68 цитат из книги «Джанет Фитч. Белый Олеандр» для поста в соцсетях

Ниже 68 цитат из книги «Джанет Фитч. Белый Олеандр»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мне очень не нравился взгляд, которым она смотрела на его дом. Это холодное спокойствие едва ли говорило о здравом рассудке, — мать напоминала ястреба, терпеливо караулящего добычу на расколотом молнией дереве.

   Мне очень не нравился взгляд, которым она смотрела на его дом. Это холодное спокойствие едва ли говорило о здравом рассудке, — мать напоминала ястреба, терпеливо караулящего добычу на расколотом молнией дереве.

   — Дочь · книга
2. «

   Боязнь высоты — недоверие к себе, ты сама не знаешь, когда можешь вдруг прыгнуть.

   Боязнь высоты — недоверие к себе, ты сама не знаешь, когда можешь вдруг прыгнуть.

   — Ингрид · книга
3. «

   Но ты не можешь так легко от меня освободиться, отрезать все связи. Я живу в тебе, в твоих костях и коже, в прихотливых извивах твоих мыслей. Это я сделала тебя такой, какая ты есть. Я сформировала твои чувства и настроения, кровь у тебя в жилах шепчет мое имя. Даже бунтуя, ты все равно остаешься моей.

   Но ты не можешь так легко от меня освободиться, отрезать все связи. Я живу в тебе, в твоих костях и коже, в прихотливых извивах твоих мыслей. Это я сделала тебя такой, какая ты есть. Я сформировала твои чувства и настроения, кровь у тебя в жилах шепчет мое имя. Даже бунтуя, ты все равно остаешься моей.

   — Ингрид Магнуссен · книга
4. «

   Всегда заучивай стихи наизусть. Они станут частью твоего естества и, как фтор в воде, предохранят душу от тлетворного дыхания мира.

   Всегда заучивай стихи наизусть. Они станут частью твоего естества и, как фтор в воде, предохранят душу от тлетворного дыхания мира.
5. «

   Ты привязываешься к любому, кто проявит к тебе хоть малейшее внимание.

   Ты привязываешься к любому, кто проявит к тебе хоть малейшее внимание.

   — Ингрид Магнуссен · книга
6. «

   Невозможно собрать в одном месте кучу травмированных детей и не превратить его в тюрьму или психиатрическое отделение. Администрация могла рисовать на стенах что угодно – кошмар оставался кошмаром. Каким бы зеленым ни был газон, как бы красочно ни расписали коридоры и окружающую Мак стену в три с лишним метра высотой, какими бы добрыми ни были дежурные по общежитиям и остальной персонал, сколько бы встреч с известными людьми нам ни устраивали и сколько бы бассейнов ни строили, все равно это было последнее пристанище для покалеченных детских душ. Чудо, что мы вообще еще способны вместе обедать, смеяться над телепередачами и спать…

   Невозможно собрать в одном месте кучу травмированных детей и не превратить его в тюрьму или психиатрическое отделение. Администрация могла рисовать на стенах что угодно – кошмар оставался кошмаром. Каким бы зеленым ни был газон, как бы красочно ни расписали коридоры и окружающую Мак стену в три с лишним метра высотой, какими бы добрыми ни были дежурные по общежитиям и остальной персонал, сколько бы встреч с известными людьми нам ни устраивали и сколько бы бассейнов ни строили, все равно это было последнее пристанище для покалеченных детских душ. Чудо, что мы вообще еще способны вместе обедать, смеяться над телепередачами и спать…
7. «

   Вот моё наследство – навык сбрасывать прошлую жизнь, словно змеиную кожу, изобретать новую правду для каждой новой страницы, нравственная амнезия.

   Вот моё наследство – навык сбрасывать прошлую жизнь, словно змеиную кожу, изобретать новую правду для каждой новой страницы, нравственная амнезия.

   — Астрид Магнуссен · книга
8. «

   — Смотрится идеально, — сказала она. Это слово меня пугало. Идеально – значит, слишком хорошо, чтобы быть на самом деле.

   — Смотрится идеально, — сказала она. Это слово меня пугало. Идеально – значит, слишком хорошо, чтобы быть на самом деле.

   — Астрид Магнуссен · книга
9. «

   Мир мужчин. Но что это значит? Что они могли свистеть, пялиться на тебя и говорить гадости, а ты должна молчать, иначе тебя изнасилуют или побьют. Что есть места, куда женщинам входить запрещено. Это означает, что у мужчин больше денег, что они не возятся с детьми, как женщины, ни на секунду не отвлекаясь. И еще, что женщины любят их больше, чем они любят женщин, что женщины от всего сердца отдают им себя, не получая ничего взамен.

   Мир мужчин. Но что это значит? Что они могли свистеть, пялиться на тебя и говорить гадости, а ты должна молчать, иначе тебя изнасилуют или побьют. Что есть места, куда женщинам входить запрещено. Это означает, что у мужчин больше денег, что они не возятся с детьми, как женщины, ни на секунду не отвлекаясь. И еще, что женщины любят их больше, чем они любят женщин, что женщины от всего сердца отдают им себя, не получая ничего взамен.

   — Астрид Магнуссен · книга
10. «

    Что дает красота, если ты не собираешься использовать ее как ключ или как молоток? Просто игрушка для других людей, предмет пользования или восхищения. Или презрения и зависти. Предлог для мечты, как картина на белой стене.

    Что дает красота, если ты не собираешься использовать ее как ключ или как молоток? Просто игрушка для других людей, предмет пользования или восхищения. Или презрения и зависти. Предлог для мечты, как картина на белой стене.

    — Астрид Магнуссен · книга
11. «

    Есть только одна добродетель — стойкость. Спартанцы были правы, человек может вынести все. Действительно невыносимая боль убивает мгновенно.

    Есть только одна добродетель — стойкость. Спартанцы были правы, человек может вынести все. Действительно невыносимая боль убивает мгновенно.

    — Ингрид Магнуссен · книга
12. «

    Любовь уничтожает, а ненависть возвышает.

    Любовь уничтожает, а ненависть возвышает.

    — Ингрид · книга
13. «

    Веди дневник, запоминай все — каждую слезу, каждый укол в сердце. Сделай их татуировками на оболочке мозга. Горький опыт — самое необходимое в жизни знание.

    Веди дневник, запоминай все — каждую слезу, каждый укол в сердце. Сделай их татуировками на оболочке мозга. Горький опыт — самое необходимое в жизни знание.

    — Ингрид Магнуссен · книга
14. «

    Настоящий художник — не то, что все остальные. Он может изменить мир.

    Настоящий художник — не то, что все остальные. Он может изменить мир.

    — Клэр · книга
15. «

    Красота ее была как лезвие очень острого ножа.

    Красота ее была как лезвие очень острого ножа.
16. «

    Я стану пленительной, обворожительной, звездой своего собственного театра.

    Я стану пленительной, обворожительной, звездой своего собственного театра.

    — Астрид Магнуссен · книга
17. «

    — Всегда учи стихи наизусть, — сказала она. — Пусть они проникают в самую глубину, в костный мозг. Как фтор в воде, они сделают твою душу неуязвимой для медленного разложения мира.

    — Всегда учи стихи наизусть, — сказала она. — Пусть они проникают в самую глубину, в костный мозг. Как фтор в воде, они сделают твою душу неуязвимой для медленного разложения мира.

    — Ингрид Магнуссен · книга
18. «

    Его восхищение моей красотой и правда делало меня красивой.

    Его восхищение моей красотой и правда делало меня красивой.

    — Астрид Магнуссен · книга
19. «

    Слова поэта не становятся правдой только потому, что он поэт. Они просто хорошо звучат.

    Слова поэта не становятся правдой только потому, что он поэт. Они просто хорошо звучат.
20. «

    В круглом настенном зеркале мелькали наши длинные белые волосы, синие глаза. Древние женщины-скандинавы. Когда я вот так смотрела на нас с матерью, я легко, кажется, могла вспомнить ловлю рыбы в глубоких холодных морях, запах трески, уголь наших костров, кожаную обувь и наш странный алфавит, грубые руны, язык, похожий по звуку на вспашку поля.

    В круглом настенном зеркале мелькали наши длинные белые волосы, синие глаза. Древние женщины-скандинавы. Когда я вот так смотрела на нас с матерью, я легко, кажется, могла вспомнить ловлю рыбы в глубоких холодных морях, запах трески, уголь наших костров, кожаную обувь и наш странный алфавит, грубые руны, язык, похожий по звуку на вспашку поля.

    — Астрид Магнуссен · книга