50 цитат из книги «Феликс Кривин. Мелочи жизни. Русская сатира и юмор второй половины XIX и начала XX века» для размышлений

Ниже 50 цитат из книги «Феликс Кривин. Мелочи жизни. Русская сатира и юмор второй половины XIX и начала XX века»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Главная задача художника — это заставить читателя пережить все, что переживал автор, создавая свое произведение!

   Главная задача художника — это заставить читателя пережить все, что переживал автор, создавая свое произведение!

   — Модернистов · книга
2. «

   Времена ведь как люди: они любят посмеяться над другими временами, но не терпят смеха над собой.

   Времена ведь как люди: они любят посмеяться над другими временами, но не терпят смеха над собой.
3. «

   И Гоголь, и Чехов, и Щедрин смеются и над грядущими временами. Какое время ни наступит, сатирики прошлого смеются и над ним. Вот почему юмор бессмертен.

   И Гоголь, и Чехов, и Щедрин смеются и над грядущими временами. Какое время ни наступит, сатирики прошлого смеются и над ним. Вот почему юмор бессмертен.
4. «

   Жил-был газетчик и жил-был читатель. Газетчик был обманщик — все обманывал, а читатель был легковерный — всему верил. Так уж исстари повелось на свете: обманщики обманывают, а легковерные верят. Каждому свое.

   Жил-был газетчик и жил-был читатель. Газетчик был обманщик — все обманывал, а читатель был легковерный — всему верил. Так уж исстари повелось на свете: обманщики обманывают, а легковерные верят. Каждому свое.

   — Салтыков-Щедрин · книга
5. «

   И смешная же она, Русь-то не глядя на весь трагизм ее жизни.

   И смешная же она, Русь-то не глядя на весь трагизм ее жизни.

   — Максим Горький · книга
6. «

   Ни с одним из физических недостатков люди так неохотно мирятся, как с толщиной.

   Ни с одним из физических недостатков люди так неохотно мирятся, как с толщиной.

   — А. С. Бухов · книга
7. «

   Мир поэзии не тесен, но в кутузке очень тесно.

   Мир поэзии не тесен, но в кутузке очень тесно.

   — Леонид Трефолев · книга
8. «

   — Плакали? От меня ничего не скроется... Я психолог. Не нужно плакать. От этого нет ни выгоды, ни удовольствия. — Вам бы все выгода и удовольствие. — Обязательно. Вся жизнь соткана из этого.

   — Плакали? От меня ничего не скроется... Я психолог. Не нужно плакать. От этого нет ни выгоды, ни удовольствия. — Вам бы все выгода и удовольствие. — Обязательно. Вся жизнь соткана из этого.

   — Макс · книга
9. «

   «Здесь, на столе, смотрите, вам готово Достаточно бумаги и чернил: Пишите же — не то, даю вам слово: Чрез полчаса вас изо всех мы сил...» Тут ужас вдруг такой объял Попова, Что страшную он подлость совершил: Пошел строчить (как люди в страхе гадки!) Имен невинных многие десятки.

   «Здесь, на столе, смотрите, вам готово Достаточно бумаги и чернил: Пишите же — не то, даю вам слово: Чрез полчаса вас изо всех мы сил...» Тут ужас вдруг такой объял Попова, Что страшную он подлость совершил: Пошел строчить (как люди в страхе гадки!) Имен невинных многие десятки.

   — Алексей Толстой · книга
10. «

    Песня в воздухе несется, Рассыпаясь, замирая, С песней легче сердце бьется, Песня — это звуки рая.

    Песня в воздухе несется, Рассыпаясь, замирая, С песней легче сердце бьется, Песня — это звуки рая.

    — Леонид Трефолев · книга
11. «

    А газетчик рад, потому для него обман — прямая выгода. Истина-то не всякому достается — поди добивайся! — пожалуй, за нее и десятью копеечками со строчки не отбояришься! То ли дело обман! Знай пиши да обманывай. Пять копеек со строчки — целые вороха обманов со всех сторон тебе нанесут!

    А газетчик рад, потому для него обман — прямая выгода. Истина-то не всякому достается — поди добивайся! — пожалуй, за нее и десятью копеечками со строчки не отбояришься! То ли дело обман! Знай пиши да обманывай. Пять копеек со строчки — целые вороха обманов со всех сторон тебе нанесут!

    — Салтыков-Щедрин · книга
12. «

    Гремит, гремит затвор, Другой и третий: Скорее на простор Из тесной клети! С дороги стража тьмы! Ты солнце застишь... Свободным из тюрьмы Ворота настежь!

    Гремит, гремит затвор, Другой и третий: Скорее на простор Из тесной клети! С дороги стража тьмы! Ты солнце застишь... Свободным из тюрьмы Ворота настежь!

    — В. С. Лихачев · книга
13. «

    Близкий близкому волк.

    Близкий близкому волк.

    — А. С. Бухов · книга
14. «

    Шутка — любимица общества и держится в нем легко и непринужденно, а правда — что слон в посудной лавке: куда ни повернется, всюду что-то летит.

    Шутка — любимица общества и держится в нем легко и непринужденно, а правда — что слон в посудной лавке: куда ни повернется, всюду что-то летит.
15. «

    Ходить бывает склизко По камешкам иным, Итак, о том, что близко, Мы лучше умолчим.

    Ходить бывает склизко По камешкам иным, Итак, о том, что близко, Мы лучше умолчим.

    — Алексей Толстой · книга
16. «

    Русь героями богата. Словно вылита она Из гранита и булата, И прихода супостата Не боится никогда.

    Русь героями богата. Словно вылита она Из гранита и булата, И прихода супостата Не боится никогда.

    — Д. Д. Минаев · книга
17. «

    Повсюду торжествует гласность, Вступила мысль в свои права, И нам от ближнего опасность Не угрожает никогда.

    Повсюду торжествует гласность, Вступила мысль в свои права, И нам от ближнего опасность Не угрожает никогда.

    — В. С. Курочкин · книга
18. «

    У каждой шутки доля правды — такая же, как у правды, нелегкая судьба. Правду хотя и уважают, но многие недолюбливают. А шутку любят все, хотя особого уважения к ней не питают.

    У каждой шутки доля правды — такая же, как у правды, нелегкая судьба. Правду хотя и уважают, но многие недолюбливают. А шутку любят все, хотя особого уважения к ней не питают.
19. «

    Поэтесса гнусила стихи: «О, сумей огнедышащей лаской Всколыхнуть мою сонную страсть. К пене бедер за алой подвязкой Ты не бойся устами припасть! Я свежа, как дыханье левкоя, О, сплетем же истомности тел»

    Поэтесса гнусила стихи: «О, сумей огнедышащей лаской Всколыхнуть мою сонную страсть. К пене бедер за алой подвязкой Ты не бойся устами припасть! Я свежа, как дыханье левкоя, О, сплетем же истомности тел»

    — поэтесса · книга
20. «

    Чтоб я стал ставить эту пьесу? Бессмыслица! Ерунда! Пять актов человек колеблется, убить ли ему Клавдия, — и убивает Полония словно устрицу съел! Где же тут логика? Ваш Шекспир — если он только существовал — был дурак! Помилуйте! Гамлет говорит: «Что ждет нас там, откуда еще никто не приходил?» — а сам только что своими глазами видел тень своего отца! С чем это сообразно? Как можно такую ерунду показывать публике?

    Чтоб я стал ставить эту пьесу? Бессмыслица! Ерунда! Пять актов человек колеблется, убить ли ему Клавдия, — и убивает Полония словно устрицу съел! Где же тут логика? Ваш Шекспир — если он только существовал — был дурак! Помилуйте! Гамлет говорит: «Что ждет нас там, откуда еще никто не приходил?» — а сам только что своими глазами видел тень своего отца! С чем это сообразно? Как можно такую ерунду показывать публике?

    — режиссер Крэг · книга