Топ-16 цитат из книги «Дуглас Адамс. Пиратская планета»

Собрали 16 цитат из книги «Дуглас Адамс. Пиратская планета» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Романа практически висела на консоли… ну, то есть по большей части на очень большом рычаге, к которому кто-то приклеил скотчем записку: «Пожалуйста, в случае опасности не хватайтесь за меня».

   Романа практически висела на консоли… ну, то есть по большей части на очень большом рычаге, к которому кто-то приклеил скотчем записку: «Пожалуйста, в случае опасности не хватайтесь за меня».

   — Романадворатрелундар · книга
2. «

   — А знаете что? Уверена, Доктор еще до всего этого не дошел. Скажете ему, что я сама до всего додумалась, ладно? Она была просто в восторге. — Но зачем? – Мула сочла радость Романы, раскопавшей тайну чудесным образом оставшейся в живых королевы Ксанксии, несколько вульгарной. — Ну, понимаешь, он думает, что я не такая умная, как он.

   — А знаете что? Уверена, Доктор еще до всего этого не дошел. Скажете ему, что я сама до всего додумалась, ладно? Она была просто в восторге. — Но зачем? – Мула сочла радость Романы, раскопавшей тайну чудесным образом оставшейся в живых королевы Ксанксии, несколько вульгарной. — Ну, понимаешь, он думает, что я не такая умная, как он.

   — Романадворатрелундар · книга
3. «

   Доктору нередко доводилось оказываться в опасных для жизни ситуациях и проигрывал он, надо сказать, считаное количество раз. Хотя разнообразием они, признаться, не отличались. Он уже устал то и дело оказываться на мушке у индивидуумов, несколько староватых для кожаных брюк с заклепками. «Что-нибудь новенькое» в докторском понимании выглядело так: целая неделя, за которую никто не наставит на него пистолет и не воспользуется какой-нибудь тривиальной фигурой речи типа: «Убей его! Убей его сейчас же, Билл!» Нет, о таком приходилось только мечтать. У злодеев это была такая же повседневная банальность, как: «Ну, что, пойдем куда-нибудь выпьем после работы?» С пистолетами и тому подобным мусором он умел справляться. С тех пор, как на его жизненном пути возник первый солдат, он же гвардеец, он же стражник, смерть регулярно разворачивала перед Доктором толстенный каталог предоставляемых услуг. За последнюю пару дней его почти съело чудовище и взорвал вражеский генерал; на него кидались депрессивные телепаты и механические попугаи, а теперь еще и это. Право, какая нелепость.

   Доктору нередко доводилось оказываться в опасных для жизни ситуациях и проигрывал он, надо сказать, считаное количество раз. Хотя разнообразием они, признаться, не отличались. Он уже устал то и дело оказываться на мушке у индивидуумов, несколько староватых для кожаных брюк с заклепками. «Что-нибудь новенькое» в докторском понимании выглядело так: целая неделя, за которую никто не наставит на него пистолет и не воспользуется какой-нибудь тривиальной фигурой речи типа: «Убей его! Убей его сейчас же, Билл!» Нет, о таком приходилось только мечтать. У злодеев это была такая же повседневная банальность, как: «Ну, что, пойдем куда-нибудь выпьем после работы?» С пистолетами и тому подобным мусором он умел справляться. С тех пор, как на его жизненном пути возник первый солдат, он же гвардеец, он же стражник, смерть регулярно разворачивала перед Доктором толстенный каталог предоставляемых услуг. За последнюю пару дней его почти съело чудовище и взорвал вражеский генерал; на него кидались депрессивные телепаты и механические попугаи, а теперь еще и это. Право, какая нелепость.
4. «

   — Что мы будем со всем этим делать? — Думаю, просто наслаждаться, пока оно есть.

   — Что мы будем со всем этим делать? — Думаю, просто наслаждаться, пока оно есть.

   — Доктор · книга
5. «

   — Ты хочешь сказать, что сможешь ее открыть? – с сомнением спросил Кимус. — Открыть? – проворчал тот. – Конечно, я могу ее открыть, вопрос только в том, как. Он легонько пробежал пальцами по поверхности двери. — Как? – не поверил Кимус. — Понятия не имею. – Доктор пожал плечами.

   — Ты хочешь сказать, что сможешь ее открыть? – с сомнением спросил Кимус. — Открыть? – проворчал тот. – Конечно, я могу ее открыть, вопрос только в том, как. Он легонько пробежал пальцами по поверхности двери. — Как? – не поверил Кимус. — Понятия не имею. – Доктор пожал плечами.

   — Доктор · книга
6. «

   — Дерзкое веяние праздной фантазии! Смерть пришла! Робот-попугай сорвался с капитанского плеча, сделал круг и спикировал на Роману, вопя: «Смерть! Смерть! Смерть!» – с маниакальным жестяным восторгом. Романа поспорила сама с собой, стоит ли встретить смерть с вельможным высокомерием или все-таки нырнуть за письменный стол. Параллельно она отметила, что не так-то легко сохранять достоинство, будучи казнимой при помощи механического попугая.

   — Дерзкое веяние праздной фантазии! Смерть пришла! Робот-попугай сорвался с капитанского плеча, сделал круг и спикировал на Роману, вопя: «Смерть! Смерть! Смерть!» – с маниакальным жестяным восторгом. Романа поспорила сама с собой, стоит ли встретить смерть с вельможным высокомерием или все-таки нырнуть за письменный стол. Параллельно она отметила, что не так-то легко сохранять достоинство, будучи казнимой при помощи механического попугая.
7. «

   — Вот вам и ответ. Думаю, нам надо его угнать – а ты как считаешь? — Угнать?! – вопиющая ересь этого высказывания чуть не нокаутировала Кимуса на месте. – Он же принадлежит Капитану! — Я знаю, – ухмыльнулся Доктор. – Но мы разве не собирались вести себя плохо?

   — Вот вам и ответ. Думаю, нам надо его угнать – а ты как считаешь? — Угнать?! – вопиющая ересь этого высказывания чуть не нокаутировала Кимуса на месте. – Он же принадлежит Капитану! — Я знаю, – ухмыльнулся Доктор. – Но мы разве не собирались вести себя плохо?

   — Доктор · книга
8. «

   Еще одна планета взорвалась. Нет, он довольно услышал от Доктора. Он верил в глупца, а теперь собирается умереть ни за что ни про что. Они лежали в яростной тишине, а кругом горели и взрывались планеты.

   Еще одна планета взорвалась. Нет, он довольно услышал от Доктора. Он верил в глупца, а теперь собирается умереть ни за что ни про что. Они лежали в яростной тишине, а кругом горели и взрывались планеты.

   — Кимус · книга
9. «

   Нет, Романа – хорошее яблочко и вырастет в еще лучшую яблоню. Если не будет так все время цепляться за правила.

   Нет, Романа – хорошее яблочко и вырастет в еще лучшую яблоню. Если не будет так все время цепляться за правила.

   — Доктор · книга
10. «

    — Я, – начал Доктор со всем величием, которое допускает поза лежа на полу, – всегда готов признать, если был по-настоящему не прав. — Кто? – Романа устремила на него ясный взор широко раскрытых и совершенно невинных глаз. — Однако так уж вышло, что вот в этом конкретном случае я отнюдь не не прав, – он одарил ее победоносной улыбкой.

    — Я, – начал Доктор со всем величием, которое допускает поза лежа на полу, – всегда готов признать, если был по-настоящему не прав. — Кто? – Романа устремила на него ясный взор широко раскрытых и совершенно невинных глаз. — Однако так уж вышло, что вот в этом конкретном случае я отнюдь не не прав, – он одарил ее победоносной улыбкой.

    — Доктор · книга
11. «

    — Так кто такой Ньютон? – поинтересовалась она. — Старик Исаак-то? – Доктор медленно двинулся через равнину. Ну и битва у них тут была, судя по всему. — Это один мой друг с Земли, он открыл силу тяжести. Ну, на самом деле, пришлось его немножечко к этому подтолкнуть. — Что ты ему и обеспечил, надо полагать. — О да. — А что ты сделал? — Влез на дерево и уронил ему на голову яблоко. — И он после этого открыл силу тяжести? – Кажется, история вызвала у Романы определенные сомнения. — Да нет же, – отмахнулся Доктор. – Он встал и заорал, чтобы я слезал с его яблони. Про силу тяжести я объяснил ему потом, за ужином.

    — Так кто такой Ньютон? – поинтересовалась она. — Старик Исаак-то? – Доктор медленно двинулся через равнину. Ну и битва у них тут была, судя по всему. — Это один мой друг с Земли, он открыл силу тяжести. Ну, на самом деле, пришлось его немножечко к этому подтолкнуть. — Что ты ему и обеспечил, надо полагать. — О да. — А что ты сделал? — Влез на дерево и уронил ему на голову яблоко. — И он после этого открыл силу тяжести? – Кажется, история вызвала у Романы определенные сомнения. — Да нет же, – отмахнулся Доктор. – Он встал и заорал, чтобы я слезал с его яблони. Про силу тяжести я объяснил ему потом, за ужином.

    — Доктор · книга
12. «

    Тон под маркой «Давайте же будем разумны» использовался для того, чтобы стянуть злодея на уровень оппонента. Богатый жизненный опыт подсказывал ему, что все страдающие манией величия маньяки, от суперкомпьютеров до гигантских космических креветок, очень живо реагировали, когда к ним относились как к равным. Это их реально провоцировало и вместе с тем заставляло выдать все свои слабые места. Если они прекращали поглаживать бороду (особенно это касалось креветок), а взгляд их непроизвольно прыгал к большой красной кнопке с надписью «Самоуничтожение», день объявлялся прошедшим не зря.

    Тон под маркой «Давайте же будем разумны» использовался для того, чтобы стянуть злодея на уровень оппонента. Богатый жизненный опыт подсказывал ему, что все страдающие манией величия маньяки, от суперкомпьютеров до гигантских космических креветок, очень живо реагировали, когда к ним относились как к равным. Это их реально провоцировало и вместе с тем заставляло выдать все свои слабые места. Если они прекращали поглаживать бороду (особенно это касалось креветок), а взгляд их непроизвольно прыгал к большой красной кнопке с надписью «Самоуничтожение», день объявлялся прошедшим не зря.

    — Доктор · книга
13. «

    — Никогда? – Доктор оскорбленно поглядел на нее. – Никогда не говори такого Повелителю времени. — Никогда не говори какого? — Такого. Никогда. — Что никогда? — А, забей, – вздохнул Доктор. — Куда забей? — На все забей. — А забить-то что? — Что? – На сей раз Доктор сам потерял нить логики. — Что? – Романа от души понадеялась, что их кто-нибудь пристрелит. Доктора, конечно, первым.

    — Никогда? – Доктор оскорбленно поглядел на нее. – Никогда не говори такого Повелителю времени. — Никогда не говори какого? — Такого. Никогда. — Что никогда? — А, забей, – вздохнул Доктор. — Куда забей? — На все забей. — А забить-то что? — Что? – На сей раз Доктор сам потерял нить логики. — Что? – Романа от души понадеялась, что их кто-нибудь пристрелит. Доктора, конечно, первым.

    — Доктор · книга
14. «

    — Какой красивый! — Ты его еще к свету подними, – подсказал Доктор, польщенный ее реакцией – это уже куда ни шло. – Видишь, там, в самой сердцевине, полыхает зеленое пламя? Люди убивали за эту красоту, собирали ее, прятали, поклонялись ей, стирали с лица земли целые империи ради нее.

    — Какой красивый! — Ты его еще к свету подними, – подсказал Доктор, польщенный ее реакцией – это уже куда ни шло. – Видишь, там, в самой сердцевине, полыхает зеленое пламя? Люди убивали за эту красоту, собирали ее, прятали, поклонялись ей, стирали с лица земли целые империи ради нее.

    — Доктор · книга
15. «

    Меня убьет робот-попугай, думал Доктор, взмывая в воздух. Какой великолепный конец. Он уже видел, как по пространственно-временному телеграфу несутся праздничные открытки. — Вы слыхали? – мурлыкал где-то Верховный далек. – Попугай! — Нет!!! Неужели правда? – восхищался Кибер-Контроллер. – С ума сойти можно!

    Меня убьет робот-попугай, думал Доктор, взмывая в воздух. Какой великолепный конец. Он уже видел, как по пространственно-временному телеграфу несутся праздничные открытки. — Вы слыхали? – мурлыкал где-то Верховный далек. – Попугай! — Нет!!! Неужели правда? – восхищался Кибер-Контроллер. – С ума сойти можно!

    — Доктор · книга
16. «

    Никто точно не знал, когда именно ТАРДИС стали разумны, но таки да – они стали. На этот счет бытовало несколько теорий. Одна гласила, что в какой-то момент будущего начали строить разумные ТАРДИС, и одна прошмыгнула назад во времени, чтобы рассказать товаркам, что и как. Сколь бы соблазнительна ни была концепция транстемпоральной юнионизации, существовало и более простое объяснение, и именно его-то Романа и выложила учителю в молодые годы. — Люди все время обращаются к вещам так, словно те живые, – заявила она. – ТАРДИС просто оказались достаточно умны, чтобы понять намек. Впрочем, свою разумность ТАРДИС хорошо скрывали. Но разум у них точно был. Его даже измеряли. У современных моделей были весьма болтливые интерфейсы, но при этом вы все равно разговаривали не с настоящей ТАРДИС. Скорее уж с дворецким, который приветствует тебя на пороге, берет карточку, проводит в гостиную и затем отправляется передать хозяйке дома, что пришел гость. Кроме того, ТАРДИС со временем становились похожи на своих хозяев. ТАРДИС ее учителя являлась на место встречи тяжеловесно, аккуратно и любезно покашливала, прежде чем сесть. Военные ТАРДИС шмякались на поверхность планеты, делали, что надо, и с грохотом отбывали по месту нового назначения. Президентская ТАРДИС всегда прилетала с опозданием. Ну, и была еще ТАРДИС Доктора. Романа летала на ней всего дважды, и оба раза старт сопровождался негодующим уханьем и скрипом. Сейчас, под управлением Следилки, ей полагалось смирно покидать пункт А и появляться в пункте Б. Что она и делала, лишь немного закатывая по дороге несуществующие глаза: «Ох, ну ладно. Если вам правда так нужно. Только чтобы спасти Вселенную. Да, опять. Но, право, я вас умоляю…» Конечно, скорее всего, это была просто игра воображения.

    Никто точно не знал, когда именно ТАРДИС стали разумны, но таки да – они стали. На этот счет бытовало несколько теорий. Одна гласила, что в какой-то момент будущего начали строить разумные ТАРДИС, и одна прошмыгнула назад во времени, чтобы рассказать товаркам, что и как. Сколь бы соблазнительна ни была концепция транстемпоральной юнионизации, существовало и более простое объяснение, и именно его-то Романа и выложила учителю в молодые годы. — Люди все время обращаются к вещам так, словно те живые, – заявила она. – ТАРДИС просто оказались достаточно умны, чтобы понять намек. Впрочем, свою разумность ТАРДИС хорошо скрывали. Но разум у них точно был. Его даже измеряли. У современных моделей были весьма болтливые интерфейсы, но при этом вы все равно разговаривали не с настоящей ТАРДИС. Скорее уж с дворецким, который приветствует тебя на пороге, берет карточку, проводит в гостиную и затем отправляется передать хозяйке дома, что пришел гость. Кроме того, ТАРДИС со временем становились похожи на своих хозяев. ТАРДИС ее учителя являлась на место встречи тяжеловесно, аккуратно и любезно покашливала, прежде чем сесть. Военные ТАРДИС шмякались на поверхность планеты, делали, что надо, и с грохотом отбывали по месту нового назначения. Президентская ТАРДИС всегда прилетала с опозданием. Ну, и была еще ТАРДИС Доктора. Романа летала на ней всего дважды, и оба раза старт сопровождался негодующим уханьем и скрипом. Сейчас, под управлением Следилки, ей полагалось смирно покидать пункт А и появляться в пункте Б. Что она и делала, лишь немного закатывая по дороге несуществующие глаза: «Ох, ну ладно. Если вам правда так нужно. Только чтобы спасти Вселенную. Да, опять. Но, право, я вас умоляю…» Конечно, скорее всего, это была просто игра воображения.

    — Романадворатрелундар · книга