29 цитат из книги «Даниэль Шпек. Piccola Сицилия» для размышлений

Ниже 29 цитат из книги «Даниэль Шпек. Piccola Сицилия»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Это целое искусство – принимать перемены и, несмотря на них, любить друг друга. Иначе остаются лишь две безжизненные маски.

   Это целое искусство – принимать перемены и, несмотря на них, любить друг друга. Иначе остаются лишь две безжизненные маски.

   — Жоэль · книга
2. «

   Невозможно одновременно наблюдать и быть внутри того, за чем наблюдаешь.

   Невозможно одновременно наблюдать и быть внутри того, за чем наблюдаешь.
3. «

   Шарм не поддается объяснению – просто у кого-то он есть, а у кого-то нет.

   Шарм не поддается объяснению – просто у кого-то он есть, а у кого-то нет.
4. «

   Тот, кто питает к людям интерес, не ставит себя выше других.

   Тот, кто питает к людям интерес, не ставит себя выше других.
5. «

   Как не бывает выбора без последствий, так не бывает любви без решения.

   Как не бывает выбора без последствий, так не бывает любви без решения.
6. «

   Люди верят историям, что им льстят.

   Люди верят историям, что им льстят.
7. «

   Неприятности начинаются, когда один другому диктует, каким тому следует быть. Это называют любовью, но на самом деле это тирания.

   Неприятности начинаются, когда один другому диктует, каким тому следует быть. Это называют любовью, но на самом деле это тирания.

   — Жоэль · книга
8. «

   Какой смысл в существовании, если цена его так мала?

   Какой смысл в существовании, если цена его так мала?
9. «

   Война – такое время, когда видишь врага, а любимым только пишешь.

   Война – такое время, когда видишь врага, а любимым только пишешь.
10. «

    Когда животы пусты, сердце накормят истории.

    Когда животы пусты, сердце накормят истории.
11. «

    Недоверие – яд. Как только оно вползает в отношения, становится тяжело все, что раньше было легко.

    Недоверие – яд. Как только оно вползает в отношения, становится тяжело все, что раньше было легко.

    — Нина · книга
12. «

    В любом полете есть середина, и это не всегда половина времени, а точка, в которой мысли, связанные с местом вылета, сменяются мыслями о месте прилета. Переход между прошлым и будущим, чудесное зависание в настоящем, вне пространства и времени.

    В любом полете есть середина, и это не всегда половина времени, а точка, в которой мысли, связанные с местом вылета, сменяются мыслями о месте прилета. Переход между прошлым и будущим, чудесное зависание в настоящем, вне пространства и времени.
13. «

    Можно извиниться за слова, которые нечаянно обронил, но как извиняться за несказанное, чего сам толком не понимаешь?

    Можно извиниться за слова, которые нечаянно обронил, но как извиняться за несказанное, чего сам толком не понимаешь?
14. «

    Однако никто не может просто снять с себя свое прежнее «я», словно платье. Сперва кажется, что старая личность исчезла, а потом она возвращается; мы взрослеем циклами, как накатывает море – вперед и назад.

    Однако никто не может просто снять с себя свое прежнее «я», словно платье. Сперва кажется, что старая личность исчезла, а потом она возвращается; мы взрослеем циклами, как накатывает море – вперед и назад.
15. «

    – А ты, почему у тебя нет детей? – спрашиваю я вместо ответа. Патрис пожимает плечами: – А это обязательно, чтобы быть счастливым? – И ты счастлив? – Да. – Откроешь мне свою тайну? – Очень просто. Делай то, что ты хочешь. Все. Кроме женитьбы.

    – А ты, почему у тебя нет детей? – спрашиваю я вместо ответа. Патрис пожимает плечами: – А это обязательно, чтобы быть счастливым? – И ты счастлив? – Да. – Откроешь мне свою тайну? – Очень просто. Делай то, что ты хочешь. Все. Кроме женитьбы.

    — Нина · книга
16. «

    Глаза говорят всегда, они могут признаваться в любви, они могут вопить. Человек умеет контролировать свои голосовые связки, но не способен заставить замолчать свои глаза.

    Глаза говорят всегда, они могут признаваться в любви, они могут вопить. Человек умеет контролировать свои голосовые связки, но не способен заставить замолчать свои глаза.
17. «

    Никто на свете не одинок. Каждый есть чье-то продолжение. Мы выполняем задание, не ведая, кто нам его дал. Кому-то должны быть верны, перед кем-то мы в долгу. Мы только появляемся на свет, а на нас уже взваливают рюкзак, набитый камнями и молчанием, и если мы его не раскроем, то передадим эти камни дальше нашим детям.

    Никто на свете не одинок. Каждый есть чье-то продолжение. Мы выполняем задание, не ведая, кто нам его дал. Кому-то должны быть верны, перед кем-то мы в долгу. Мы только появляемся на свет, а на нас уже взваливают рюкзак, набитый камнями и молчанием, и если мы его не раскроем, то передадим эти камни дальше нашим детям.
18. «

    Единственная константа в жизни – все беспрерывно меняется.

    Единственная константа в жизни – все беспрерывно меняется.

    — Жоэль · книга
19. «

    Любовь – это красивое слово, которое часто путают с чувствами. Но чувства приходят и уходят. Когда вы однажды женитесь и у вас будут дети, вы увидите, что между мужем и женой важнее более устойчивые, постоянные вещи. Уважение, терпение, общие ценности.

    Любовь – это красивое слово, которое часто путают с чувствами. Но чувства приходят и уходят. Когда вы однажды женитесь и у вас будут дети, вы увидите, что между мужем и женой важнее более устойчивые, постоянные вещи. Уважение, терпение, общие ценности.

    — Альберт Сарфати · книга
20. «

    – Когда мы жили у Латифа, он как-то раз зачитал мне одно место из Корана. Если кто убьет невинного человека, это все равно что он убил бы все человечество. И если кто спасет человека, это все равно что он спас бы все человечество. Это же самое я нашел и в Талмуде. А есть ли такое утверждение в вашей религии? – Это звучит так: Возлюби ближнего твоего, как самого себя. Альберт устало вздохнул: – Этим словам тысячи лет, но люди ведут себя так, будто никогда их не слышали. Может, вовсе не Бог покинул людей, а люди его оставили.

    – Когда мы жили у Латифа, он как-то раз зачитал мне одно место из Корана. Если кто убьет невинного человека, это все равно что он убил бы все человечество. И если кто спасет человека, это все равно что он спас бы все человечество. Это же самое я нашел и в Талмуде. А есть ли такое утверждение в вашей религии? – Это звучит так: Возлюби ближнего твоего, как самого себя. Альберт устало вздохнул: – Этим словам тысячи лет, но люди ведут себя так, будто никогда их не слышали. Может, вовсе не Бог покинул людей, а люди его оставили.

    — Альберт Сарфати · книга