153 цитаты из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Бесы» — читать онлайн

153 цитаты из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Бесы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Социализм у нас распространяется преимущественно из сентиментальности.

   Социализм у нас распространяется преимущественно из сентиментальности.

   — Петр Степанович Верховенский · книга
2. «

   Мысль великая, но исповедующие не всегда великаны.

   Мысль великая, но исповедующие не всегда великаны.

   — Степан Трофимович Верховенский · книга
3. «

   Если великий народ не верует, что в нем одном истина, (именно в одном и именно исключительно), если не верует, что он один способен всех воскресить и спасти своею истиной, то он тотчас же перестает быть великим народом.

   Если великий народ не верует, что в нем одном истина, (именно в одном и именно исключительно), если не верует, что он один способен всех воскресить и спасти своею истиной, то он тотчас же перестает быть великим народом.

   — Иван Павлович Шатов · книга
4. «

   Его заставили подписаться под двумя или тремя коллективными протестами (против чего — он и сам не знал).

   Его заставили подписаться под двумя или тремя коллективными протестами (против чего — он и сам не знал).
5. «

   …человеку, кроме счастья, так же точно и совершенно во столько же, необходимо и несчастье!

   …человеку, кроме счастья, так же точно и совершенно во столько же, необходимо и несчастье!
6. «

   Наслаждение от милостыни есть наслаждение надменное и безнравственное, наслаждение богача своими богатствами, властию и сравнением своего значения с значением нищего. Милостыня развращает и подающего, и берущего, сверх того, не достигает цели, потому что только усиливает нищество.

   Наслаждение от милостыни есть наслаждение надменное и безнравственное, наслаждение богача своими богатствами, властию и сравнением своего значения с значением нищего. Милостыня развращает и подающего, и берущего, сверх того, не достигает цели, потому что только усиливает нищество.

   — Варвара Петровна Ставрогина · книга
7. «

   «Высший либерализм» и «высший либерал», то есть либерал без всякой цели, возможны только в одной России.

   «Высший либерализм» и «высший либерал», то есть либерал без всякой цели, возможны только в одной России.
8. «

   — Но вам надо зайца. — Что-о? — Ваше же подлое выражение, — злобно засмеялся Шатов, усаживаясь опять, — «чтобы сделать соус из зайца, надо зайца, чтобы уверовать в Бога, надо Бога».

   — Но вам надо зайца. — Что-о? — Ваше же подлое выражение, — злобно засмеялся Шатов, усаживаясь опять, — «чтобы сделать соус из зайца, надо зайца, чтобы уверовать в Бога, надо Бога».

   — Иван Павлович Шатов · книга
9. «

   — А можно ли веровать в беса, не веруя совсем в Бога? — засмеялся Ставрогин. — О, очень можно, сплошь и рядом, — поднял глаза Тихон и тоже улыбнулся. — И уверен, что такую веру вы находите все-таки почтеннее, чем полное безверие... О, поп!

   — А можно ли веровать в беса, не веруя совсем в Бога? — засмеялся Ставрогин. — О, очень можно, сплошь и рядом, — поднял глаза Тихон и тоже улыбнулся. — И уверен, что такую веру вы находите все-таки почтеннее, чем полное безверие... О, поп!

   — Тихон · книга
10. «

    …никогда ещё глупость не получала такой торжественной награды, несмотря на то, что так часто её заслуживала… Ибо, между прочим, глупость, как и высочайший гений, одинаково полезны в судьбах человечества.

    …никогда ещё глупость не получала такой торжественной награды, несмотря на то, что так часто её заслуживала… Ибо, между прочим, глупость, как и высочайший гений, одинаково полезны в судьбах человечества.

    — Степан Трофимович Верховенский · книга
11. «

    — Социализм слишком великая мысль. — Мысль великая, но проповедующие не всегда велики.

    — Социализм слишком великая мысль. — Мысль великая, но проповедующие не всегда велики.

    — Юлия Михайловна · книга
12. «

    Способность смотреть истине прямо в лицо принадлежит одному только русскому поколению.

    Способность смотреть истине прямо в лицо принадлежит одному только русскому поколению.

    — Семён Егорович Кармазинов · книга
13. «

    Милый, мягкий наш Иван Осипович, бывший наш губернатор, был несколько похож на бабу, но хорошей фамилии и со связями, — чем и объясняется то, что он просидел у нас столько лет, постоянно отмахиваясь руками от всякого дела.

    Милый, мягкий наш Иван Осипович, бывший наш губернатор, был несколько похож на бабу, но хорошей фамилии и со связями, — чем и объясняется то, что он просидел у нас столько лет, постоянно отмахиваясь руками от всякого дела.
14. «

    Прасковья Николаевна, как и многие слабые особы, сами долго позволяющие себя обижать без протеста, отличались необыкновенным азартом нападения при первом выгодном для себя обороте дела.

    Прасковья Николаевна, как и многие слабые особы, сами долго позволяющие себя обижать без протеста, отличались необыкновенным азартом нападения при первом выгодном для себя обороте дела.
15. «

    Неужто не понимают, что для приобретения мнения первее всего надобен труд, собственный труд, собственный почин в деле, собственная практика! Даром никогда ничего не достанется. Будем трудиться, будем и свое мнение иметь.

    Неужто не понимают, что для приобретения мнения первее всего надобен труд, собственный труд, собственный почин в деле, собственная практика! Даром никогда ничего не достанется. Будем трудиться, будем и свое мнение иметь.

    — Степан Трофимович Верховенский · книга
16. «

    Нередко оказывается, что писатель, которому долго приписывали чрезвычайную глубину идей и от которого ждали чрезвычайного влияния на движение общества, обнаруживает под конец такую жидкость и такую крохотность своей основной идейки, что никто даже и не жалеют о том, что он так скоро исписался. Но седые старички не замечают того и сердятся. Самолюбие их, именно под конец их поприща, принимает иногда размеры, достойные удивления. Бог знает за кого они начинают принимают себя, — по крайней мере за богов.

    Нередко оказывается, что писатель, которому долго приписывали чрезвычайную глубину идей и от которого ждали чрезвычайного влияния на движение общества, обнаруживает под конец такую жидкость и такую крохотность своей основной идейки, что никто даже и не жалеют о том, что он так скоро исписался. Но седые старички не замечают того и сердятся. Самолюбие их, именно под конец их поприща, принимает иногда размеры, достойные удивления. Бог знает за кого они начинают принимают себя, — по крайней мере за богов.
17. «

    Такое полнейшее, совершеннейшее незнание обыденной действительности было и умилительно и как-то противно.

    Такое полнейшее, совершеннейшее незнание обыденной действительности было и умилительно и как-то противно.
18. «

    Правда честнее лжи.

    Правда честнее лжи.

    — Петр Степанович Верховенский · книга
19. «

    Все несчастны потому, что все боятся заявить своеволие.

    Все несчастны потому, что все боятся заявить своеволие.

    — Кириллов · книга
20. «

    Я никогда, никогда не отстану от этих светлых надежд.

    Я никогда, никогда не отстану от этих светлых надежд.

    — Виргинский · книга