14 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. Острова в океане», ставших крылатыми

Ниже 14 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. Острова в океане»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Принцесса была такая деликатная и аристократическая кошечка, дымчато-серая с золотыми глазами и утончёнными манерами, и держалась с таким достоинством, что в свои периоды течки она могла служить иллюстрацией, объяснением и наконец обличением тех скандальных историй, что случаются иной раз в королевских фамилиях. После того как Томас Хадсон повидал Принцессу во время её течки – не в первый трагический раз, но когда она уже была взрослой, и красавицей, и на его глазах сменила всё своё достоинство и уравновешенность на самую безудержную распущенность, — он понял, что должен до смерти хоть раз изведать любовь какой-нибудь настоящей принцессы, столь же прелестной, как эта.

   Принцесса была такая деликатная и аристократическая кошечка, дымчато-серая с золотыми глазами и утончёнными манерами, и держалась с таким достоинством, что в свои периоды течки она могла служить иллюстрацией, объяснением и наконец обличением тех скандальных историй, что случаются иной раз в королевских фамилиях. После того как Томас Хадсон повидал Принцессу во время её течки – не в первый трагический раз, но когда она уже была взрослой, и красавицей, и на его глазах сменила всё своё достоинство и уравновешенность на самую безудержную распущенность, — он понял, что должен до смерти хоть раз изведать любовь какой-нибудь настоящей принцессы, столь же прелестной, как эта.
2. «

   Мне здесь очень хорошо, и я вас прошу оставить меня в покое.

   Мне здесь очень хорошо, и я вас прошу оставить меня в покое.

   — Томас Хадсон · книга
3. «

   Только поначалу жжёт, — сказал он. — Как любовь.

   Только поначалу жжёт, — сказал он. — Как любовь.

   — Джонни Гуднер · книга
4. «

   Был тут как-то один приезжий из Нью-Йорка, он жил в гостинице, но почти весь день околачивался здесь, у меня. Так он только про то и говорил, как он собирается покончить с собой. Пол зимы всем тут настроение портил. Констебль предупреждал его, что самоубийство противозаконно. Я просил констебля, пусть скажет ему, что разговоры о самоубийстве тоже противозаконны.

   Был тут как-то один приезжий из Нью-Йорка, он жил в гостинице, но почти весь день околачивался здесь, у меня. Так он только про то и говорил, как он собирается покончить с собой. Пол зимы всем тут настроение портил. Констебль предупреждал его, что самоубийство противозаконно. Я просил констебля, пусть скажет ему, что разговоры о самоубийстве тоже противозаконны.

   — мистер Бобби · книга
5. «

   Нужно находить главное в самом себе, где бы ты ни был.

   Нужно находить главное в самом себе, где бы ты ни был.
6. «

   Чувство долга – замечательная вещь. Не знаю, что бы я стал делать после гибели Тома, если бы не чувство долга. Ты мог бы заниматься живописью, сказал он себе. Или делать что-нибудь полезное. Да, может быть, подумал он. Но повиноваться чувству долга проще.

   Чувство долга – замечательная вещь. Не знаю, что бы я стал делать после гибели Тома, если бы не чувство долга. Ты мог бы заниматься живописью, сказал он себе. Или делать что-нибудь полезное. Да, может быть, подумал он. Но повиноваться чувству долга проще.

   — Томас Хадсон · книга
7. «

   Горе поделить нельзя.

   Горе поделить нельзя.

   — Томас Хадсон · книга
8. «

   — От себя все равно нельзя убежать. — Да, но зато от других можно.

   — От себя все равно нельзя убежать. — Да, но зато от других можно.
9. «

   По-моему, школа просто необходимость, с которой приходится мириться. А любить её едва ли кто любит.

   По-моему, школа просто необходимость, с которой приходится мириться. А любить её едва ли кто любит.

   — Томас Хадсон · книга
10. «

    — Но вы всегда блистали латынью. Я знаю это от ваших школьных товарищей. — Моя латынь совсем никуда. Так же как и мой греческий, и мой английский, и моя голова, и моё сердце. Я сейчас могу говорить только на охлаждённом дайкири.

    — Но вы всегда блистали латынью. Я знаю это от ваших школьных товарищей. — Моя латынь совсем никуда. Так же как и мой греческий, и мой английский, и моя голова, и моё сердце. Я сейчас могу говорить только на охлаждённом дайкири.

    — Томас Хадсон · книга
11. «

    Борьба со злом не делает человека поборником добра.

    Борьба со злом не делает человека поборником добра.

    — Роджер · книга
12. «

    Нет, мы не родня, — сказал Томас Хадсон. — Просто мы жили в одном и том же городе и часто делали одни и те же ошибки.

    Нет, мы не родня, — сказал Томас Хадсон. — Просто мы жили в одном и том же городе и часто делали одни и те же ошибки.

    — Томас Хадсон · книга
13. «

    — Вы только не шарахайтесь, — сказал он. — Пусть вас не смущает размах. Нужно дерзать, Том. Давайте напишем с вами конец света. — Он выдержал паузу. — В натуральную величину.

    — Вы только не шарахайтесь, — сказал он. — Пусть вас не смущает размах. Нужно дерзать, Том. Давайте напишем с вами конец света. — Он выдержал паузу. — В натуральную величину.

    — Томас Хадсон · книга
14. «

    В темноте неуважительно отзываться о Боге не рекомендуется. А вдруг он стоит у вас за плечами с занесённой битой?!

    В темноте неуважительно отзываться о Боге не рекомендуется. А вдруг он стоит у вас за плечами с занесённой битой?!

    — Джонни Гуднер · книга