16 цитат из книги «Джон Гришэм. Камера» без воды

Ниже 16 цитат из книги «Джон Гришэм. Камера»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Он носил рубашку и брюки темно-оливкового цвета, идеально сочетавшиеся друг с другом и идеально выглаженные. Складки и линии удивительным образом сохранялись до конца дня. Внизу брюки убирались в черные кожаные ботинки военного образца, начищенные и дважды в день полировавшиеся до ослепительного блеска. Ходил слух, что кто-то однажды видел пятно грязи на одной из подметок, но слух не подтвердился.

   Он носил рубашку и брюки темно-оливкового цвета, идеально сочетавшиеся друг с другом и идеально выглаженные. Складки и линии удивительным образом сохранялись до конца дня. Внизу брюки убирались в черные кожаные ботинки военного образца, начищенные и дважды в день полировавшиеся до ослепительного блеска. Ходил слух, что кто-то однажды видел пятно грязи на одной из подметок, но слух не подтвердился.
2. «

   Держись подальше от прессы. Все репортеры безжалостные и глупые люди. они и врут, и делают по своей расхлябанности ошибки.

   Держись подальше от прессы. Все репортеры безжалостные и глупые люди. они и врут, и делают по своей расхлябанности ошибки.

   — Сэм Кейхолл · книга
3. «

   В наши дни трудно любить людей.

   В наши дни трудно любить людей.

   — Сэм Кейхолл · книга
4. «

   Сказав правду — испытаешь облегчение.

   Сказав правду — испытаешь облегчение.

   — Сэм Кейхолл · книга
5. «

   — Такой прекрасный вид из окна. Я многое бы отдал за такой вид, а то сижу в норе, от нее до ближайшего окна целую милю шагать. — Работайте как следует, зарабатывайте — и в один прекрасный день все будет вашим. — Только не моим.

   — Такой прекрасный вид из окна. Я многое бы отдал за такой вид, а то сижу в норе, от нее до ближайшего окна целую милю шагать. — Работайте как следует, зарабатывайте — и в один прекрасный день все будет вашим. — Только не моим.

   — Адам Холл · книга
6. «

   Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.

   Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.
7. «

   Я же адвокат, а адвокаты кого только не защищают — и убийц, и растлителей, и сбытчиков наркотиков, и насильников, и террористов. Мы, адвокаты, народ непопулярный.

   Я же адвокат, а адвокаты кого только не защищают — и убийц, и растлителей, и сбытчиков наркотиков, и насильников, и террористов. Мы, адвокаты, народ непопулярный.

   — Адам Холл · книга
8. «

   — Что тут плохого, если игрок требует столько денег, сколько сможет получить? — Кто же стоит пяти миллионов в год? — Никто. Но если звезды рока делают по пятьдесят миллионов в год, почему бы спортсменам не сделать хотя бы несколько?

   — Что тут плохого, если игрок требует столько денег, сколько сможет получить? — Кто же стоит пяти миллионов в год? — Никто. Но если звезды рока делают по пятьдесят миллионов в год, почему бы спортсменам не сделать хотя бы несколько?

   — Фелпс Бут · книга
9. «

   Начиная с полудня время то останавливалось, то вдруг куда-то пропадали целые часы. Время то летело во весь опор, то ползло черепахой.

   Начиная с полудня время то останавливалось, то вдруг куда-то пропадали целые часы. Время то летело во весь опор, то ползло черепахой.
10. «

    У адвокатов очень долгая память. Сегодня ты кому-то перерезал глотку, и он не забудет: годами будет лежать в засаде, выжидая удобный момент, чтобы сполна вернуть тебе «долг».

    У адвокатов очень долгая память. Сегодня ты кому-то перерезал глотку, и он не забудет: годами будет лежать в засаде, выжидая удобный момент, чтобы сполна вернуть тебе «долг».
11. «

    Мы любим прессу. Мы же судебные адвокаты. Род нашей деятельности предполагает, что мы должны спокойно относиться к фото — и телекамерам.

    Мы любим прессу. Мы же судебные адвокаты. Род нашей деятельности предполагает, что мы должны спокойно относиться к фото — и телекамерам.

    — Адам Холл · книга
12. «

    Сколько все-таки шизанутых на свободе!

    Сколько все-таки шизанутых на свободе!

    — Сэм Кей · книга
13. «

    Дэниел Розен слыл чудовищем, но два сердечных приступа сделали его покладистее. В течение тридцати лет это был беспощадный, самый злой, скандальный и, без сомнения, самый ловкий участник разнообразных судебных тяжб в Чикаго. До первого приступа он был известен своей способностью работать на износ — по девяносто часов в неделю. Его бросили несколько жен. Четыре секретарши одновременно еле поспевали за ним.

    Дэниел Розен слыл чудовищем, но два сердечных приступа сделали его покладистее. В течение тридцати лет это был беспощадный, самый злой, скандальный и, без сомнения, самый ловкий участник разнообразных судебных тяжб в Чикаго. До первого приступа он был известен своей способностью работать на износ — по девяносто часов в неделю. Его бросили несколько жен. Четыре секретарши одновременно еле поспевали за ним.
14. «

    Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.

    Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.

    — Сэм Кейхолл · книга
15. «

    Репортерши с огнем в глазах, избытком косметики на лице и полным отсутствием знания тонкостей закона изливали перед камерой свои предсказания.

    Репортерши с огнем в глазах, избытком косметики на лице и полным отсутствием знания тонкостей закона изливали перед камерой свои предсказания.
16. «

    Мы выжили и процветаем в жестком и запутанном мире чикагской юриспруденции. Нас считают последними мерзавцами в городе. У нас самая толстая шкура.

    Мы выжили и процветаем в жестком и запутанном мире чикагской юриспруденции. Нас считают последними мерзавцами в городе. У нас самая толстая шкура.

    — Гарнер Гудман · книга