11 цитат из книги «Джеймс Клавелл. Тай-Пэн»

11 цитат из книги «Джеймс Клавелл. Тай-Пэн» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ни о едином дне я не жалею, говорил он себе. Ни о едином. Человек должен идти в этот мир, чтобы взять от него все, что возможно, отдавая при этом и себя без остатка. Разве не в этом заключается смысл жизни?

   Ни о едином дне я не жалею, говорил он себе. Ни о едином. Человек должен идти в этот мир, чтобы взять от него все, что возможно, отдавая при этом и себя без остатка. Разве не в этом заключается смысл жизни?
2. «

   Даже самые сильные натуры, как она знала, временами нуждаются в теплоте молчаливого, понимающего, терпеливого сочувствия.

   Даже самые сильные натуры, как она знала, временами нуждаются в теплоте молчаливого, понимающего, терпеливого сочувствия.
3. «

   Разгрызи Господь этих штатских. Все, о чем они пекутся, это деньги и власть. Им неведомо чувство чести – они просто не знают, что это такое.

   Разгрызи Господь этих штатских. Все, о чем они пекутся, это деньги и власть. Им неведомо чувство чести – они просто не знают, что это такое.
4. «

   Ваша стихия — море. Моя — земля. Море я оставляю вам, Тай-Пэн.

   Ваша стихия — море. Моя — земля. Море я оставляю вам, Тай-Пэн.
5. «

   Империи создаются молодыми, Кулум. Это разрушают их старики.

   Империи создаются молодыми, Кулум. Это разрушают их старики.
6. «

   Быть богатым значит прежде всего перестать быть бедным. Сами деньги не имеют значения – только их отсутствие.

   Быть богатым значит прежде всего перестать быть бедным. Сами деньги не имеют значения – только их отсутствие.
7. «

   – Странные, странные люди эти китайцы, Кулум, – добавил Струан. – Например, из трехсот миллионов человек только император имеет право писать алой тушью. Попытайся представить себе это. Если бы королева Виктория заявила в один прекрасный день, что отныне только ей дозволено пользоваться красными чернилами, как бы мы ни любили её, сорок тысяч британцев в тот же миг отказались бы от всех чернил, кроме красных. Я бы сам первый так поступил.

   – Странные, странные люди эти китайцы, Кулум, – добавил Струан. – Например, из трехсот миллионов человек только император имеет право писать алой тушью. Попытайся представить себе это. Если бы королева Виктория заявила в один прекрасный день, что отныне только ей дозволено пользоваться красными чернилами, как бы мы ни любили её, сорок тысяч британцев в тот же миг отказались бы от всех чернил, кроме красных. Я бы сам первый так поступил.
8. «

   Я китаянка, а китайцы очень терпеливые люди. Но не забывай, что я еще и женщина.

   Я китаянка, а китайцы очень терпеливые люди. Но не забывай, что я еще и женщина.
9. «

   — Интересно, что наденет Шевон. — Ничего — если решит, что это пойдет ей больше всего.

   — Интересно, что наденет Шевон. — Ничего — если решит, что это пойдет ей больше всего.
10. «

    Народу очень дорого обходятся ошибки правителей. Вы не находите? Столь многим приходится расплачиваться за них своей кровью.

    Народу очень дорого обходятся ошибки правителей. Вы не находите? Столь многим приходится расплачиваться за них своей кровью.
11. «

    — Придет время, и все изменится. Но начали работорговлю англичане. — Ее начали подонки. «Да, а сумасшедшие продолжают их дело», — с горечью подумал Купер.

    — Придет время, и все изменится. Но начали работорговлю англичане. — Ее начали подонки. «Да, а сумасшедшие продолжают их дело», — с горечью подумал Купер.