43 цитаты из книги «Дмитрий Глуховский. Метро 2034» — читаем и делимся

43 цитаты из книги «Дмитрий Глуховский. Метро 2034» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Что этот нелюдь с тобой сделал? — Ничего, — отозвалась она, ковыряясь в замке. — Не успел. Он не нелюдь. Обычный человек. Жестокий, глупый, злопамятный. Как все. — Не все такие, — возразил старик без особой убежденности. — Все, — упрямо сказала девчонка, морщась, но вставая на затекшие ноги. — Это ничего. Оставаться человеком — тоже непросто.

   — Что этот нелюдь с тобой сделал? — Ничего, — отозвалась она, ковыряясь в замке. — Не успел. Он не нелюдь. Обычный человек. Жестокий, глупый, злопамятный. Как все. — Не все такие, — возразил старик без особой убежденности. — Все, — упрямо сказала девчонка, морщась, но вставая на затекшие ноги. — Это ничего. Оставаться человеком — тоже непросто.

   — Гомер Симпсон · книга
2. «

   — Неужели тебе не обидно, что у тебя такая жизнь? — нахмурилась Саша. — Мне обидно, что строение позвоночника не позволяет мне задрать голову вверх и посмотреть на того, кто ставит эксперимент, — отозвался музыкант.

   — Неужели тебе не обидно, что у тебя такая жизнь? — нахмурилась Саша. — Мне обидно, что строение позвоночника не позволяет мне задрать голову вверх и посмотреть на того, кто ставит эксперимент, — отозвался музыкант.

   — Саша · книга
3. «

   Бесстрашие этого человека позволяет забыть о его уродстве.

   Бесстрашие этого человека позволяет забыть о его уродстве.
4. «

   Память об ушедших не исчезает, думал Гомер. Весь наш мир соткан из дел и мыслей других людей, точно так же, как каждый из нам составлен из бесчисленных кусочков мозаики, унаследованных от тысяч предков. Они оставили после себя след, оставили для потомков частичку души. Надо только приглядеться. И корабль, сложенный из бумаги, из мыслей и воспоминаний, может плыть по океану времени бесконечно долго, пока его не подберет кто-то другой, не разглядит и не поймет, что человек никогда не изменялся, что даже после гибели мира остался верным себе. И что небесный огонь, который однажды был в него заложен, бился на ветру, но не угас.

   Память об ушедших не исчезает, думал Гомер. Весь наш мир соткан из дел и мыслей других людей, точно так же, как каждый из нам составлен из бесчисленных кусочков мозаики, унаследованных от тысяч предков. Они оставили после себя след, оставили для потомков частичку души. Надо только приглядеться. И корабль, сложенный из бумаги, из мыслей и воспоминаний, может плыть по океану времени бесконечно долго, пока его не подберет кто-то другой, не разглядит и не поймет, что человек никогда не изменялся, что даже после гибели мира остался верным себе. И что небесный огонь, который однажды был в него заложен, бился на ветру, но не угас.
5. «

   Так или иначе, фотографии ушедших можно считать посмертной маской, снятой с их тела, но никак не прижизненным слепком с души. И потом, снимки тлеют лишь немногим медленнее тех тел, которые они запечатлели.

   Так или иначе, фотографии ушедших можно считать посмертной маской, снятой с их тела, но никак не прижизненным слепком с души. И потом, снимки тлеют лишь немногим медленнее тех тел, которые они запечатлели.
6. «

   И фантасты, и ученые исходили из того, что человечество рационально и последовательно. Как будто оно не состояло из нескольких миллиардов ленивых, легкомысленных, увлекающихся личностей, а было неким ульем, наделенным коллективным разумом и единой волей. Как будто бы, принимаясь за освоение космоса, оно собиралось заниматься им всерьез, а не бросить на полпути, наигравшись и переключившись на электронику, а с электроники — на биотехнологии, ни в чем так и не достигнув сколь-нибудь впечатляющих результатов. Кроме, пожалуй, ядерной физики.

   И фантасты, и ученые исходили из того, что человечество рационально и последовательно. Как будто оно не состояло из нескольких миллиардов ленивых, легкомысленных, увлекающихся личностей, а было неким ульем, наделенным коллективным разумом и единой волей. Как будто бы, принимаясь за освоение космоса, оно собиралось заниматься им всерьез, а не бросить на полпути, наигравшись и переключившись на электронику, а с электроники — на биотехнологии, ни в чем так и не достигнув сколь-нибудь впечатляющих результатов. Кроме, пожалуй, ядерной физики.
7. «

   Но даже самая непроницаемая темнота вокруг способна оказаться полной зрячих глаз.

   Но даже самая непроницаемая темнота вокруг способна оказаться полной зрячих глаз.
8. «

   — Когда просишь чуда, надо быть готовым в него поверить. А то проглядишь. — Надо еще и уметь отличать чудеса от фокусов...

   — Когда просишь чуда, надо быть готовым в него поверить. А то проглядишь. — Надо еще и уметь отличать чудеса от фокусов...

   — Леонид · книга
9. «

   — <...> Глупо играть ради денег. — А ради чего ты тогда играешь? — Ради музыки. <...> Ради людей. Даже нет, не так. Ради того, что музыка делает с людьми.

   — <...> Глупо играть ради денег. — А ради чего ты тогда играешь? — Ради музыки. <...> Ради людей. Даже нет, не так. Ради того, что музыка делает с людьми.

   — Леонид · книга
10. «

    Он понял: делом всей жизни нельзя заниматься на полставки. Нечего кокетничать с судьбой, обещая ей непременно всецело отдаться ему чуть позже, в следующий раз... Другого раза может не случиться, и если он не решится сейчас, ради чего ему потом быть?

    Он понял: делом всей жизни нельзя заниматься на полставки. Нечего кокетничать с судьбой, обещая ей непременно всецело отдаться ему чуть позже, в следующий раз... Другого раза может не случиться, и если он не решится сейчас, ради чего ему потом быть?
11. «

    — Иногда полезно увидеть себя со стороны <...> Помогает многое о себе понять. <...> — Есть люди, которые никогда не видели своего отражения и поэтому всю жизнь принимают себя за кого-то другого. Изнутри часто бывает плохо видно, а подсказать некому... И пока они случайно не натолкнутся на зеркало, будут продолжать заблуждаться. И даже когда посмотрят на отражение, часто не могут поверить, что видят самих себя.

    — Иногда полезно увидеть себя со стороны <...> Помогает многое о себе понять. <...> — Есть люди, которые никогда не видели своего отражения и поэтому всю жизнь принимают себя за кого-то другого. Изнутри часто бывает плохо видно, а подсказать некому... И пока они случайно не натолкнутся на зеркало, будут продолжать заблуждаться. И даже когда посмотрят на отражение, часто не могут поверить, что видят самих себя.

    — Николай Иванович (Гомер) · книга
12. «

    Я не должен вам этого говорить, но честных чиновников нигде не бывает, и чем суровее режим, тем меньше сумма. Надо только знать, кому заносить.

    Я не должен вам этого говорить, но честных чиновников нигде не бывает, и чем суровее режим, тем меньше сумма. Надо только знать, кому заносить.
13. «

    — Прекраснее этого города я ничего не видел. А ты… судишь о целом метро по одной шпале. Я, наверное, тебе описать это даже не сумею. Здания выше любых скал. Проспекты, бурлящие, как горные потоки. Негаснущее небо, светящийся туман… Город тщеславный, сиюминутный — как любой из миллионов его жителей. Безумный, хаотический. Весь состоящий из сочетаний несочетаемого, построенный безо всяких планов. Не вечный, потому что вечность слишком холодна и неподвижна. Но такой живой!

    — Прекраснее этого города я ничего не видел. А ты… судишь о целом метро по одной шпале. Я, наверное, тебе описать это даже не сумею. Здания выше любых скал. Проспекты, бурлящие, как горные потоки. Негаснущее небо, светящийся туман… Город тщеславный, сиюминутный — как любой из миллионов его жителей. Безумный, хаотический. Весь состоящий из сочетаний несочетаемого, построенный безо всяких планов. Не вечный, потому что вечность слишком холодна и неподвижна. Но такой живой!

    — Николай Иванович (Гомер) · книга
14. «

    Доведя женщину до слез, утешить ее, не перешагнув через себя, нельзя.

    Доведя женщину до слез, утешить ее, не перешагнув через себя, нельзя.
15. «

    У нее была манера отвечать не на те вопросы, которые он произносил вслух, а на те, что оставались незаданными.

    У нее была манера отвечать не на те вопросы, которые он произносил вслух, а на те, что оставались незаданными.
16. «

    — Не умру, — ответил бригадир. — А смерть — не самое страшное.

    — Не умру, — ответил бригадир. — А смерть — не самое страшное.

    — Хантер · книга
17. «

    Музыка — самое мимолетное, самое эфемерное искусство. Она существует ровно столько, сколько звучит инструмент, а потом в одно мгновение исчезает без следа. Но ничто не заражает людей так быстро, как музыка, ничто не ранит так глубоко и не заживает так медленно. Мелодия, которая тебя тронула, остается с тобой навсегда. Это экстракт красоты. Я думал, им можно лечить уродство души…

    Музыка — самое мимолетное, самое эфемерное искусство. Она существует ровно столько, сколько звучит инструмент, а потом в одно мгновение исчезает без следа. Но ничто не заражает людей так быстро, как музыка, ничто не ранит так глубоко и не заживает так медленно. Мелодия, которая тебя тронула, остается с тобой навсегда. Это экстракт красоты. Я думал, им можно лечить уродство души…

    — Леонид · книга
18. «

    И хотя под конец жизни он говорил, что не держит ни на кого зла и не хочет мстить, ей казалось, что он просто оправдывает собственное бессилие.

    И хотя под конец жизни он говорил, что не держит ни на кого зла и не хочет мстить, ей казалось, что он просто оправдывает собственное бессилие.
19. «

    — А зачем вообще люди дарят друг другу что-то? — Чтобы заплатить за добро. Которое им уже сделали или о котором они потом попросят.

    — А зачем вообще люди дарят друг другу что-то? — Чтобы заплатить за добро. Которое им уже сделали или о котором они потом попросят.
20. «

    — Мужчины что, не чувствуют женскую красоту? Вам надо все оказывать и объяснять? — Пожалуй, что так. И пользуясь этим, нас часто обманывают <...> Краски способны творить с женским лицом настоящие чудеса.

    — Мужчины что, не чувствуют женскую красоту? Вам надо все оказывать и объяснять? — Пожалуй, что так. И пользуясь этим, нас часто обманывают <...> Краски способны творить с женским лицом настоящие чудеса.

    — Саша · книга