий голос или крепкие объятия человека, которому мы доверяем. Испуганные взрослые реагируют на те же самые способы утешения, что и маленькие дети: достаточно их ласково обнять, покачать, дать понять, что кто-то больше и сильнее обо всем позаботится, и они могут спокойно заснуть. Чтобы восстановиться, разум, тело и мозг необходимо убедить, что они могут спокойно все отпустить. Это происходит, только когда человек в душе чувствует себя защищенным и позволяет себе связать это чувство защищенности с воспоминаниями о былой беспомощности.
19. «

    Гораздо продуктивнее воспринимать агрессию или депрессию, заносчивость или апатию как приобретенное поведение: в какой-то момент пациент решает, что для выживания ему необходимо быть грубым или незаметным, а то и вовсе сдаться. Подобно травматическим воспоминаниям, которые настойчиво овладевают человеком, пока им не будет положен конец, травматические адаптации продолжаются, пока организм человека не почувствует себя защищенным и не интегрирует все составные части себя, которые упорно борются с травмой.

    Гораздо продуктивнее воспринимать агрессию или депрессию, заносчивость или апатию как приобретенное поведение: в какой-то момент пациент решает, что для выживания ему необходимо быть грубым или незаметным, а то и вовсе сдаться. Подобно травматическим воспоминаниям, которые настойчиво овладевают человеком, пока им не будет положен конец, травматические адаптации продолжаются, пока организм человека не почувствует себя защищенным и не интегрирует все составные части себя, которые упорно борются с травмой.
20. «

    Если человек не знает, что нужно его телу, то он не сможет о нем заботиться. Без чувства голода человек не станет есть. Приняв за чувство голода тревогу, он будет есть слишком много. А если он не чувствует насыщения, то будет продолжать есть и дальше. Вот почему развитие чувственного восприятия является столь важным элементом исцеления от психологической травмы.

    Если человек не знает, что нужно его телу, то он не сможет о нем заботиться. Без чувства голода человек не станет есть. Приняв за чувство голода тревогу, он будет есть слишком много. А если он не чувствует насыщения, то будет продолжать есть и дальше. Вот почему развитие чувственного восприятия является столь важным элементом исцеления от психологической травмы.