43 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — от иронии до философии

Собрали 43 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Любовь зарождается в человеке, но никогда не кончается в нём. И даже если есть всё: и человек, и любовь, и счастье, и жизнь, — то по какому-то страшному закону этого всегда мало, и чем большим всё это кажется, тем меньше оно на самом деле.

   Любовь зарождается в человеке, но никогда не кончается в нём. И даже если есть всё: и человек, и любовь, и счастье, и жизнь, — то по какому-то страшному закону этого всегда мало, и чем большим всё это кажется, тем меньше оно на самом деле.

   — Роберт Локамп · книга
2. «

   Что вы знаете, ребята, о бытии! Ведь вы боитесь собственных чувств. Вы не пишете писем — вы звоните по телефону; вы больше не мечтаете — вы выезжаете за город с субботы на воскресенье; вы разумны в любви и неразумны в политике — жалкое племя!

   Что вы знаете, ребята, о бытии! Ведь вы боитесь собственных чувств. Вы не пишете писем — вы звоните по телефону; вы больше не мечтаете — вы выезжаете за город с субботы на воскресенье; вы разумны в любви и неразумны в политике — жалкое племя!

   — Фердинанд Грау · книга
3. «

   Ведь я всегда говорила: где у других людей сердце, у вас бутылка со шнапсом.

   Ведь я всегда говорила: где у других людей сердце, у вас бутылка со шнапсом.

   — Фрау Залевски · книга
4. «

   Только несчастный знает, что такое счастье. Счастливец ощущает радость жизни не более, чем манекен: он только демонстрирует эту радость, но она ему не дана. Свет не светит, когда светло. Он светит во тьме. Выпьем за тьму! Кто хоть раз попал в грозу, тому нечего объяснять, что такое электричество. Будь проклята гроза! Да будет благословенна та малая толика жизни, что мы имеем! И так как мы любим ее, то не будем же закладывать ее под проценты! Живи напропалую! Пейте, ребята! Есть звезды, которые распались десять тысяч световых лет тому назад, но они светят и поныне! Пейте, пока есть время! Да здравствует несчастье! Да здравствует тьма!

   Только несчастный знает, что такое счастье. Счастливец ощущает радость жизни не более, чем манекен: он только демонстрирует эту радость, но она ему не дана. Свет не светит, когда светло. Он светит во тьме. Выпьем за тьму! Кто хоть раз попал в грозу, тому нечего объяснять, что такое электричество. Будь проклята гроза! Да будет благословенна та малая толика жизни, что мы имеем! И так как мы любим ее, то не будем же закладывать ее под проценты! Живи напропалую! Пейте, ребята! Есть звезды, которые распались десять тысяч световых лет тому назад, но они светят и поныне! Пейте, пока есть время! Да здравствует несчастье! Да здравствует тьма!

   — Фердинанд Грау · книга
5. «

   Как это странно: люди находят подлинно свежие и образные выражения только когда ругаются.

   Как это странно: люди находят подлинно свежие и образные выражения только когда ругаются.

   — Роберт Локамп · книга
6. «

   Вам хорошо, вы одиноки. Все это, конечно, так — одинокий человек не может быть покинут. Но иногда по вечерам эти искусственные построения разлетались в прах, а жизнь превращалась в какую-то всхлипывающую, мечущуюся мелодию, в водоворот дикого томления, желания, тоски и надежды все-таки вырваться из бессмысленного самоодурманивания, из бессмысленных в своей монотонности звуков этой вечной шарманки. Неважно куда, но лишь бы вырваться. О, эта жалкая потребность человека в крупице тепла. И разве этим теплом не могут быть пара рук и склоненное над тобой лицо? Или и это было бы самообманом, покорностью судьбе, бегством? Да и разве вообще существует что-то, кроме одиночества?

   Вам хорошо, вы одиноки. Все это, конечно, так — одинокий человек не может быть покинут. Но иногда по вечерам эти искусственные построения разлетались в прах, а жизнь превращалась в какую-то всхлипывающую, мечущуюся мелодию, в водоворот дикого томления, желания, тоски и надежды все-таки вырваться из бессмысленного самоодурманивания, из бессмысленных в своей монотонности звуков этой вечной шарманки. Неважно куда, но лишь бы вырваться. О, эта жалкая потребность человека в крупице тепла. И разве этим теплом не могут быть пара рук и склоненное над тобой лицо? Или и это было бы самообманом, покорностью судьбе, бегством? Да и разве вообще существует что-то, кроме одиночества?
7. «

   Кино — это всегда выход из положения. Там каждый о чём-то может помечтать.

   Кино — это всегда выход из положения. Там каждый о чём-то может помечтать.

   — Роберт Локамп · книга
8. «

   И вдруг я увидел, что значу для другого человека и что он счастлив только от того, что я рядом с ним. Такие слова сами по себе звучат очень просто, но, когда вдумаешься в них, начинаешь понимать, как это все бесконечно важно. Это может поднять бурю в душе человека и совершенно преобразить его. Это любовь и все-таки нечто другое. Что-то такое, ради чего стоит жить. Мужчина не может жить ради любви. Но ради другого человека — может.

   И вдруг я увидел, что значу для другого человека и что он счастлив только от того, что я рядом с ним. Такие слова сами по себе звучат очень просто, но, когда вдумаешься в них, начинаешь понимать, как это все бесконечно важно. Это может поднять бурю в душе человека и совершенно преобразить его. Это любовь и все-таки нечто другое. Что-то такое, ради чего стоит жить. Мужчина не может жить ради любви. Но ради другого человека — может.

   — Роберт Локамп · книга
9. «

   Для оскорблённого чувства правда почти всегда груба и невыносима.

   Для оскорблённого чувства правда почти всегда груба и невыносима.

   — Роберт Локамп · книга
10. «

    Трудно найти слова, когда действительно есть, что сказать.

    Трудно найти слова, когда действительно есть, что сказать.

    — Роберт Локамп · книга
11. «

    — А ведь, собственно говоря, стыдно ходить по земле и почти ничего не знать о ней. Даже нескольких названий цветов. — Не расстраивайся — гораздо более позорно, что мы вообще не знаем, зачем околачиваемся на земле. И тут несколько лишних названий ничего не изменят.

    — А ведь, собственно говоря, стыдно ходить по земле и почти ничего не знать о ней. Даже нескольких названий цветов. — Не расстраивайся — гораздо более позорно, что мы вообще не знаем, зачем околачиваемся на земле. И тут несколько лишних названий ничего не изменят.

    — Роберт Локамп · книга
12. «

    И в этой тишине каждое слово приобретало настолько большой вес, что разговаривать непринуждённо стало невозможно.

    И в этой тишине каждое слово приобретало настолько большой вес, что разговаривать непринуждённо стало невозможно.

    — Роберт Локамп · книга
13. «

    Если не танцевать, так и жить-то незачем.

    Если не танцевать, так и жить-то незачем.

    — Роберт Локамп · книга
14. «

    Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.

    Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума.

    — Антонио · книга
15. «

    Говорят, труднее всего прожить первые семьдесят лет. А дальше дело пойдет на лад.

    Говорят, труднее всего прожить первые семьдесят лет. А дальше дело пойдет на лад.

    — Роберт Локамп · книга
16. «

    Деньги, правда, не приносят счастья, но действуют чрезвычайно успокаивающе.

    Деньги, правда, не приносят счастья, но действуют чрезвычайно успокаивающе.

    — Роберт Локамп · книга
17. «

    Мир не сумасшедший. Только люди.

    Мир не сумасшедший. Только люди.

    — Роберт Локамп · книга
18. «

    Как узнают настоящего джентельмена, знаешь? Он ведёт себя прилично, когда налижется.

    Как узнают настоящего джентельмена, знаешь? Он ведёт себя прилично, когда налижется.
19. «

    Люди ещё больший яд, чем алкоголь или табак.

    Люди ещё больший яд, чем алкоголь или табак.

    — Патриция Хольман · книга
20. «

    — Видишь, как прекрасна твоя комната. — Прекрасна, потому что ты здесь. Она уже никогда не будет такой, как прежде...потому что ты была здесь.

    — Видишь, как прекрасна твоя комната. — Прекрасна, потому что ты здесь. Она уже никогда не будет такой, как прежде...потому что ты была здесь.

    — Патриция Хольман · книга