111 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Бесы» для вдохновения

111 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Бесы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если великий народ не верует, что в нем одном истина, (именно в одном и именно исключительно), если не верует, что он один способен всех воскресить и спасти своею истиной, то он тотчас же перестает быть великим народом.

   Если великий народ не верует, что в нем одном истина, (именно в одном и именно исключительно), если не верует, что он один способен всех воскресить и спасти своею истиной, то он тотчас же перестает быть великим народом.

   — Иван Павлович Шатов · книга
2. «

   …человеку, кроме счастья, так же точно и совершенно во столько же, необходимо и несчастье!

   …человеку, кроме счастья, так же точно и совершенно во столько же, необходимо и несчастье!
3. «

   Было двое, и вдруг третий человек, новый дух, цельный, законченный, как не бывает от рук человеческих; новая мысль и новая любовь, даже страшно... И нет ничего выше на свете!

   Было двое, и вдруг третий человек, новый дух, цельный, законченный, как не бывает от рук человеческих; новая мысль и новая любовь, даже страшно... И нет ничего выше на свете!

   — Иван Павлович Шатов · книга
4. «

   Я не встал с первого вашего слова, не закрыл разговора, не ушел от вас, а сижу до сих пор и смирно отвечаю на ваши вопросы и... крики, стало быть, не нарушил еще к вам уважения.

   Я не встал с первого вашего слова, не закрыл разговора, не ушел от вас, а сижу до сих пор и смирно отвечаю на ваши вопросы и... крики, стало быть, не нарушил еще к вам уважения.

   — Николай Всеволодович Ставрогин · книга
5. «

   Если хочешь победить весь мир, победи себя.

   Если хочешь победить весь мир, победи себя.

   — Степан Трофимович Верховенский · книга
6. «

   ...я не мог тотчас же оторваться с кровью от того, к чему прирос с детства, на что пошли все восторги моих надежд и все слезы моей ненависти... Трудно менять богов.

   ...я не мог тотчас же оторваться с кровью от того, к чему прирос с детства, на что пошли все восторги моих надежд и все слезы моей ненависти... Трудно менять богов.

   — Иван Павлович Шатов · книга
7. «

   Когда весь человек счастья достигнет, то времени больше не будет, потому что не надо.

   Когда весь человек счастья достигнет, то времени больше не будет, потому что не надо.

   — Кириллов · книга
8. «

   Наш русский либерал прежде всего лакей и только и смотрит, как бы кому-нибудь сапоги вычистить.

   Наш русский либерал прежде всего лакей и только и смотрит, как бы кому-нибудь сапоги вычистить.

   — Иван Павлович Шатов · книга
9. «

   Если вы, по вашим словам, так долго прожили за границей, чуждаясь для своих целей людей, и — забыли Россию, то, конечно, вы на нас, коренных русаков, поневоле должны смотреть с удивлением, а мы равномерно на вас.

   Если вы, по вашим словам, так долго прожили за границей, чуждаясь для своих целей людей, и — забыли Россию, то, конечно, вы на нас, коренных русаков, поневоле должны смотреть с удивлением, а мы равномерно на вас.

   — Степан Трофимович Верховенский · книга
10. «

    Одним словом, всё ему удавалось, он был в моде.

    Одним словом, всё ему удавалось, он был в моде.
11. «

    Есть вещи, о которых не только нельзя умно говорить, но о которых и начинать-то говорить неумно.

    Есть вещи, о которых не только нельзя умно говорить, но о которых и начинать-то говорить неумно.

    — Петр Степанович Верховенский · книга
12. «

    Женщина обманет само всевидящее око. Господь Бог, создавая женщину, уж конечно, знал, чему подвергался, но я уверен, что она сама помешала ему и сама заставила себя создать в таком виде и... с такими атрибутами; иначе кто же захотел наживать себе такие хлопоты даром?

    Женщина обманет само всевидящее око. Господь Бог, создавая женщину, уж конечно, знал, чему подвергался, но я уверен, что она сама помешала ему и сама заставила себя создать в таком виде и... с такими атрибутами; иначе кто же захотел наживать себе такие хлопоты даром?

    — Степан Трофимович Верховенский · книга
13. «

    Будет богом человек и переменится физически. И мир переменится, и дела переменятся, и мысли и все чувства.

    Будет богом человек и переменится физически. И мир переменится, и дела переменятся, и мысли и все чувства.

    — Кириллов · книга
14. «

    В наше время было не так, и мы не к тому стремились. Нет, нет, совсем не к тому. Я не узнаю ничего... Наше время настанет опять и опять направит на твердый путь все шатающееся, теперешнее. Иначе что же будет?..

    В наше время было не так, и мы не к тому стремились. Нет, нет, совсем не к тому. Я не узнаю ничего... Наше время настанет опять и опять направит на твердый путь все шатающееся, теперешнее. Иначе что же будет?..

    — Степан Трофимович Верховенский · книга
15. «

    …не возражайте мне и не обескураживайте, прошу вас, потому что нет ничего несноснее, когда человек несчастен, а ему тут-то и указывают сто друзей, как он сглупил.

    …не возражайте мне и не обескураживайте, прошу вас, потому что нет ничего несноснее, когда человек несчастен, а ему тут-то и указывают сто друзей, как он сглупил.

    — Степан Трофимович Верховенский · книга
16. «

    Сочините-ка вашу физиономию, Ставрогин; я всегда сочиняю, когда к ним вхожу. Побольше мрачности, и только, больше ничего не надо; очень нехитрая вещь.

    Сочините-ка вашу физиономию, Ставрогин; я всегда сочиняю, когда к ним вхожу. Побольше мрачности, и только, больше ничего не надо; очень нехитрая вещь.

    — Петр Степанович Верховенский · книга
17. «

    — Стало быть, тот Бог есть же, по-вашему? — Его нет, но он есть. В камне боли нет, но в страхе от камня есть боль. Бог есть боль страха смерти. Кто победит боль и страх, тот сам станет Бог. Тогда новая жизнь, тогда новый человек, все новое...

    — Стало быть, тот Бог есть же, по-вашему? — Его нет, но он есть. В камне боли нет, но в страхе от камня есть боль. Бог есть боль страха смерти. Кто победит боль и страх, тот сам станет Бог. Тогда новая жизнь, тогда новый человек, все новое...

    — Кириллов · книга
18. «

    Такое полнейшее, совершеннейшее незнание обыденной действительности было и умилительно и как-то противно.

    Такое полнейшее, совершеннейшее незнание обыденной действительности было и умилительно и как-то противно.
19. «

    Мысль великая, но исповедующие не всегда великаны.

    Мысль великая, но исповедующие не всегда великаны.

    — Степан Трофимович Верховенский · книга
20. «

    Лишним людям не надо бы родиться. Сначала перекуйте так всё, чтоб они не были лишние, а потом и родите их.

    Лишним людям не надо бы родиться. Сначала перекуйте так всё, чтоб они не были лишние, а потом и родите их.