Подборка из книги: 65 цитат — «Эрих Мария Ремарк. Земля обетованная»

65 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Земля обетованная» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ненависть к иностранцам — вернейший признак невежества.

   Ненависть к иностранцам — вернейший признак невежества.

   — Роберт Хирш · книга
2. «

   Что за страна! — думал я, выходя на улицу. — Сорок два сорта мороженого, война и ни одного солдата на улице!

   Что за страна! — думал я, выходя на улицу. — Сорок два сорта мороженого, война и ни одного солдата на улице!

   — Людвиг Керн · книга
3. «

   ... ничего не страшно, пока ты здоров.

   ... ничего не страшно, пока ты здоров.

   — Джесси · книга
4. «

   Женщины не обязаны говорить правду. Это было бы слишком скучно. Хотя они и не лгут, просто они большие мастерицы приукрашивать.

   Женщины не обязаны говорить правду. Это было бы слишком скучно. Хотя они и не лгут, просто они большие мастерицы приукрашивать.

   — Мойков · книга
5. «

   Да только тот может забыть, кому забывать нечего!

   Да только тот может забыть, кому забывать нечего!

   — Роберт Хирш · книга
6. «

   В жизни нужно уметь быть независимым. Иначе ты уже не человек, а машина.

   В жизни нужно уметь быть независимым. Иначе ты уже не человек, а машина.

   — Александр Силвер · книга
7. «

   Это ум — скучная вещь. Тут все ходы известны, их нетрудно предвидеть. Зато такую великолепную глупость постичь невозможно. Она всякий раз нова, непредсказуема и потому таинственна. Что может быть лучше этого?

   Это ум — скучная вещь. Тут все ходы известны, их нетрудно предвидеть. Зато такую великолепную глупость постичь невозможно. Она всякий раз нова, непредсказуема и потому таинственна. Что может быть лучше этого?

   — Роберт Хирш · книга
8. «

   Подлинность штемпелей стало проверять легче, чем подлинность имён.

   Подлинность штемпелей стало проверять легче, чем подлинность имён.

   — Людвиг Зоммер · книга
9. «

   Иной раз так легко одним лишним вопросом всё разрушить.

   Иной раз так легко одним лишним вопросом всё разрушить.

   — Людвиг Керн · книга
10. «

    Вы живы! Сколько людей приняли смерть, а так хотели пожить ещё чуток, еще хоть самую малость!

    Вы живы! Сколько людей приняли смерть, а так хотели пожить ещё чуток, еще хоть самую малость!

    — Равик · книга
11. «

    Кто научился ждать, тот надёжно защищён от ударов разочарования.

    Кто научился ждать, тот надёжно защищён от ударов разочарования.

    — Людвиг Керн · книга
12. «

    Забыть – какое блаженное слово и какое наивное! Но, наверное, каждый понимает под забвением что-то своё.

    Забыть – какое блаженное слово и какое наивное! Но, наверное, каждый понимает под забвением что-то своё.

    — Людвиг Зоммер · книга
13. «

    В каждом из нас живут затаённые обиды, которые только и ждут своего часа.

    В каждом из нас живут затаённые обиды, которые только и ждут своего часа.

    — Людвиг Керн · книга
14. «

    Помощь приходит, только когда она не нужна.

    Помощь приходит, только когда она не нужна.

    — Людвиг Зоммер · книга
15. «

    От одного страха избавишься, так другой уже тут как тут.

    От одного страха избавишься, так другой уже тут как тут.

    — Грегор Хаас · книга
16. «

    Это вечная беда евреев. Единственное, что мы умеем, – это понимать и прощать. Что угодно, но только не мстить. Потому-то мы и остаёмся вечными жертвами!

    Это вечная беда евреев. Единственное, что мы умеем, – это понимать и прощать. Что угодно, но только не мстить. Потому-то мы и остаёмся вечными жертвами!

    — Роберт Хирш · книга
17. «

    — Знаете почему всегда будут новые войны? — Потому что память подделывает воспоминания, — сказал я. — Это сито, которое пропускает и предаёт забвению всё ужасное, превращая прошлое в сплошное приключение. В воспоминаниях-то каждый герой. О войне имеют право рассказывать только павшие — они прошли её до конца. Но их-то как раз заставили умолкнуть навеки. Равич покачал головой. — Просто человек не чувствует чужой боли, — сказал он. — В этом всё дело. И чужой смерти не чувствует. Проходит совсем немного времени, и он помнит уже только одно: как он сам уцелел.

    — Знаете почему всегда будут новые войны? — Потому что память подделывает воспоминания, — сказал я. — Это сито, которое пропускает и предаёт забвению всё ужасное, превращая прошлое в сплошное приключение. В воспоминаниях-то каждый герой. О войне имеют право рассказывать только павшие — они прошли её до конца. Но их-то как раз заставили умолкнуть навеки. Равич покачал головой. — Просто человек не чувствует чужой боли, — сказал он. — В этом всё дело. И чужой смерти не чувствует. Проходит совсем немного времени, и он помнит уже только одно: как он сам уцелел.

    — Равик · книга
18. «

    Разделяя страдание с кем-то, страдаешь вдвойне.

    Разделяя страдание с кем-то, страдаешь вдвойне.
19. «

    ...не каждого можно принудить к его счастью.

    ...не каждого можно принудить к его счастью.

    — Блэк · книга
20. «

    Как же далеко те времена, когда военные в Древнем Китае считались самой низшей кастой, даже ниже палачей, потому что те убивают только преступников, а генералы – ни в чем не повинных людей.

    Как же далеко те времена, когда военные в Древнем Китае считались самой низшей кастой, даже ниже палачей, потому что те убивают только преступников, а генералы – ни в чем не повинных людей.

    — Роберт Хирш · книга