«Джанет Фитч. Белый Олеандр»: 82 цитаты

Ниже 82 цитаты из книги «Джанет Фитч. Белый Олеандр»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Любовь уничтожает, а ненависть возвышает.

   Любовь уничтожает, а ненависть возвышает.

   — Ингрид · книга
2. «

   — Всегда учи стихи наизусть, — сказала она. — Пусть они проникают в самую глубину, в костный мозг. Как фтор в воде, они сделают твою душу неуязвимой для медленного разложения мира.

   — Всегда учи стихи наизусть, — сказала она. — Пусть они проникают в самую глубину, в костный мозг. Как фтор в воде, они сделают твою душу неуязвимой для медленного разложения мира.

   — Ингрид Магнуссен · книга
3. «

   Прошлое скучно, важен только человек и что он создает из того, чему научился.

   Прошлое скучно, важен только человек и что он создает из того, чему научился.

   — Ингрид Магнуссен · книга
4. «

   Не нужно быть красивым — нужно только, чтобы тебя любили.

   Не нужно быть красивым — нужно только, чтобы тебя любили.
5. «

   Ненависть придает мне сил.

   Ненависть придает мне сил.

   — Ингрид Магнуссен · книга
6. «

   Светлая кожа и глаза достались нам от древних скандинавов. Волосатых дикарей, которые разрубали в куски своих богов и подвешивали мясо на деревьях. Мы те, кто разграбил Рим. Те, кто боится только старческой немощи и смерти в собственной постели.

   Светлая кожа и глаза достались нам от древних скандинавов. Волосатых дикарей, которые разрубали в куски своих богов и подвешивали мясо на деревьях. Мы те, кто разграбил Рим. Те, кто боится только старческой немощи и смерти в собственной постели.

   — Ингрид Магнуссен · книга
7. «

   Есть только одна добродетель — стойкость. Спартанцы были правы, человек может вынести все. Действительно невыносимая боль убивает мгновенно.

   Есть только одна добродетель — стойкость. Спартанцы были правы, человек может вынести все. Действительно невыносимая боль убивает мгновенно.

   — Ингрид Магнуссен · книга
8. «

   Мне очень не нравился взгляд, которым она смотрела на его дом. Это холодное спокойствие едва ли говорило о здравом рассудке, — мать напоминала ястреба, терпеливо караулящего добычу на расколотом молнией дереве.

   Мне очень не нравился взгляд, которым она смотрела на его дом. Это холодное спокойствие едва ли говорило о здравом рассудке, — мать напоминала ястреба, терпеливо караулящего добычу на расколотом молнией дереве.

   — Дочь · книга
9. «

   Я думала о ней, стоящей лицом к лицу с присяжными, не прикрытой пешечным строем моей лжи. Королева осталась без защиты, но сумела выиграть партию.

   Я думала о ней, стоящей лицом к лицу с присяжными, не прикрытой пешечным строем моей лжи. Королева осталась без защиты, но сумела выиграть партию.

   — Астрид Магнуссен · книга
10. «

    У любой религии должна быть Библия, и вот я нашла свою. Там рассказывалось, как неделями оставаться живой в открытом море, если ваш белый океанский лайнер пошел ко дну. Надо собирать губкой росу с поверхностей спасательной шлюпки, ловить дождевую воду расстеленной парусиной. Но если парусина будет грязной, а поверхность шлюпки покроется соляным налетом, предупреждала книга, вся собранная вода будет непригодной для питья. Надо держать шлюпку в чистоте, не пачкать паруса. Надо быть ко всему готовой. Оглянувшись на свою теперешнюю жизнь, я поняла, что не делаю ничего для выживания в бирюзовом доме. Мои паруса пачкались, шлюпка покрывалась соляным налетом. Надо перестать играть в «джонни–джонни» и сосредоточиться на подготовке к дождю, подготовке к спасению. Я решила тренироваться, ходить каждый день, перестать нарочито хромать, как привыкла, и потихоньку избавляться от трости. Пора было брать себя в руки.

    У любой религии должна быть Библия, и вот я нашла свою. Там рассказывалось, как неделями оставаться живой в открытом море, если ваш белый океанский лайнер пошел ко дну. Надо собирать губкой росу с поверхностей спасательной шлюпки, ловить дождевую воду расстеленной парусиной. Но если парусина будет грязной, а поверхность шлюпки покроется соляным налетом, предупреждала книга, вся собранная вода будет непригодной для питья. Надо держать шлюпку в чистоте, не пачкать паруса. Надо быть ко всему готовой. Оглянувшись на свою теперешнюю жизнь, я поняла, что не делаю ничего для выживания в бирюзовом доме. Мои паруса пачкались, шлюпка покрывалась соляным налетом. Надо перестать играть в «джонни–джонни» и сосредоточиться на подготовке к дождю, подготовке к спасению. Я решила тренироваться, ходить каждый день, перестать нарочито хромать, как привыкла, и потихоньку избавляться от трости. Пора было брать себя в руки.
11. «

    Мать однажды написала стихотворение о реках. Они как женщины, говорилось там. Начинаются маленькими девочками, ручейками в ярких цветочках. Потом взрослеют, превращаются в стремительные потоки, прокладывают себе тропы в граните, бросаются со скал, бесстрашные, неудержимые. Потом раздаются, становятся спокойными и деловитыми, по широким плавным поворотам плывут товары и разный мусор. Но в темных глубинах бессознательного растут огромные сомы, достигающие размеров баржи. Раз в сто лет случаются бури, реки берут обратно свои слова, изменяют брачным обетам и затопляют берега. Наконец они выдыхаются, опустошенные родами, и превращаются в обширные болота, примыкающие к морю.

    Мать однажды написала стихотворение о реках. Они как женщины, говорилось там. Начинаются маленькими девочками, ручейками в ярких цветочках. Потом взрослеют, превращаются в стремительные потоки, прокладывают себе тропы в граните, бросаются со скал, бесстрашные, неудержимые. Потом раздаются, становятся спокойными и деловитыми, по широким плавным поворотам плывут товары и разный мусор. Но в темных глубинах бессознательного растут огромные сомы, достигающие размеров баржи. Раз в сто лет случаются бури, реки берут обратно свои слова, изменяют брачным обетам и затопляют берега. Наконец они выдыхаются, опустошенные родами, и превращаются в обширные болота, примыкающие к морю.

    — Астрид Магнуссен · книга
12. «

    Тюрьма по мне. Здесь никто не лицемерит. Либо ты, либо тебя, и все это знают.

    Тюрьма по мне. Здесь никто не лицемерит. Либо ты, либо тебя, и все это знают.

    — Ингрид Магнуссен · книга
13. «

    Почему люди убивают тех, кто их бросает? Потому что их душат боль и гнев, и они не могут вынести этих чувств.

    Почему люди убивают тех, кто их бросает? Потому что их душат боль и гнев, и они не могут вынести этих чувств.

    — Астрид Магнуссен · книга
14. «

    Если человек начинает стремиться к чему-то изо всех сил, это наверняка отнимется у него, я знала по опыту.

    Если человек начинает стремиться к чему-то изо всех сил, это наверняка отнимется у него, я знала по опыту.

    — Астрид Магнуссен · книга
15. «

    Его восхищение моей красотой и правда делало меня красивой.

    Его восхищение моей красотой и правда делало меня красивой.

    — Астрид Магнуссен · книга
16. «

    — Как насчет любви? Вы в нее не верите? — Нет, не верю — так, как люди верят в Бога или в Зубную Фею. Она больше похожа на «Нэшнл Энквайерер» — крупный заманчивый заголовок, а под ним очень скучная история.

    — Как насчет любви? Вы в нее не верите? — Нет, не верю — так, как люди верят в Бога или в Зубную Фею. Она больше похожа на «Нэшнл Энквайерер» — крупный заманчивый заголовок, а под ним очень скучная история.

    — Астрид Магнуссен · книга
17. «

    Боязнь высоты — недоверие к себе, ты сама не знаешь, когда можешь вдруг прыгнуть.

    Боязнь высоты — недоверие к себе, ты сама не знаешь, когда можешь вдруг прыгнуть.

    — Ингрид · книга
18. «

    Одна из выпускниц сейчас произносит в школе прощальную речь. Об «увлекательном будущем, которое ждет каждого из нас». Что, если бы она сказала правду? «Половина из вас уже достигла в жизни всего, на что они способны. Оглядитесь вокруг, сейчас вы на вершине. Остальные уйдут не намного дальше — стабильная работа, отдых на Гавайях, переезд в Финикс, Аризона. Многие ли сделают что-нибудь действительно ценное? Напишут пьесу, нарисуют картину, которую повесят в музее, изобретут новый способ лечения герпеса? Двое из нас или трое? А многие ли найдут настоящую любовь? Примерно столько же. Многие ли получат образование? Хорошо, если хоть один. Остальные будут идти на компромиссы, искать причины, сваливать вину на кого-то или что-то и носить эту мысль на груди, как кулон».

    Одна из выпускниц сейчас произносит в школе прощальную речь. Об «увлекательном будущем, которое ждет каждого из нас». Что, если бы она сказала правду? «Половина из вас уже достигла в жизни всего, на что они способны. Оглядитесь вокруг, сейчас вы на вершине. Остальные уйдут не намного дальше — стабильная работа, отдых на Гавайях, переезд в Финикс, Аризона. Многие ли сделают что-нибудь действительно ценное? Напишут пьесу, нарисуют картину, которую повесят в музее, изобретут новый способ лечения герпеса? Двое из нас или трое? А многие ли найдут настоящую любовь? Примерно столько же. Многие ли получат образование? Хорошо, если хоть один. Остальные будут идти на компромиссы, искать причины, сваливать вину на кого-то или что-то и носить эту мысль на груди, как кулон».
19. «

    Женщины всегда ставят мужчин на первое место. Потому-то все в этом мире через задницу!

    Женщины всегда ставят мужчин на первое место. Потому-то все в этом мире через задницу!
20. «

    Человеческие страдания неисчерпаемы. Мы ничего не можем сделать, только стоять и смотреть на них. Выживание тут ни при чем, это вопрос глубины — сколько ты способен вынести, на сколько тебя хватит.

    Человеческие страдания неисчерпаемы. Мы ничего не можем сделать, только стоять и смотреть на них. Выживание тут ни при чем, это вопрос глубины — сколько ты способен вынести, на сколько тебя хватит.